СМИ рассказывали, что Ирочка Петренко приехала из Краснодара поступать в педагогический институт и на первом же курсе познакомилась с будущим банкиром, на тот момент работавшим в городской администрации. Однако Виктору удалось отыскать на просторах интернета статейку, явно заказную, которую накропал какой-то ушлый журналист. В ней говорилось, что Ирина действительно собиралась поступать, но не прошла по конкурсу. Возвращаться в Краснодар несолоно хлебавши ей не захотелось, и девица, не обремененная моральными принципами, устроилась официанткой в ресторан «Голден Доллз» – злачное местечко со стриптизом. Там она не гнушалась ничем, включая приватные встречи с состоятельными клиентами, которые помогли ей обустроиться в Санкт-Петербурге и снять квартирку недалеко от центра. Ирочка зажила припеваючи, но, имея достаточно мозгов для понимания скоротечности века содержанки, задалась целью отыскать того, кто сможет сделать ее честной женщиной. И такой человек нашелся – Валерий Городецкий. Так что единственное, в чем Виктор убедился, – российская педагогика определенно ничего не потеряла, лишившись «молодого специалиста» Ирины Петренко-Городецкой, и высокомерное поведение «светской львицы» не могло его обмануть.
– У меня очень мало времени! – с порога заявила она, когда прислуга впустила Логинова в просторную, светлую квартиру на последнем этаже элитной новостройки. Ну конечно, Городецкая – о-о-очень занятая дама! Вряд ли она и в самом деле куда-то собиралась, так как приняла оперативника в домашнем костюме и тапках в виде меховых котят с выпученными глазами. Однако внимательный Виктор заметил, что макияж банкирши в полном порядке, хоть она и находилась дома, где никто, кроме прислуги, не мог увидеть ее в этот полуденный час.
– А я не задержу вас надолго, – пообещал он.
– Что ж, проходите, – с тяжелым вздохом, призванным продемонстрировать крайнюю степень раздражения, согласилась Городецкая.
Гостиная, комната метров сорок пять, по прикидкам Логинова, была выдержана в темных тонах – даже пол был выстлан темным паркетом, который выигрышно контрастировал с белоснежным потолком. Никакой лепнины и антикварных столиков: все очень современно и в то же время уютно. Скорее всего, здесь поработали профессиональные дизайнеры – вряд ли у банкира, и уж тем более у его женушки, бывшей официантки, такая бездна вкуса.
– Так о чем вы хотели поговорить? – спросила Городецкая, усаживаясь на подлокотник дивана. Она не предложила гостю присесть, но Виктор и не собирался дожидаться приглашения, устроившись в удобном кресле у окна.
– Речь пойдет о том, что вы делали двадцать второго числа примерно… в десять часов утра, – ответил он, делая вид, что сверяется с записями.
– Вы шутите? – пожала она плечами. – Я встаю не раньше половины двенадцатого!
– Правда? Скажите, Ирина Владимировна, вы ездите на зеленом внедорожнике Toyota Land Cruiser?
– Да какая разница!
– Большая. Ваша машина попала в камеру видеонаблюдения около дома женщины, которую вскоре после этого убили. Вас видели соседи и слышали, как вы ругались, стоя на лестничной площадке…
– У… убили?
Вся спесь слетела с Городецкой вместе с краской: ее лицо приобрело пепельный оттенок, а глаза расширились, став похожими на десятирублевые монеты – до пятирублевых все же не дотянули.
– Именно, убили. Вы понимаете, как все это выглядит?
– Но… но я не понимаю, о ком… о ком вы говорите?
– Да бросьте, Ирина Владимировна, все вы отлично поняли! – отмахнулся Логинов, почувствовав себя хозяином положения, и такой расклад ему ох как нравился! Поставить дамочку на место будет очень приятно, и плевать на последствия: в конце концов, она жена банкира, а не депутата. – Вы сами сказали, что встаете поздно, но в тот день вы поднялись пораньше, чтобы успеть застать Диану Кочакидзе, любовницу вашего мужа, дома до того, как она уедет на репетицию. Вы устроили ей скандал и угрожали при свидетелях…
– Неправда, там никого не было! – взвизгнула Городецкая и тут же осеклась, сообразив, что фактически признала факт визита к актрисе.
– Давайте вы просто расскажете, чем занимались вечером и ночью в прошлый вторник, и мы не будем тратить время друг друга, – спокойно проговорил Виктор, в душе ликуя: тетка уже не пыталась подавлять его своим высокомерием – он стал хозяином положения!
– Вечером и ночью? Конечно же, я находилась дома!
– Это может кто-то подтвердить?
– Мой муж и моя дочь!
– Хорошо, мы это проверим, – кивнул Логинов. – Поговорим с вашим супругом…
– Нет-нет, прошу вас, не надо этого делать!
– Почему? Он что, не подтвердит…
– Да подтвердит, конечно, но… Видите ли, Валера… он ничего не знает.
– Не знает о чем?
– О том, что я встречалась с Дианой.
– Расскажите, как все было, хорошо?
– А мой муж, вы ему не расскажете?
– Если вы не причастны к случившемуся, у меня не будет причин этого делать.
– Конечно, я ни при чем! – горячо воскликнула Городецкая. – Убить человека – это… это уже слишком!
