— Неужели? — Ее слова меня несказанно удивили.
— Совершенно очевидно, Гаррет, ты — идеалист и романтик. Один из последних по-настоящему хороших парней.
— Эй, остановись! Я уже начал краснеть. По правде говоря, в мире не найдется второго столь прагматичного человека, чем сынок миссис Гаррет.
— Ты и сам в это не веришь. Что же, валяй, отправляйся на поиски Эмми Дженн. Я ухожу с твоего пути. Тебе нельзя отвлекаться.
— Здесь мы полностью расходимся во взглядах.
— Успокойся. Как только покончишь с делом, дай сигнал в дом моего отца. Я постучу в твою дверь, прежде чем ты успеешь произнести: «Ах, эта противная девчонка Чэстити!»
— О Боже… — Неужели все повторяется снова?
— В чем дело?
— Не сердись, но я не знаю, кто твой отец.
— Неужели ты не провел предварительного расследования?
— Не видел в этом никакой необходимости.
— Мой отец — Повелитель Огня Фокс Дайрхарт.
Господи помилуй! Я сумел только пискнуть.
— Так ты не забудешь меня известить?
Снова писк. Никогда не имел дел с дочерьми чародеев-аристократов. Я чувствую, что пока недостоин чести украсить своей шкурой чей-нибудь портфель.
— Папуля не должен пугать тебя. Дома он для всех просто старый Фред Блейн.
Еще бы. Всю жизнь искал себе девчонку, чей папаша — один из могущественнейших магов, мечтающий лишь о том, чтобы я шлепал его по спине и называл Фредди.
— Так ты известишь меня?
— Ты прекрасно знаешь, что да, женщина-дьявол.
Я потерял способность сопротивляться.
— Тогда приступай к своей благородной миссии. — Она сморщила носик: — Папа не преминет заявить: «А что я тебе говорил?» — когда я расскажу ему о больнице. Просто ненавижу, когда он оказывается прав, а он прав всегда, считая людей злыми, эгоистичными и жесткими созданиями.
Я подставил щеку для прощального поцелуя и направился домой, размышляя на ходу, почему один из самых блестящих героев Каренты находится здесь, в Танфере, а не очищает Кантард от остатков разбитых отрядов противника.
47
На сей раз я проскользнул домой через черный ход. Скользкий и Айви проводили время на кухне. Один пил, другой занимался стряпней.
— Привет, Гаррет, — начал Скользкий, — буфет пуст.
— Не мешало бы и бочоночек подкупить, — заплетающимся языком пробормотал Айви.
— И не надоело вам обоим постоянно долдонить одно и то же? — проворчал я.
Если им здесь не нравится, никто их не держит.
Где-то у входной двери Попка-Дурак жаловался, что его, несчастного, все бросили. Интересно, коль скоро кончились все запасы, не захочет ли Скользкий приготовить рагу из попугаины.
Еще любопытно, что подумает Покойник, когда проснется и обнаружит себя в этом зоопарке.
— Не пора ли вам подыскать себе более тучное пастбище? — осведомился я.
— А?
— Вы пробовали найти работу? Подыскать жилье? Сдается мне, я выполнил свой долг перед вами.
— А?
— Он абсолютно прав, — вдруг заявил Айви. Его язык заплетался, но, несмотря на это, Айви пьяный был значительно более красноречив, чем Айви трезвый. — Разве мы вносим свой вклад в общее дело? Не исключено, что мы вообще не способны на такое. И это в конце концов его дом.
Проклятие. Совершенно справедливые слова Айви почему-то заставили меня почувствовать себя виноватым.
— Разве я не мыл его проклятую посуду, Айви? Не стирал белье? Я даже протирал жидкостью от насекомых ту гадость, которая содержится в библиотеке. На ней развелось столько жучков… Поэтому не говори, Айви, что я не вносил свой вклад. Послушай, Гаррет, какого черта ты вообще хранишь эту мумию? А если уж так приспичило, почему выбрал именно это страшилище?
— Оно — прекрасная тема для бесед. Девицы, например, утверждают, что мумия — душка.
Даже это не разбудило Покойника.
— А что ты сделал, Айви? — Скользкий меня не слышал. — Сосешь эту лошадиную мочу, пока я не начинаю задавать себе вопрос, где она в тебе помещается. Вы хотите есть?
— Да.
— В таком случае вонзите свои клыки в эти лепешки. Соус сейчас будет готов.
Он грозно двинулся в сторону Айви, но тот, не обращая внимания, отправился навестить попугая. Захлопнув за ними дверь, я поспешно подкрепился, размышляя про себя, не сочетались ли ненароком мои постояльцы браком — уж очень все напоминало семейную сцену. Скользкий снова принялся орать. Его рев разносился по всему дому.
— Хватит! — в свою очередь, гаркнул я. — Скажите лучше, ко мне кто-нибудь заходил?
— Чтоб мне сдохнуть. Вы, Гаррет, наверное, самый популярный парень в городе. Какие-то люди постоянно колотили в дверь.
— И?..
— И что? Если не обращать внимания, они, как правило, уходят.
— Целиком и полностью разделяю этот взгляд.
Айви сунул голову в кухню и заявил:
— Приходила невысокая симпатичная девушка.
Я приподнял бровь, что в данной аудитории было пустой растратой таланта.
— Ага, — подтвердил Скользкий. — Айви для разнообразия решил ответить на стук. Он всегда млеет при виде юбки.
