Леонид Васильевич АлексеевСмоленская земля в IX–XIII вв.Очерки истории Смоленщины и Восточной Белоруссии
Введение
В 60–90-х годах XIX в. в Киевском университете была предпринята попытка региональных исследований по истории древней Руси. Появилась серия монографий по древнейшему периоду Рязанского, Тверского, Черниговского, Полоцкого, Смоленского и других княжеств. Однако источниковедческая база тогда была еще слаба, все эти работы строились главным образом на письменных источниках — летописях в дошахматовский период их изучения. Накопление огромного материала за истекшие 70–100 лет сделало повторение этого круга исследований необходимым, и в 50–60-х годах нашего века появились новые работы, посвященные Галицко-Волынской (В.Т. Пашуто), Рязанской (А.Л. Монгайт) и Полоцкой (Л.В. Алексеев) землям. Настоящая книга продолжает эти исследования и посвящена Смоленской земле.
Смоленское княжество (земля) возникло на основе крупнейшего восточнославянского племени кривичей, в зоне главного водораздела европейских рек с озерами и волоками, через который протянулась самая значительная коммуникация древности — Путь из варяг в греки. Удаленная от древнерусских окраин, земля эта была в безопасности от нападений кочевников степного юга и вскоре стала центром притяжения населения, спасающегося по Днепру от печенегов, половцев, а позднее и от татаро-монгол. Во главе земли был Смоленск — один из крупнейших городов Руси (основан в XI в.), контролировавший путь по Верхнему Днепру и по водоразделу, насыщенный многочисленным полиэтничным и разнородным по социальному составу населением. В XII–XIII вв. в Смоленской земле утвердились князья одной из главных ветвей потомков Мономаха. К концу XII в. в их руках оказались все основные ключи древнерусской политики. Уделы многих из них находились за пределами Смоленской земли и в результате она не была, подобно соседней Полотчине, ослаблена княжескими междоусобицами. К тому же татаро-монгольское нашествие обошло Смоленскую землю, но его гибельные последствия сказались на всей Руси. Трагическую эпоху монголо-татарского погрома мы и считаем конечным пределом исследования.
Как и в работе по истории Полоцкой земли (М., 1966), в основу этой монографии положен комплексный метод анализа имеющихся в распоряжении автора источников. Как и там, все явления исторического развития Смоленской земли рассматриваются в тесной связи с характером ее заселенности, устанавливаемым по археологическим данным. Детальное исследование комплекса грамот смоленской епископии является основой для разрешения многих ключевых проблем истории Смоленской земли.
Моя длительная работа над этой книгой всегда встречала сочувственную поддержку как руководства Института археологии АН СССР, так и Сектора славяно-русской археологии, сотрудником которого я являюсь. Большую помощь консультациями по вопросам древнего смоленского зодчества и особенно предоставлением материалов мне оказал П.А. Раппопорт, по частным вопросам — Г.П. Смирнова и А.А. Юшко. В полевых изысканиях мне помогали археологи: Я.Г. Риер, З.М. Сергеева, Н.А. Соболева, также сотрудники руководимой мной экспедиции: Ю.А. Дорофеев, С.Ю. Крупянский, Г.И. Жунина, Р.А. Михневич и краеведы и сотрудники местных музеев И.С. Мигулин (Могилев), М.И. и И.И. Ивановы (Рославль), М.Н. Манышев, Л.Е. Диденко, Н.П. Атрошенко (Мстиславль), руководство Мстиславского района, и прежде всего А.И. Задорожный. Позволю выразить им мою самую искреннюю признательность. Часть труда по составлению археологической карты Смоленской земли взяла на себя ныне покойная И.Т. Трифонова.
Историография
Краеведческие исследования
Обилие памятников древности в Смоленской земле удивляло иностранных путешественников уже в XVI в. В 1576 г. посол австрийского императора Максимилиана принц Даниил фон Бухау первый описал смоленские курганы[1]. В 1593 г. эти курганы описал другой австрийский посол Николай Варкочи, также следовавший в Москву[2].
Интерес к истории страны оживился в 70–80-х годах XVIII в. при посещении Смоленской губернии Екатериной II. По указанию местного епископа Парфения неким Иосафатом Шупинским была составлена история Смоленска, которая и разошлась в городе во множестве списков. Но первый труд на эту тему был опубликован лишь в 1804 г. и принадлежал неутомимому собирателю древних сведений местному ученому дьякону А.Н. Мурзакевичу[3]. Большая часть тиража этого неразошедшегося издания сгорела в 1812 г. По сохранившимся экземплярам видно, что этот добросовестный труд широких задач еще не ставил, но обстоятельно передавал содержание источников.
Дальнейшее изучение смоленской истории связывается с именем А.П. Елаховского — одного из старейших преподавателей смоленской гимназии 20–30-х годов XIX в., длительно составлявшего «Статистическое и историческое описание Смоленской губернии». П. Свиньину удалось напечатать часть этой монографии[4], но автор вскоре умер (1830-е годы). Его труд, «стоивший больших занятий», попал в руки компиляторов[5].
Трудом А.П. Елаховского, по свидетельству П.Д. Шестакова, воспользовался П. Никитин, издавший две книги по истории Смоленска[6]. Если в первой было много ошибок, то вторая носила более серьезный характер. История города была разбита на три периода (долитовский, литовский и послелитовский). Автор пользовался первоисточниками, по-видимому, мало, но более трудами Н.М. Карамзина, А.Н. Мурзакевича, Н. Полевого и энциклопедией Плюшара. В целом автор разбирался во многих вопросах слабо и даже путал некоторые смоленские монастыри. К его второй книге было приложено несколько важных документов по истории Смоленска.
С 50-х годов XIX в. появляются новые имена любителей местной старины. Выделяются статьи бельского предводителя дворянства Н.М. Ельчанинова, печатавшегося в молодости в журнале (А.Е. Измайлова «Благонамеренный») и занявшегося позже стариной города Белого и Бельского уезда[7].
С 70–80-х годов в Смоленщине было уже несколько неутомимых энтузиастов древности. Это учителя: С.С. Ракочевский (Рославль), С.П. Писарев (Смоленск), И.И. Орловский (Смоленск) и др. С.С. Ракочевский (р. 1828) опубликовал в местной прессе прекрасное по тому времени исследование истории города Рославля, которое было переиздано в Известиях Русского археологического общества, а позднее и отдельной книгой. К сожалению, необдуманно резкий отзыв А.И. Савельева отпугнул исследователя от дальнейших разысканий[8]. Вместе с тем «Опыт» С.С. Ракочевского содержал много подробных сведений, верных наблюдений, справедливость которых подтвердилась лишь в наши дни.
Бессменный заведующий смоленским историко-краеведческим музеем С.П. Писарев (1846–1904) вел систематические наблюдения над всем, что раскапывалось в городе. Его исторические труды подводили итог по истории Смоленска того времени[9].
Деятельности И.И. Орловского в истории смоленского краеведения принадлежит особо почетное место. Среди 28 печатных его работ, большая часть которых относится к истории Смоленщины, нам особенно интересны те, которые посвящены древнейшей эпохе — остаткам древних церквей Смоленска домонгольского времени[10]. Исключительную ценность имеет посмертный труд историка[11], он «отличается среди других исследовательских начинаний смоленских краеведов более солидной исторической эрудицией автора и достаточно критическим отношением к источникам», — писал М.К. Каргер. Он отмечал, что И.И. Орловский в отличие от многих других смоленских исследователей, подробно описал древние развалины смоленских архитектурных памятников, например большого храма на Смядыни, раскопанного в 1907–1908 (отчетность этих работ утрачена)[12]. Эта работа И.И. Орловского действительно поражает эрудицией автора, которому были известны почти все источники по истории Смоленской земли. Ими мы теперь пользуемся, а выводы в большинстве случаев не потеряли значения и теперь. Необычайно высоко оценили труды И.И. Орловского П.А. Раппопорт, Н.Н. Воронин[13].
Археологические исследования в Смоленской земле
Интенсивная жизнь прошлого оставила в Смоленской земле огромное количество археологических памятников. Самыми заметными из них были развалины древних храмов домонгольского времени в самом Смоленске и многочисленные курганы вокруг города. Исследование этих памятников началось сравнительно поздно — в 60-х годах XIX в. Первые работы были произведены в 1867 г. учителем естественной истории М.П. Полесским-Щепилло, который вскрыл большой холм в Смоленске, оказавшийся остатками разрушенного храма «На Протоке», стены которого в то время в западной трети здания сохранились до сводов[14]. К сожалению, археологическая наука в то время была в зачаточном состоянии, методика исследований и фиксации полностью отсутствовала, результат работ М.П. Полесского-Щепилло был невелик, но, несомненно, всколыхнул интерес к подобного рода исследованиям. Через несколько лет краеведческая мысль обратилась и к курганам.
В 1872 г. лепельский помещик Витебской губернии М.Ф. Кусцинский, по совету его однокашника по университету графа А.С. Уварова, на средства Московского археологического общества начал раскопки смоленских курганов