ене высотой не меньше, чем четыре моих роста, я вскарабкалась под самую крышу до небольшого слухового окна. И вот тут я порадовалась, что не обладаю такими пышными формами, как Аэйда или Элана! Да и пухленькая Вилита тоже не смогла бы так легко втянуться в узкое окошко, как это сделала я.
На улице уже занимался рассвет, но внутри склада было темно. Я поморгала, привыкая к сумраку, нащупала ногой прочную балку и опёрлась на неё. Перекрытие было довольно широким и тянулось по периметру всего склада. Раз плюнуть.
Внизу прямо подо мной громоздились бочки – загадочный груз, с которым нам придётся разбираться чуть позже. Рядом я различила силуэты эльфийских воинов. «Десять», – непроизвольно пересчитала я. Рэмил, как всегда, не ошибся, караван действительно охраняла дюжина. Двоих у входа сняли близняшки. Трое дремали, завернувшись в плащи. Остальные семеро общались на своём щёлкающем наречии, прикладывая все силы, чтобы не уснуть. Как и следовало ожидать, наверх никто не смотрел. Наш козырь – внезапность, иначе против опытных бойцов не выстоять.
Быстро пройдя по балке до противоположной стены, я бесшумно спустилась к складским дверям и затаилась в тени. Минута, другая… Из верхнего города донёсся тихий бой часов, и одновременно с ним в моей голове прозвучал голос Эланы:
– Все готовы.
Откинув задвижку, я потянула на себя створку ворот и отпрыгнула, закрывая глаза.
Слепящая вспышка пронзила сумрак – на складе не осталось ни одной тени, ни одного неосвещённого угла! Даже мои зажмуренные глаза больно резануло ярким белым сполохом. Заклинание буквально ошеломило остроухих, чувствительных к перепадам света. Конечно, через пару часов эльфы снова обретут способность видеть, но пока их слепота будет нам на руку. Пришлось пойти на эту хитрость – в честном бою дюжина не оставила бы нам шансов!
В открытых дверях склада стояли Парра и Вилита, и их пальцы были сложены в одинаковые фигуры заклинания. Вот почему полыхнуло так мощно! Волшебники действовали сообща!
Рэмил не зря отправил с нами Вилиту, самую любимую и перспективную ученицу Парры. Они оба владели магией иллюзий – навыком, высоко ценившимся среди плутов, особенно работающих в богатых районах. Знать часто нанимала волшебников, чтобы создать фальшивую кладку, скрывавшую сокровищницу, или иллюзию двойного дна в шкатулках с украшениями. На дорогие вещи накладывали заклинания невидимости или зеркального отражения, чтобы сбить с толку грабителей. Попробуй разбери, какая статуэтка настоящая, а какая – не более, чем обман зрения! Да ещё пока охрана не прознала, что ты здесь… И, естественно, ловушки. Незримые простому глазу лучи, прожигающие плоть. Прозрачные нити, сковывающие движения. Облака ядовитого газа, которые не замечаешь, пока лёгкие не наполнятся отравой. Парра учил Вилиту распознавать опасность и отличать реальное от искусных подобий. Годы, проведённые им в Академии Велады, не прошли впустую. Никто, пожалуй, кроме Рэмила, не знал, что заставило потомственного мага покинуть Велант и примкнуть к гильдии Одноглазого. Но именно Парра в своё время помог раскрыть способности Вилиты, Эланы и других наших плутов, склонных к волшебству.
Высокий светловолосый эльф, прижимая к слезящимся глазам ладонь, что-то скомандовал отряду. Надо отдать должное остроухим парням, они всё же достали оружие и, ориентируясь на звук, выстроились в некое подобие порядка, но от полуторных мечей было мало проку – вслепую эльфы опасались задеть товарищей. Больше всего повезло спавшим – вспышка разбудила их, и трое остроухих, хоть и растерянных, но вполне зрячих, представляли для нас самую большую угрозу.
Плуты ворвались на склад. Я вытащила из поясной сумки пузырёк с усыпляющим зельем и смочила им кинжал. Будет достаточно небольшой царапины, чтобы ненадолго вырубить противника.
– Элана! – услышала я голос Парры. – Убери тех троих!
– Давай! Ты же хвасталась, что способна усыпить весь отряд! – подколола сестру Аэйда.
Элана огрызнулась, сплела пальцы рук в сложный узел, и один из эльфов упал без чувств.
– Они слишком быстро двигаются! – пожаловалась волшебница. – Не могу сосредоточиться!
Но тем не менее, ей удалось повторить заклинание, воздействуя на сознание остроухих, и ещё один эльф, уснув, опустился на пол.
Завязалась потасовка. Лихие ребята Рэмила действовали слаженно и умело пользовались полученным преимуществом. В ход шли дубинки и кастеты, ослеплённых эльфийских воинов оглушали точным ударами.
– Берегись! – вскрикнула Элана, почувствовав колдовство. – У них есть маг!
Парра скрестил руки, и вокруг него замерцала иллюзорная блестящая поверхность. В ней отразились нелепо искажённые силуэты плутов и эльфов, как в увеселительном зеркальном шатре на ярмарочном балагане. Он успел сделать это ровно за мгновение до того, как из глубины склада вылетел разряд молнии и с шипением разбился о защиту волшебника, не причинив Парре ни малейшего вреда. Близняшки бросились в гущу сражавшихся в поисках чародея, и я последовала за ними.