Айви смущенно потупился.
— И что же дальше, ребята?
— Не знаю, — ответил Айви. — Я ничего не понял.
«Тоже мне новость», — подумал я.
— Она несла какую-то бессмыслицу. Что-то о вашей помощи, о поисках книги. Спрашивала, не нашли ли вы ее.
— Линда Ли?
— Что?
— Она не называла своего имени? Линда Ли.
Айви в ответ пожал плечами.
Вот уж воистину, Гаррет, ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Я проглотил последний кусок, залил его глотком жидкого чая и направился к маленькой комнате рядом с входом. Попка-Дурак почему-то был не столь невыносим, как обычно.
Все в мире относительно.
Я выглянул в дверной глазок.
Все в порядке. Передо мной лежала Макунадо-стрит, на которой кипела квазираэумная жизнь. Изучать эту жизнь через маленькую дырочку — занятие совершенно бесполезное.
Я открыл дверь и вышел на лестницу.
И сразу почувствовал, что за мной наблюдают, хотя никого не заметил. Усевшись на верхней ступеньке, я принялся изучать жизнь. Мне всегда было непонятно, почему такое количество людей мчит куда-то с такой скоростью. Я кивал знакомым — в основном соседям. Некоторые отвечали поклоном, а иные задрав нос пробегали мимо, желая в глубине души, чтобы я испарился и смешался с голубыми облаками. Старый мистер Стакл, снимавший меблированную комнату у миссис Кардонлос, был одним из моих друзей.
— Как дела, сынок?
— Когда как, папаша. Иногда ничего, иногда скверно. Но так или иначе, каждый день — Божье благословение.
— Слыхивал. А Грет из-за тебя дергается.
— Снова? Или все еще?
Он ухмыльнулся, обнажив оба своих зуба.
Грет Кардонлос всегда была на стороне тех, кого один мой вид выводил из себя. А что было бы, подумал я, если бы она в свое время получила имя Бриттани или Мисти. Может быть, тогда она состарилась бы, не превратившись в сварливую ведьму?
Скорее всего нет.
Пока я смотрел вслед удаляющемуся Стаклу, рядом со мной возникла соседская девчушка и радостно сообщила:
— А за твоим домом следили!
Бекки Фриерка жила иллюзиями о том, что участвует во всех моих приключениях. Вообще-то я не против, чтобы рядом со мной находилась особа женского пола, однако желательно, чтобы ей было несколько больше восьми лет.
— Неужели?
Никогда не знаешь, откуда можешь получить полезную информацию. Кроме того, мое внимание было Бекки приятно.
Я плохо помню отца. Но мама часто повторяла его, как она утверждала, слова: «Каждый день надо совершить хоть один приятный людям поступок». Не исключено, что она сама это придумала. Так или иначе, мысль неплохая.
— Спасибо, Бекки. Это очень полезные сведения. Теперь топай домой. — Я протянул ей пару медяков.
— А ты пригласил ту леди на ужин?
— Что?
— Вчера вечером.
— А?
— Мне не нужны твои деньги, я хочу, чтобы ты вывел меня в свет.
Интересно, наступит ли этому когда-нибудь конец?
— Откуда тебе известно, чем я занимался вчера вечером?
— Я увидела, как ты выскользнул через заднюю дверь, и стала следить за тобой. — Улыбнувшись улыбкой дьяволенка, она закончила: — Поэтому я и знаю, чем ты занимался.
— Ты что — гном? Шантажируешь меня?
— Нет. Но зато я могу сказать, кто еще за тобой следил.
Ничего себе! Я не заметил никакой слежки, включая Бекки.
— Я весь внимание.
— А ты сводишь меня поужинать? Туда же, куда водил белокурую леди.
— Свожу. — Можно обещать все — ее мамаша не допустит этого. — Как только закончу дело. Заметано?
Она с подозрением посмотрела на меня. Уж больно быстро я согласился.
— Заметано. И не думай, что сумеешь увернуться.
— Рассказывай, кто следил за мной.
— Это был человек. Очень страшный. Совсем не высокий, но какой-то огромный. — Девчушка широко развела руки. — Ходил ужасно смешно. — Бекки изобразила, как именно.
— Магвамп, — высказал я вслух догадку. Мне не довелось видеть походку Магвампа, но она должна была быть именно такой.
— Магвамп?
— Так, видимо, зовут того, кто следил за мной. У него очень толстые руки?
— Не знаю.
— Что он делал?
— Просто шел вслед за вами. Потом исчез. Он такой страшила, Гаррет. Все время говорил сам с собой.
— Наверное, вырос в таком же окружении, что и я.
Краем глаза я увидел, как в мою сторону двигается Плоскомордый Тарп. Я не имел ни малейшего представления, почему он бежал ко мне с такой мрачной целеустремленностью.
— Спасибо, Бекки. Настало время расходиться по домам.
— Не забудешь? Ты обещал.
— Кто? Я? Конечно, не забуду. Можешь на меня рассчитывать.
Оставалось надеяться, что забудет она. Но вряд ли — мне никогда не везет.
— Кто откинул копыта? — поинтересовался я, когда Тарп подбежал ко мне. После пробежки этот увалень даже не запыхался.
— А?
— Ты галопировал с таким видом, будто несешь ужасную новость.
— Неужели? Нет, я просто думал о Летиции.