- Что сделать?
- Поэкс… поэкспи, - колдун со скрипом открыл нашу дверь, но слово никак не мог повторить. Язык заплетался. – В общем, я запрещаю. Плохая идея. Я велел изучать шар, а не играть с ним.
Выглядел Карфакс плохо. Такое чувство, будто снова постарел. Лицо осунулось, под глазами залегли глубокие тени. А ещё он смотрел в одну точку перед собой и замолкал в середине фразы.
- Мне тоже не нравится внимание Отто к замку. Не из праздного любопытства он дыры в черепице на крыше пересчитывал. Заботой о Монке прикрылся. Дался ему этот щенок? Даже если Гринуэй пообещал золотом отблагодарить за содействие в избавлении меня от наследства, то какой ему интерес ночью по округе рыскать? Нет, здесь что-то личное. Тёмное.
Колдун снова мысль потерял. Устало сел на угол кровати Бель и протянул мне свиток.
- Вот. Я придумал, что делать с купчей. Десяток вариантов перебрал, на самом простом остановился. Я написал Томасу письмо. Свалил вину за подпись мёртвого Роланда на Карфакса. Удобно быть единым в трёх лицах. Отдаёт безумием, но позволяет придумать нужные комбинации. Я сказал, что мой приказчик обнаглел. Пользуясь тем, что прежний хозяин давно мёртв, а будущий наследник ещё не вернулся с каторги, ушлый старик решил нажиться на земле Мюрреев. Продать соседу кусок с дорогой. Сам Карфакс тоже мёртв, взыскивать ущерб не с кого, поэтому я предложил Томасу выход. Дождаться, пока я вступлю в права наследования, и переписать купчую.
- Вам всё равно придётся судиться с Томасом? - Бель нахмурила брови. - Нельзя просто так забрать у него землю. Никто не позволит. Да и согласится ли ваш приятель? Может, вы его обмануть хотите?
- Я не собираюсь ничего отбирать, в том-то и дело, - колдун сжал пальцами переносицу. - Я предупреждаю соседа, что купчая фальшивая, а сделку могут признать ничтожной. Тогда земля, где Томас уже развёл торговлю, вернётся к Мюррею или Гринуэю. Зависит от того, как суд решит дело о наследстве. А её бывший новый хозяин будет ждать возмещения убытка от потомков Карфакса до тех пор, пока не отправится в бездну. Моего приказчика не существует. Так вот чтобы этого не случилось я и предлагаю Томасу закрыть глаза. Потерпеть две недели до суда. Я получу наследство и тут же подпишу новую купчую. Уже как Альберт Мюррей. Так понятнее?
- Да, - кивнула умница-Анабель, пока я хлопала ресницами и сидела с приоткрытым от удивления ртом. - Если в суде выиграет Гринуэй, землю у Томаса он гарантированно отберёт. Кому помешают лишние деньги? А так у вашего соседа будет шанс остаться при своём.
- Верно, - вздохнул колдун и попытался встать с кровати. Ноги его не держали. Подогнулись, и Карфакс рухнул обратно. – Проклятье, ну что за дерьмовый день?
- Вам бы поесть, - предложила я. – Ужин готов. Бель собрала в лесу нормальных грибов, мы пожарили их.
- Я не голоден. Не хочу есть. Нужно Монка выволочь из замка и бросить в какой-нибудь канаве поближе к городу. Сколько у нас осталось бутылок вина?
- Семнадцать, господин.
Дурное предчувствие кольнуло в груди.
- Отлично, - прохрипел колдун, с силой выталкивая себя вверх. На этот раз на ногах удержался. Опёрся на стену и больше не падал. – Одной полупустой Монку хватит. Проснётся с тяжёлой головой, будет думать, что перепил. Если нам повезёт, грибы ему всю память отшибут. А если нет, то только момент допроса. И, может быть, встречу с Анабель. Не ходите меня искать, вернусь под утро. Ничего с вашим старым учителем не случится. Мередит, а ты завтра отдай письмо вестовым. Пусть доставят его Томасу.
- Хорошо, - ответила я.
Смотреть на его согнутую спину и шаркающую походку было больно. «Я не железный, Мери», - колдун так и не сказал. Столько всего свалилось на его плечи. И ведь держался. Думал, решал, делал что-то. Но над ним будто издевались.
- Надеюсь, с пленником тоже не случится ничего страшного, - пробормотала Бель в пустой проём двери. – Пойдём, сами поедим. Одни переживания с этим наследством и судами.
Глава 17. Истина в вине
Анабель
Господин учитель не вернулся ночью. Я никак не могла уснуть, лежала, всматриваясь в потолок, а перед глазами колыхались переплетения нитей силы. Шар улавливал наши голоса и наполнял замок магией, а она потом перетекала обратно к нам. Такой вот круговорот получался. И усиленная этой магией я могла слушать, как завывает ветер под дырявой крышей, как скрипят деревья за окном. Ну и как сопит Мери на соседней кровати. А шагов хозяина замка не слышала. Ушёл колдун нетрезвой походкой, да ещё и Монка на себе понёс. Действительно бросит в канаве? Или убьёт, а нам не скажет? Пытал он незваного гостя с удовольствием. Будто и впрямь злобу вымещал. А я не знала, как должна себя чувствовать. Разрывалась между преданностью учителю и симпатией к приказчику лорда. Она заметно потускнела после всего, что он сделал, но до сих пор теплилась в груди и вызывала улыбку от воспоминаний. Красивый мужчина. Жаль, что такой мерзавец без стыда, совести и принципов.
Под утро у ворот замка объявился господин Мюррей. Его руки не были по локоть испачканы в крови, так что я успокоилась и почти сразу провалилась в сон.
Ненадолго.