Рядом рухнул эльф, едва не сбив меня с ног, я увернулась в последний момент. На скуле и переносице упавшего кровоточили ссадины от удара кастетом. Следующего остроухого вырубила уже я, резанув его по бедру ниже доспеха. Мой кинжал распорол кожаные штаны эльфа, рассёк ногу, сонное зелье с клинка смешалось с кровью из раны. Остроухий ещё пытался атаковать, вслепую занёс меч, но не удержал оружие в ослабевших руках и завалился лицом вперёд.
– Вот он! – Элана указала на рыжего эльфа со стеклянными бусинами в волосах.
Глаза чародея покраснели и слезились, он поминутно вытирал их рукавом, одновременно пытаясь колдовать, но жесты выходили дёрганными и неточными. Элана направила на рыжего обе руки, опережая его магию. Аэйда зашла чародею за спину.
Я не видела, что произошло дальше – на меня налетел светловолосый эльф, я грохнулась на пол, перекатилась и тотчас вскочила, ошарашенно помотав головой. Белобрысый развернулся, направив меч в мою сторону. Я взяла кинжал обратным хватом и, крадучись, на полусогнутых ногах попробовала обойти эльфа. Не тут-то было! Воин разгадал моё движение, и не раскрывая воспалённых глаз, сделал размашистый выпад перед собой. Я пригнулась, уходя от удара, прыжком сократила расстояние и чиркнула кинжалом, метя в лицо эльфа. Мой клинок рассёк светлую бровь, кровь обильно хлынула из пореза. Остроухий покачнулся, оступился и упал навзничь, мгновенно засыпая.
Краем глаза я заметила, что рыжий чародей поддался заклинанию Эланы и тоже лежал неподвижно.
– Свяжите всех! – велел Парра.
Всё закончилось. Я огляделась и поняла, что на ногах остались только наши ребята. Не мешкая, я достала прочный шнурок и с трудом перевернула эльфа на живот, его тело было тяжёлое и обмякшее от сонного зелья. Светлые волосы, заплетённые в длинную косу, растрепались, в них запутался мелкий сор. Я завела податливые руки воина ему за спину и застыла, чувствуя, как споткнулось моё сердце. Под закатанным рукавом рубахи, на правом запястье эльфа чернела татуировка. Звёзды, соединённые тонкими линиями.
Глава 4. Иллюзии
Глава 4. Иллюзии
Покачнулся фонарь, и на стенах задвигались тени. Татуировка на запястье светловолосого эльфа стала еле различимой. Я присмотрелась, но в неровном свете было трудно разобрать линии рисунка – или это от волнения поплыло перед глазами?
– Что ты возишься? – отругала меня Аэйда.
Она выхватила шнур, наскоро обмотала руки эльфа, закрыв татуировку, и затянула тугой узел.
– Вот так надо! – Аэйда закинула назад прядь волос. – Пошли, недотёпа! Глянь-ка, что делает твоя подруга!
Тем временем Вилита и Парра осматривали бочки. В итоге волшебник показал на одну:
– Попробуешь?
Вилита с готовностью кивнула. Она долго и терпеливо нащупывала токи магических энергий, собирала их по крупицам, прежде чем вложить в заклинание. И очень надеялась, что оно выйдет с первого раза. Или, хотя бы, со второго. Я знала, что подруга страшно боится ударить в грязь лицом перед учителем. Но Вилита сумела сконцентрироваться, скрестила руки перед собой и с усилием развела их в стороны, как бы раздвигая тяжелые занавески. Соединила большой и указательный палец правой руки в кольцо, развернула ладонь вверх и вытянула вперёд. Воздух над бочками задрожал, как бывает в жару над дорогой. Очертания поплыли, меняя форму. Вилита резко взмахнула руками и сложила ладони вместе. Мерцание прекратилось, и всё вокруг, на первый взгляд, осталось на своих местах. Но только вместо бочки, на которую указывал Парра, теперь стоял сундук.
Небольшой, но тяжелый, гномьей работы. Для удобства с двух сторон были крепкие ручки. Не нужно владеть магией, чтобы почувствовать, что металл, из которого сделан сундук, отличался особыми свойствами. Он надёжно защищал любой предмет внутри от воды и огня. Рассмотреть содержимое сквозь прочные стенки также было невозможно – ни с помощью специальных приспособлений, ни волшебным взором. В таких ларцах знать часто перевозила семейные драгоценности или важные документы, а маги хранили свои артефакты.
Сундучок украшало изящное литьё. Тонкие позолоченные стебли дикого шиповника переплетались, образуя сложные узоры, и закручивались около небольшой замочной скважины.
– Ключ? – Парра вопросительно обвел глазами связанных эльфов.
Я безуспешно обшарила карманы лежащего рядом остроухого. Блондина с татуировкой обыскала Аэйда, увы, тоже не найдя ключа. Её сестра уселась верхом на рыжего чародея, цветастая юбка задралась совершенно неприлично. Кто-то из молодых плутов присвистнул. Ребята явно были бы не против оказаться сейчас на месте пленника, а я закатила глаза – Элана в своём стиле! Волшебница нежно пробежалась пальцами по шее эльфа, спустилась ему на грудь и выудила из-под куртки маленький ключ, гордо продемонстрировав его нам.
И в эту секунду заклинание Эланы дало сбой.
Эльф приоткрыл саднящие глаза, сбрасывая сонное оцепенение, извернулся и резким движением скинул девушку с себя. Ключ отлетел в сторону, звякнув об каменный пол. Элана завопила, но мы не успели ничего сделать. Рыжий сложил пальцы в хитрый магический символ, нацелил связанные руки на ключ, и он мгновенно распался огненными брызгами, совсем как искрящиеся прутики, которые любят зажигать дети на празднике долгой ночи в месяц стужи. Аэйда опомнилась первой. Она прыжком оказалась рядом с чародеем и крепко обхватила его пальцы своими.