— Конечно. Ты сказал это мэру?
— Не было смысла.
— Думаю, ты прав. Что у тебя на уме?
— Полагаю, ты можешь мне помочь. Если расскажешь, что сумел узнать. Обещаю, это будет использовано эффективно и честно.
— Бесполезно. Что-нибудь еще тебя беспокоит?
— Может быть, я этого заслуживаю, но и ты можешь совершить ошибку. Я всегда работал честно. Но мне вечно приходилось продираться через десятки конфликтов, и вечно на меня давили. Я, конечно, шел на компромиссы и был терпим к человеческим слабостям, но это не преступление, Сэм, — голос Дагана становился резче. — Ты меня в этом обвиняешь?
— Терпимость и компромисс, — повторил Террел. — Смешно, но полицейские редко употребляют эти слова, пока их не поставят перед большим жюри. Тогда выясняются их взгляды на природу человека и их философия милосердия и терпимости к грешникам.
Как только Даган сердито зарычал, он повесил трубку. Ему нравился Даган, он почти доверял ему; но нельзя до конца доверять человеку, который впадает в транс от велений собственной совести.
Террел спустился в аптеку в вестибюле здания, съел гамбургер и выпил три чашки черного кофе. В два часа он снова был у стола Билла Мосса.
— Вот тебе информация, — сказал тот, ткнув карандашом в аккуратную стопку скоросшивателей. — Вероятно, нужно сделать краткий обзор, прежде чем ты сам сможешь что-нибудь раскопать. Для начала, я полагаю — то, что обе компании вполне законные. Адекватно финансируемые, отличный уровень доходов, соответствующий набор тяжелого оборудования, довольно компетентные управляющие. Похоже, им не о чем беспокоиться. Налоги, займы, трудовые отношения — все в приличном состоянии, но есть кое-что странное. Во-первых: меня не удовлетворяют их права на собственность. Это я объясню тебе через минуту. И во-вторых: им слишком повезло. Они слишком быстро выросли. Начав с нуля, они разрослись, как грибы, в огромные организации, при том что все их заказы идут через муниципалитет. Учитывая их начальный капитал, это очень необычно. У «Белл Рекерс» не было ни офиса, ни тяжелой техники, когда ей поручили снести целый квартал городской застройки. Очень необычно, согласись.
— А как насчет их собственности? Ты сказал, что в этом есть что-то странное.
— Ну, в собственниках у них числятся четыре или пять человек. Я знаю двух из них и, ну… — Мосс пожал плечами. — Имей в виду, это не доказуемо, но в бизнесе всегда можно выяснить, что у тебя за душой. У этих людей, по моему мнению, нет ни имущества, ни ума, чтобы привести эти компании к такому успеху.
— Ты хочешь сказать, что они — подставные лица.
— Да, я полагаю — действующие от имени владельцев, желающих скрыть свои связи с этими компаниями.
— Тогда как мне найти настоящих владельцев?
— Это нелегко. Договоренности могут быть только устными, а устный контракт нельзя не проверить, ни проанализировать.
— Ладно, большое спасибо. Если подытожить: компании законные, но их бы не было, если бы Совет по строительству парковок не подбросил им это дело. Правильно?
— Именно, — кивнул Мосс. — Дай мне знать, если выяснишь что-нибудь еще. Меня всегда интересует казнокрадство.
— Меня тоже. Особенно в таком масштабе.
Террел сидел и курил у себя за столом, переваривая то, что узнал от Мосса. Очевидно, теперь нужно попытаться выявить владельцев «Белл Рекерс» и «Акме Констракшн». Они были воронкой, через которую совет по парковке сливал потоки денег налогоплательщиков. Подумав, он снял трубку и набрал номер городского офиса фирмы «Дэн Брайдуэл». Пока его переключали на коммутатор секретаря Брайдуэла, Террел собирал по кладовым своей памяти данные о старике. Один из крупнейших подрядчиков штата, Брайдуэл начинал простым каменщиком и только своим трудом проложил себе путь до президента собственной компании. Парень с крутыми кулаками из трущоб Белфаста стал одной из самых важных фигур в приютившем его сообществе. Четверых сыновей он отправил в колледж, дочь — в Европу, изучать музыку в знаменитых на весь мир консерваториях. Он давал внушительные суммы на местные благотворительные учреждения, его имя носил десяток известных институтов. Он прошел долгий путь и боролся за каждый его фут, Террел это знал. Грубый старикан никогда ни о чем не просил, но ничего и не давал. На пути к власти он обзавелся множеством врагов, но любил говаривать, что не даст ни цента за человека, у которого их нет.
— Да? Кто это?
Голос Брайдуэла был высоким, резким и раздраженным.
— Террел? Из газеты?
— Правильно, мистер Брайдуэл. Сэм Террел. Я делаю статью о Совете по парковке и столкнулся с некоторыми вещами, которые хотел бы уточнить с вами.
— Я сэкономлю ваше время, Сэм. Совет по парковке не дает мне контрактов. Они предпочитают иметь дело с темными лошадками. Я пользуюсь не тем банным мылом или голосую не так. Я говорил это десяток раз. И все это записано.
— Я хотел бы вас спросить о «Белл Рекерс» и «Акме Контракшн» — фирмах, выполняющих заказы Совета.
