– Ага.
– Концентратор?
– Циллер. Добрый вечер. Развлекаетесь?
– Нет. А вы?
– Разумеется, да.
– Правда? Неужели настоящее счастье так… неизбежно? Это огорчает.
– Циллер, я – Разум-Концентратор. У меня под присмотром целое – да будет мне дозволено заметить, великолепнейшее – орбиталище, не говоря уже про пятьдесят миллиардов человек, о которых нужно заботиться.
– Ну, про них я вообще молчу.
– В данный момент я слежу за угасанием сверхновой в галактике, удаленной на два с половиной миллиарда световых лет. Ближе к дому, за тысячу световых, умирающая планета в атмосфере красного гиганта медленно приближается по спиральной орбите к его ядру. А через гиперпространство я могу наблюдать, как тысячи лет спустя планета погибает в ее солнце. В пределах системы я отслеживаю миллионы комет и астероидов и корректирую десятки тысяч орбит; некоторые астероиды впоследствии служат сырьем для Плит, а некоторые я просто убираю с дороги. В следующем году я собираюсь пропустить крупную комету прямо через отверстие орбиталища, между Концентратором и Ободом. Это будет великолепное зрелище. Сейчас к нам приближается несколько сотен тысяч меньших небесных тел, которые обеспечат роскошное световое шоу на премьере вашего нового сочинения в конце периода Новых-Близнецов.
– Это…
– И конечно же, я поддерживаю постоянную и непрерывную связь с сотнями, а то и тысячами Разумов ежедневно: с Разумами всевозможных кораблей – и тех, кто прибывает, и тех, кто отчаливает, со старыми друзьями, с теми, кто разделяет со мной ряд увлечений и интересов, с другими орбиталищами и университетскими Мудрецами, и так далее. У меня одиннадцать Блуждающих Личностных Конструктов; они кочуют по галактике, подселяются в субстраты Разумов всесистемников и кораблей поменьше, орбиталищных Концентраторов, Эксцентриков, Отшельников и прочих; а потом эти некогда идентичные создания вернутся, и я могу лишь предполагать, какими они предстанут и как изменят меня, если мы решим слиться воедино.
– Это все звучит…
– Сейчас у меня другие Разумы не гостят, но я обдумываю такую возможность.
– …просто восхитительно. А теперь…
– Вдобавок подсистемы, например модули регуляции производственных процессов, ведут постоянный и увлекательный диалог. Например, в течение следующего часа на пещерной верфи под Бузунским Перемычным кряжем родится новый Разум, который вскоре, еще до конца года, будет внедрен в свой ВКК.
– Да-да, продолжайте.
– Пока один из моих планетарных удаленных модулей наблюдает за парой циклонов, сталкивающихся в атмосфере Наратраджан-Прим, я сочиняю глифовую последовательность об эффектах экстраординарных атмосферных явлений на вполне пригодные для жизни экосистемы. Здесь, на Масаке, я слежу за серией лавин в Пильфунгуонских горах на Хильдри, за продвижением торнадо через Шабанские саванны на Акруме, за формированием вихряного острова в море Пича, за лесным пожаром на Мольбене, за сейшевыми волнами на реке Градеенс, за фейерверком над городом Джунзра, за строительством деревянного дома в деревне на Фурль, за четверкой любовников на вершине холма в…
– Все это предельно…
– …Окутти. А ведь есть еще и дроны, и прочие автономные разумные существа, способные держать связь напрямую и в ускоренном времени, плюс люди-носители имплантов и прочие биологические субъекты, также способные к прямой коммуникации. К тому же, разумеется, у меня миллионы аватаров вроде этого, которые общаются с людьми или слушают их.
– …Вы закончили?
– Да. Но если для вас это звучит чересчур заумно, подумайте про аватаров на собраниях, концертах, балах, церемониях, вечеринках и трапезах; обо всех разговорах и обменах мнениями, о вспышках остроумия!
– Подумайте обо всей этой белиберде, бессмыслице и расплывчатых формулировках, о хвастовстве и напыщенном самообмане, об утомительной дурацкой чепухе, о жалких попытках произвести впечатление или подольститься, о самоуверенности, о глупости, о непонимании и о неспособности понять, о пустопорожней одурманенной болтовне и в целом о невыносимой скуке.
– Циллер, все это шелуха, которую я игнорирую, однако вежливо и, по возможности, уместно побеседую с любым занудой и глупцом; мне это ничего не стоит, а значит, совершенно не напрягает. Точно так же я не обращаю внимания на безынтересное пустое пространство между планетами, звездами и кораблями. Тем не менее даже оно по-своему чем-то интересно.
– Концентратор, вы не представляете, как я рад, что ваша жизнь столь насыщенна.
– Благодарю вас.
– А можно теперь немного поговорить обо мне?
– Сколько вам будет угодно.
– Мне только что явилась ужасная, чудовищная мысль.
– Какая же?
– О премьере «Умирающего света».
– А, вы уже придумали название для своей новой работы.
– Да.
– Я уведомлю об этом заинтересованных лиц. Что касается ранее упоминавшихся метеоритных дождей, то их совместят с обычными лазерными шоу и фейерверками. Вдобавок у меня запланировано выступление танцевальной труппы и голографическая интерпретация.
– Да-да, я уверен, что моя музыка создаст приемлемый акустический фон для завораживающего зрелища.
– Циллер, надеюсь, вы не сомневаетесь, что все будет сделано с безукоризненным вкусом. И все медленно угаснет под конец, как раз в момент вспышки второй новой.
– По-моему, все пройдет превосходно, но я боюсь совсем не этого.
– А чего же?
– Вы намерены пригласить этого ублюдка Квилана, так?
– О…
– Вот именно. Вы его пригласите, правда? Я вот прямо чую, как этот тошнотворный гноесос нарезает вокруг меня круги. Ох, зря я согласился на его переезд в Аквиме! Ума не приложу, чем я тогда думал.
– По-моему, не пригласить эмиссара Квилана было бы очень невежливо. Вероятно, в этом году ваша премьера станет самым важным культурным событием для всего орбиталища.
– То есть как это «вероятно»?
– Ладно-ладно, наверняка. Концерт уже вызывает чрезвычайный интерес. Даже громада Штульенской Чаши не в состоянии вместить всех желающих. Для самых преданных поклонников вашего творчества пришлось устраивать викторины, а остальные билеты распределять в лотерею. Велика вероятность, что никто из представителей Совета не попадет на концерт, ну, только если кто-нибудь другой, желая снискать их расположение, не уступит свое место. Орбиталищную трансляцию посмотрят не менее десяти миллиардов человек. Мне самому досталось всего три пригласительных билета, один из которых потребуется моему аватару.
– Ну вот и превосходный повод не приглашать этого Квилана.
– Вы с ним – единственные челгриане на орбиталище, Циллер. Вы – композитор, а он – наш почетный гость. Я не могу его не пригласить.
– В таком случае я не пойду.
– То есть вас не будет на премьере?
– Да.
– Вы не станете дирижировать?
– Нет.
– Но вы всегда дирижируете на премьерах!
– Не в этот раз. Если там будет он, то не будет меня.
– Что вы, ваше присутствие обязательно!
– Нет, не обязательно.
– А кто же будет дирижировать?
– Никто. Этого особо и не требуется. Композиторы встают за дирижерский пульт потому, что желают потешить свое самолюбие, почувствовать сопричастность исполнению, а не только подготовке.
– А раньше вы придерживались иного мнения. Вы утверждали, что существуют нюансы, незапрограммированные тонкости, которые способен уловить лишь дирижер, а затем вдохновенно откликнуться на реакцию аудитории, проанализировав индивидуальные эмоции и сконцентрировав рассредоточенные…
– Я лгал.
– Вы тогда говорили так же искренне, как и сейчас.
– У меня талант. Как бы то ни было, я не буду дирижировать в присутствии этого продажного наемника. И к Чаше даже близко не подойду. Останусь дома или пересижу где-нибудь еще.
– Это всех очень разочарует.
– В таком случае уберите его куда подальше.
– Но как?
– Вы сами нам недавно объяснили в мельчайших подробностях, что вы – Разум-Концентратор и что ваши ресурсы практически неисчерпаемы.
– Но ведь можно устроить так, чтобы за весь вечер вы с ним ни разу не столкнулись!
– Вряд ли. Кому-нибудь обязательно захочется нас свести. Найдут повод, придумают предлог.
– А хотите, я дам вам слово, что вы с Квиланом не встретитесь лицом к лицу? Я позабочусь о том, чтобы избавить вас от его общества.
– И как вы этого добьетесь одним аватаром?… Погодите, вы что, нас звуковым полем накрыли?
– Только наши головы. Да. Губы аватара больше не будут шевелиться, а его голос немного изменится. Не волнуйтесь.
– Попытаюсь сдержать невольную дрожь. Продолжайте.
– При необходимости на концерте будут присутствовать несколько аватаров. Им же не обязательно выглядеть такими сереброкожими… И дроны тоже будут.
– Большие и внушительные?
– Нет, гораздо лучше. Маленькие и проворные.
– Так не пойдет.
– И ножеракеты.
– Все равно не пойдет.
– Почему? Надеюсь, не потому, что вы мне не доверяете? Мое слово нерушимо. Я всегда сдерживаю обещания.
– Я вам верю. А не соглашаюсь потому, что есть те, кто обязательно попытается подстроить эту встречу.
– Это кто же?
– Терсоно. Контакт. Да мало ли кто еще! Проклятые Особые Обстоятельства – тоже.
– Гмм.
– Если нам захотят устроить встречу – во что бы то ни стало, – сумеете ли вы ее предотвратить, Концентратор?
– Этот вопрос относится к любому моменту времени после прибытия Квилана.
– Да, но до сих пор якобы случайная встреча была бы слишком искусственной, чересчур нарочитой. От меня ожидали бы негативной реакции – и оказались бы совершенно правы. Наша встреча должна выглядеть предначертанной, будто бы неизбежной, предопределенной моей музыкой, моим талантом, моей личностью и естеством.
– Тем не менее вы вполне можете присутствовать на премьере, а при встрече с ним отреагировать так же негативно.
– Нет. Не вижу для этого причин. Я просто не хочу с ним встречаться, и все.