Мередит встала с рассветом, надела ученическое платье от Гензеля и позвала меня умываться. Я тоже нарядилась. Портные, конечно, постарались. На мне обновка сидела так хорошо, будто её часами подгоняли по фигуре, а не сняли десяток мерок и пошли шить.
- Теперь боюсь испачкать, - посетовала я, а Мери удивилась.
- Так передник тебе на что?
Ох, и не объяснишь вот так сразу. Дома я носила одежду, перешитую из старых нарядов бабушки. В пору её молодости юбки носили особо пышные. По десять метров ткани на одно платье. Меня можно было с ног до головы обмотать несколько раз. Я и не переживала, что порву «домашнее», пока бегаю в лесу. Новое будет очень скоро. А здесь единственное платье и для работы, и для учебы, и на выход к ужину с учителем.
Мы снова не заметили, как пролетело время. Чистили, мыли, скоблили, готовили и повторяли на ходу параграфы из учебника общей магии. Мери витала мыслями в облаках, никак не могла запомнить. Вот я и твердила ей теорию перемещения предметов, пока мозоль на языке не натёрла.
- Да что ж такое? – простонала подруга, остановившись возле закрытой двери в спальню учителя. На полу стоял поднос с нетронутым обедом. Мередит приготовила омлет с грибами. Потратила на него последние яйца и молоко. Больше у нас продуктов с рынка не было. Я слюной давилась от запаха и вздыхала над своей горошницей. Если бы не шар-артефакт и быстро растущий огород, не знаю, что мы ели бы. А колдун носом крутил. Отказывался.
- Зато вина выпил пять бутылок, - Мери шагнула в угол коридора и легонько пнула скопившуюся там пустую тару. Бутылки обиженно зазвенели. – Нельзя так. Кто ж горе заливает на голодный желудок? Он там живой вообще? Тихо очень, мне не нравится.
- А ты постучи. Если спит, то проснётся. Нам урок сдавать нужно и ужин пора готовить.
- Вот да, - кивнула подруга. – Пусть хотя бы денег даст на продукты. Как мы вчера выяснили, достать их из воздуха не получится. Благодаря магии у нас один горох. Ты хочешь есть из него кашу три раза в день?
- Нет, - отрезала я и сама постучала в дверь. – Господин Мюррей! Как вы себя чувствуете? Мы волнуемся.
Устал маг. Столько проблем навалилось – за год не решить, вот силы и кончились. А мы со своим «дайте денег» ещё головной боли добавим.
- Молчит, - проворчала Мери, и вдруг дверь с тихим скрипом отворилась.
Я еле успела отойти в сторону. По воздуху, иллюстрируя второй способ перемещения предметов, летел кованый сундук. Маленький, аккуратный, красивый. Мама хранила в таком свои украшения. Мери обняла его, и дверь закрылась.
- Однако, - фыркнула подруга, но развивать мысль не стала.
Учитель нас слышал, желание получить золото выполнил, а разговаривать не желал категорически.
- Что ж. Давай посчитаем, насколько мы теперь богаты, - предложила я.
Холодный обед с собой забрали. Не пропадать же добру, раз господин Мюррей объявил голодовку. Мы сами омлет съели. Мери убрала посуду, вытерла стол и села перебирать монеты из сундука. За окном вечерело. Я уткнулась в свою тетрадь с заклинаниями и лишь изредка поглядывала, как растут столбики рассортированных кругляшей. Золото было всех оттенков. От тусклого и грязного до ослепительно яркого.
- Много получается? – не выдержала я.
Богатства мага выглядели внушительно. Я так много денег ни разу в руках не держала. Мы в лесу год бы на них жили, ни в чём себе не отказывая, но кто знает городских? Может, такого здесь на один хороший ужин в трактире и хватит.
- Достаточно, - ответила Мери, записывая цифры в столбик. – Бездна с ним, с моим жалованием, всё в дело пустим. Огород семенами засадим, кладовые забьём на месяц вперёд. Гензелю заплатим за гардероб Мюррея.
- Перьев, бумаги и чернил купим, - добавила я.
- Котелок ещё для варки зелий, я помню. На всё хватит. Но знаешь, вот считаю я, прикидываю и бояться начинаю, что это – последние деньги. Колдун их так молча отдал, рукой махнул и, наверное, опять к бутылке приложился. Три года ведь жил на то, что получил за землю. А теперь ничего не продать. Не хозяин он больше в собственном замке. Наследник только. И то, если суд выиграет.
- Да уж, беда, - вздохнула я. – Что теперь делать? Экономить? Совсем ничего не тратить? Чернила я сама могу из сажи сделать. С котелком подожду, в дырявом варить будем. Но есть-то нам надо.
- Вот именно.
Мери зажмурилась и долго тёрла глаза пальцами. Я страдала, что ничем не могу помочь. Мама зарабатывала нам на самое необходимо тем, что варила зелья для аптекаря. И меня научила. Но вчера городской глава ясно дал понять, что нужна какая-то лицензия.
- Слушай, Мери, а сколько лицензия стоит?
Соученица подняла на меня взгляд и шумно вдохнула.
- Надо же, как мысли сошлись. Я тоже о лицензии на торговлю подумала. Давай рискнём. Возьмём цыплят, поросят, пару телков. Сварим то зелье для ускорения роста скотины, что ты вспомнила. Вокруг шара попляшем и попоём. Немного мяса себе оставим, остальное Питеру в трактир сдадим. А что он не возьмёт – то на прилавок. Потом снова цыплят купим, и так по кругу. Лицензия дорогая, но она себя быстро окупит. Главное, всё точно рассчитать. Скотина после зелья как ест? Не в десять ли раз больше? Корм ведь ещё нужен.