— Ну, это не мои компании, поэтому знаю я только то, что читаю в газетах. Они получают работу, мы — нет.
— Вы знаете людей, которым принадлежат эти компании?
— Сынок, с этим вопросом тебе лучше обратиться в мэрию. Там должны знать. Но мне никогда не говорили. А теперь мне надо работать. До свидания.
Раздался щелчок, и связь прервалась.
Террел улыбнулся и положил трубку. Следующие пятнадцать минут он сидел за столом, задумчиво глядя на активную работу и чувствуя напряжение, исходившее от работников отдела городских новостей и копировального аппарата. Для получения нужной информации был только один путь; придется пойти на сделку. Будь у него время, можно бы побегать, узнавая… Но времени у него не было, потому, приходилось вести игру. Он был единственным, кому Пэдди Колан мог сказать всю правду. С этим можно и поторговаться.
Он взял трубку, позвонил в офис суперинтенданта Дагана, а когда соединили, сказал:
— Это Террел. У меня есть кое-что, что вы могли бы использовать, а мне нужна помощь. Может поторгуемся?
Даган колебался несколько секунд. Террел слышал его тяжелое дыхание. Потом Даган сказал:
— Чего ты хочешь?
— Давай встретимся в северном крыле вестибюля. И обсудим.
— Через пять минут?
— Отлично.
Террел собрал свои записи по Совету, сунул их в карман, надел шляпу и пальто и поспешил на встречу с Даганом.
Суперинтендант ждал его у северного крыла, багровое лицо с любопытством выглядывало из-под шитого золотом козырьком фуражки. Они пошли в ногу к семнадцатой улице, неспешно пробираясь сквозь толпу.
— Будем торговаться? — спросил Террел. — Я помогаю вам, потом вы поможете мне.
— Давай попробуем.
Террел сунул сигарету в рот и заколебался; ему вспомнились слова Карша: «Ты знаешь этих горилл… Может выйти так, что ты потеряешь свою страховку». Мог ли он доверять Дагану? Рискованная игра. Но он сказал:
— Я говорил с Пэдди Коланом в Бич-Сити.
Даган уставился на него.
— В тот день, когда он застрелился?
— Точно. Он описал человека, который выбегал из дома Колдуэла. Это описание я использовал в своей статье. Человека, которого я описал, за несколько дней до убийства Эден Майлз видели с Айком Селлерсом.
Почти квартал они шли молча, и Террел заметил, что Даган все сильнее хмурится.
— Ладно, Сэм, — сказал он наконец. — Теперь мне решать, так? Я действую либо как коп, либо как страус.
— И что будет?
— Не знаю, не знаю, — в тусклом голосе не чувствовалось энтузиазма. — Я тебе кое-что скажу. Борьба за правое дело стала для меня правилом. Знаешь, что я имею в виду? Нельзя остановиться и проверить все углы прежде, чем начнешь поворот. Ты или поворачиваешь, или не поворачиваешь — это все. Может быть, я слишком долго проверял углы?
— Наконец ты решил это выяснить, — хмыкнул Террел. — Ладно, теперь моя очередь. Кто владелец «Белл Рекерс» и «Акме Контракшн»?
— Это должно быть где-то записано.
— Владельцы в документах липовые. Я хочу знать, кто ими прикрывается.
— Я могу попытаться нажать, — сказал Даган. — И добыть информацию.
— Мне она нужна к сегодняшнему вечеру. Можно позвонить вам домой?
— Так скоро? Ладно, я постараюсь. Около восьми.
— Значит, в восемь. Пока до свидания.
Они прошлись вокруг управления и вернулись к северному крылу. Даган улыбнулся ему и зашагал к лифтам. Террел смотрел, как его крупная фигура с военной выправкой рассекает спешащую толпу. «И о чем он думал? — спрашивал себя Террел. — Как уклониться от этого вызова? Отнести его информацию Тикнору и Селлерсу и закрыть глаза на то, что произойдет потом».
Террел был удивлен академичным подходом Дагана — потому что ничего академического в его положении не было. Если Даган его сдаст, молиться за него будет некому.
Террелу нужно было поговорить еще с архитектором Совета, неким Эвереттом Браем. Он попытался позвонить в офис Брая, но там сказали, что мистера Брая можно застать только утром.
— Где мне его найти?
— У него дома в Шорхэме, если срочно. Но мистер Брай предпочитает встречаться с клиентами в офисе. И жестко на этом настаивает.
— К счастью, я не клиент. Большое спасибо.
Террел повесил трубку и пошел к машине. Он начинал понимать сомнительность своего положения. Знать что-то — вещь опасная. Он знал достаточно, чтобы досаждать, а это было опасно.
13
Эверетт Брай жил в Шорхэме, районе, отличающимся импортными спортивными автомобилями, барбекью на свежем воздухе и современными домами, оснащенными множеством дорогой аппаратуры, зеркальными окнами и замысловатыми игровыми комнатами. Район и окружение впечатляли. Виллы вдоль улиц окружала буйная зелень, чистый воздух был наполнен запахом цветов.
Брай, открывший дверь, оказался смуглым здоровяком с мягким взглядом и редеющими волосами. На нем были серые фланелевые брюки и твидовая куртка с кожаными заплатами на локтях.
Террел представился, и Брай, улыбаясь, сказал: