[326]. Это полностью подтверждается и в Смоленской земле. Длинные сухопутные дороги проходили здесь только в больших скоплениях поселений (например, в районе Смоленска, возможно, между Мстиславлем, Ростиславлем, Пацынем и т. д.; рис. 6), однако здесь их уловить не удается, и о направлении их могут быть только предположения. В остальных местах древние дороги нащупываются по «ленточному» расположению курганов и, следовательно, древних деревень.
Главная дорога северной части Смоленщины шла прямо на север от Смоленска к Вержавску через Иловку и Варнавино (где найдены арабские диргемы). Это тот самый «вержанский путь», который обозначен в поздних письменных памятниках «за Днепром бояре у Вержанском пути», «слуги деспешные у верьжавъском пути за Днепром» и т. д.[327] Один клад у д. Жигулино с находками арабских диргемов в двух пунктах в сочетании со скоплением поселений показывает, что вдоль р. Царевич шел довольно оживленный торговый путь от Днепра и Вопи через Бортницы к верховьям Гобзы, к Слободе (где тоже известны диргемы, правда, в виде украшений в курганах) и далее к Западной Двине. Этот путь был удобен тем, что в случае надобности позволял миновать Смоленск и проехать со стороны Дорогобужа на Двину, минуя этот город.
Очень трудно что-либо сказать о сухопутных дорогах Восточной Смоленщины. Во всяком случае, в «курганную» эпоху (до XII в.) каких-либо торных дорог через нее не было, так как на карте древних поселений они не прослеживаются. Всего вероятнее, что за данью в Искону и другие места верхней Москвы ездили по рекам (например, с верховьев Днепра через Волочек в Вазузу, затем вверх по Гжати и т. д.). Знаменитая впоследствии и, вероятно, учитывая исключительную залесенность этих мест, единственная дорога от Смоленска на Вязьму — Можайск, возникла, нам кажется, только в эпоху возвышения Москвы. В «послекурганный» период (XIV в.) поселения вокруг Дорогобужа, по верхней Вязьме (где много курганов) и по верхней Москве, разрастаясь, стали соединяться прямой дорогой, необходимость которой еще диктовалась усилением Москвы. На дороге этой теперь усилились или возникли вновь новые центры: Вязьма, которая, вероятно, существовала еще в домонгольское время, хотя и упоминается в летописи только под 1239 г.[328], Можайск, попавший в летописи, вероятно, ошибочно под 1277[329], но который в 1293 г. уже был завоеван татарами[330], по-видимому, перерос другие феодальные пункты, возникшие в период власти в этих местах смоленского князя[331].
В Южной Смоленщине сухопутные пути сообщения не прослеживаются с такой четкостью, как в северной. Здесь, по-видимому, более всего пользовались реками (и их руслами), текущими на юг. Можно лишь предполагать, что из Заруба или Пацыни можно было беспрепятственно проехать к среднему Остру и далее во Мстиславль. Ленточных же скоплений поселений в этой части Смоленской земли нет.
В заключение отметим, что, как и в Полоцкой земле, изобиловавшей волоками[332], сухопутные пути сообщений тянулись вдоль рек и только в местах волоков между бассейнами приобретали самостоятельное значение.
Торговля
Денежное обращение
Расположение Смоленской земли на главном водоразделе европейских рек способствовало торговым связям страны издревле. Здесь находили монеты греческие[333] и римские[334], неподалеку от Витебска была найдена уникальная для этих территорий латенская гривна[335] и т. д. Не приходится сомневаться, что в эпоху средневековья торговые связи земли необычайно усилились, здесь появились арабские, византийские, позднее западноевропейские монеты, большое количество иноземных товаров, часть которых мы находим в раскопках.
Ранний период денежного обращения в Смоленской земле характеризуют многократно находимые клады монет (рис. 5). Деревянная, полуземляночная Русь с ее постоянными междоусобицами, пожарами, нападениями врагов, хранила свои накопления в земле. «И в земле не хороните (богатства. — Л.А.) — то ны есть великии грѣхъ», — поучал детей Владимир Мономах[336]. Сведения о находимых в Смоленщине арабских диргемах восходят еще к XVIII в. П.С. Паллас переслал в Академию наук несколько таких монет, определенных татарским муллой (1785)[337]. С тех пор средневековые монеты на нашей территории стали находить все чаще в Смоленской земле, более всего в Гнездове — первоначальном Смоленске. Всего известно сейчас 3,5 десятка кладов и 2,5 десятка монет в курганах. Дендрохронология Новгорода показала, что степень разрыва младшей монеты клада со времени его зарытия не превышает одного-двух десятилетий[338]. Смоленские и пограничные клады распределяются: Смоленский у. — 9 кладов в Гнездове, по одному в Дубровниках у Смоленска и у Ясеной[339]. В остальных уездах: Бельский (Дунаево, 1925 г.), Горецкий (Горы, 1885 г.), Застенок (1901 г.), Романово (Ленино, 1892–1893 гг.); Соболево (1936 г.), Шавнево (?); Духовщинский (Жигулино — до 1888 г.); Дорогобужский (у г. Дорогобужа, 1847 г.); Климовичский (Старый Дедин, 1926 г.); Зубцовский (Дягунино, 1893 г.); Краснинский (р. Луппа, 1853 г.); Могилевский (Могилев? 1822 г.); Московский (Хитровка, 1932 г.); Мстиславский (Стайки, 1949 г.); Невельский (Глазуново), 1958 г.); Оршанский (Добрино, 1961 г.), Поречье (1886 г.), Суходрево (1867 г.), Прусиничи (1961 г.); Поречский (Кислая, 1967 г.); Ржевский (Мужищево, 1927 г.); Торопецкий (Торопец-Зеликовье, 1960, Набатово? Пальцево, 1923); Чаусский (Староселье, 1900), Юхновский (Долино, 1885)[340].
Древнейшими кладами на интересующей нас территории являются три, относящиеся к IX в. Один из них был найден в 1936 г. у совхоза Соболево (недалеко от Баево Дубровенского района Витебской области) и состоял из 138 целых, 168 обрезков диргемов с младшей монетой 856–857 гг.[341] Другой найден у д. Кислая Демидовского района Смоленской области в 1967 г. в культурном слое селища, датируемом последней четвертью I тыс. н. э. Клад еще не опубликован, по имеющимся сведениям, там было свыше 600 диргемов, несколько сасанидских драхм и единственный в нашей стране полубрактеат с изображением лодки на одной стороне, а на другой — оленя, чеканенный, очевидно, в Хедебю (Дания) около 825 г.[342] Третий клад — у д. Долино состоял из хорошо сохранившихся серебряных шейных гривен (рис. 7, 8). Если клады IX и X вв. чаще располагаются на Пути из варяг в греки (Долино — исключение), то самый поздний клад XI в. найден от этого пути в стороне: в XI в. монеты обслуживали и внутренние потребности страны. Мы говорим о кладе из Старого Дедина (рис. 9), зарытом около 1065 г. (как и клад из Полоцка 1910 г., зарытый около 1060 г.)[343] Полоцкий и Стародединский клады, следовательно, располагались теперь на пути, идущем по географической параллели вдоль Западной Двины (Прибалтика — Полоцк — Витебск — Смоленск), движение по которому только еще начиналось.
Известно всего четыре места находок византийских монет в Смоленской земле: старейшие происходят из Гнездова (клад 1867 г. с младшей монетой 954 г. и византийской — 780–797 гг.)[344], самая младшая — из Харлапова Дорогобужского района (подвеска на костяке 976–1025 гг.). Всего зафиксировано сейчас в Смоленской земле 13 находок византийских монет: четыре медных (Гнездово: Центральное городище 867–888 гг., селище, две при трупосожжениях в курганах[345]), две бронзовых (в Гнездове на Центральном городище и в кургане[346]), пять серебряных (Гнездово — в трех курганах, также в курганах у деревень Саки и Харлапово), две золотых (Гнездово — на Центральном городище монета 912–913 гг. и в кургане № 47 монета 829–842 гг.). Ряд находок монет недавнего времени еще не определен и в изданиях имеются лишь краткие упоминания о них.
С прекращением притока восточного серебра на Русь, в ней распространились частично западноевропейские денарии, охватившие в основном Прибалтику и новгородских словен (XI в.)[347]. В Смоленской земле эти находки единичны, но именно здесь найден самый древний денарий на Руси (955–957 гг.[348]), который происходит из Стародединского клада, зарытого, как мы видели, около 1065 г. Отдельные находки западноевропейских монет, главным образом в курганах в виде подвесок, обнаружены на верхнем Днепре выше Смоленска, на верхнем и среднем Соже. Юго-восточнее этой реки (например, на Десне) эти находки неизвестны[349]. Наличие западноевропейского серебра в одних комплексах с византийскими монетами, ввозившимися по Днепру, показывает, что денарий покупался на тех же рынках, что и прочие монеты, хотя и попадали к нам через северо-западные земли. Всего вероятнее, это был Смоленск, располагавшийся в XI в. уже на современном месте (в Гнездове этих монет нет). В самом деле, именно в Смоленске при разрушении одной из башен крепости Федора Коня (очевидно, в земле, при разборке ее фундамента)