– Полностью с вами согласен, – поддакнул Логинов, вопреки собственному желанию начиная испытывать к женщине что-то вроде жалости: похоже, обвинение ее действительно шокировало.
– Зачем вы пришли к Диане тем утром? – спросил он.
– Вы правильно сказали: я специально выбрала время, чтобы застать ее дома. Пришлось позвонить в театр и выяснить, во сколько начинается репетиция.
– Как вы узнали, что муж вам изменяет?
– Диана сама поставила меня в известность.
– То есть она сказала вам, что…
– Нет, она, разумеется, не призналась, но недавно я стала получать видео, на которых мой муж… в общем, кувыркался в постели с какой-то женщиной.
– Значит, вы не узнали Диану?
– Да я понятия не имела, кто это!
– Как же тогда…
– Наняла частного детектива, и он по-тихому выяснил, к кому шляется мой благоверный, когда «задерживается на работе».
– Но мужу вы ничего не сказали?
– Естественно, нет! Я решила поговорить с этой прош… бабой, в общем, и объяснить, что ей не удастся увести Валеру из семьи.
– Вы были так уверены, что не получится?
– Большая часть его активов записана на меня, – передернула плечами Городецкая. – Он сам так решил, когда стал зарабатывать большие деньги. Что-то там с налоговой, кажется, – я в таких вещах плохо разбираюсь!
Почему-то Логинов в этом и не сомневался.
– То есть развод не пошел бы ему на пользу? – уточнил он.
– Что вы, только во вред! – всплеснула руками Городецкая. – Но я же знаю, что мужики в его возрасте… Ну, когда им вожжа под хвост попадает, они могут на все наплевать и все-таки «свинтить» к любовнице, но в мои планы это не входит! У нас, в конце концов, ребенок… Да и вообще, мне нравится моя жизнь, и я не хочу ее менять, понимаете?
Виктор кивнул: по крайней мере, она откровенна и, возможно, не так уж глупа, как он поначалу решил.
– То есть вы решили, так сказать, раскрыть Диане глаза?
– Точно! Я навела справки и поняла, что она – девица хваткая, такая, которая не удовольствуется ролью любовницы. Да она ведь чуть не увела предыдущего любовника от жены!
– Погодите, а вы откуда знаете?
– Так мой детектив раскопал!
– Он узнал, с кем Диана встречалась до вашего мужа?
– Ну, не то чтобы…
– В смысле?
– Имени он не выяснил, но, кажется, этот человек занимает высокий пост в администрации города: Диана не разменивалась на всякую шелупонь!
– Итак, вы встретились, – возвратился к главной теме Логинов. – Что вы ей сказали?
– Правду. Объяснила, что ей ничего не светит с моим мужем – ни в личном, ни, что самое главное, в материальном плане. Я, знаете ли, не круглая дура и прекрасно понимаю, что мужчинам нужно иногда… ну, расслабляться! Эта Диана не первая и, к сожалению, не последняя в его жизни, но его поведение не означает, что я позволю ему изменить наш привычный уклад!
– И это все?
– Ну, не совсем.
– Продолжайте.
– Она оказалась самоуверенной девицей, скажу я вам, очень высокого мнения о собственной персоне! Я, конечно, понимаю – поклонники и все такое, однако Диана – всего лишь женщина, каких множество. Если у мужчины есть деньги и положение, он может купить себе любую, но вот жить он сможет только с той, которая готова мириться с его слабостями, потворствовать его желаниям и не замечать недостатков. Вовремя закрыть глаза – умение, которому учишься со временем, оно приходит с опытом. А еще нужно любить своего мужчину, иначе ничего не выйдет! Если только используешь человека, он рано или поздно это поймет, и ты его потеряешь… Диана не любила Валеру: она была слишком себе на уме. Не знаю, интересовал ли ее только материальный аспект или она надеялась с его помощью добиться положения в обществе – честно говоря, мне на это плевать: в таких делах каждый сам за себя, и я готова была драться за сохранение семьи… Осуждаете меня?
Виктор на мгновение лишился дара речи, а с ним такое случалось крайне редко! Он вспомнил, с каким чувством шел к Городецкой, но теперь готов был изменить о ней мнение: по крайней мере, она любит мужа и не стесняется в этом признаться. Что плохого, если она решила драться за то, что любит? Он и сам поступил бы так, не стал бы ждать, пока его жизнь разрушит человек, который не имеет на это никакого права!
– И все-таки мы должны подтвердить ваше алиби на день убийства, – неуверенно проговорил он. – Ваш муж…
– Он ни в коем случае не должен узнать! – простонала она. – Ну как же вы не понимаете?!
– Сколько лет вашей дочери?
– Четырнадцать… Она скажет, что я находилась дома весь вечер и всю ночь!
– Да, но…
– Что не так?
– Вряд ли свидетельство подростка можно принять во внимание, но дело даже не в этом: видите ли, члены семьи – слабое алиби.
– Я понимаю, но что же делать: в тот вечер у нас не было гостей!
– Ладно, я пойду, – сворачивая разговор, сказал Логинов. – Вот вам моя визитка: если вспомните что-нибудь важное или вдруг сообразите про алиби – звоните!