Александр решился идти через джунгли. Этель плелась за ним. Она уже жалела, что проявила такую настойчивость, чтобы быть рядом с ним. Александр не выходил у нее из головы. Навязчивая идея, страсть, любовь или капризы избалованной дочери экзарха – она уже сама не понимала, что ее влечет к Александру. Сначала они пробирались сквозь банановые заросли, затем джунгли поредели высокими самаума. Столько растительности Этель никогда не видела: древовидные папоротники, пальмы, свешивающиеся лианы. Джунгли были полны насекомыми, птицами и безобидными животными – вроде макак. Островок рая на высушенной Арктуром планете.
– А если Арктур продолжит блуждать и отдалится от Hay, ты все равно хотел бы улететь? – спросила Этель.
Он промолчал, понимая, что не успевает вернуться к приземлению «Мантикоры». Ну, тогда хотя бы найдет Эмми и вырвет из лап этих бродяг! Если только она сама не… Выше на пути чавкало болото. Под ногами стелился зеленый мох. То и дело на глаза попадались кочки осоки и болотного кочкарника. Они обошли болото и спустились в низину – опушку тропического леса. Глазам открылась унылая картина заброшенного города. Руины зданий были покрыты порослью лиан, стены облепил дикий виноград, дороги размыло, деревья панданусов росли прямо на улицах. Росвиль поглотил тропический лес. Казалось, никого в городе нет. Но Александр знал, что это ошибочное мнение. У них закончились запасы воды. Этель хотелось пить, и Александр, взяв тару, направился к ближайшему ручью, усадив свою спутницу под хлебным деревом. Он сорвал ей плод, раскромсал его ножиком и предложил попробовать сочную мякоть. Александр спустился к ручью, зачерпнул прохладную воду и вдруг услышал крики Этель. Он побросал пустые бутыли и бросился назад. Тихонько подкрался к месту стоянки. Два головореза в темных плащах держали вырывающуюся Этель. Один из них ударил ее по лицу. Александр запустил сюрикэны в сторону бродяг. Те, не успев увернуться, повалились на землю, как подкошенные. Этель в страхе отползла в сторону. На помощь товарищам откуда-то со стороны городских развалин спешили нетерпеливые босяки. Александр насчитал человек пятнадцать. Одни – оборванные, грязные, другие в военном камуфляже, кто-то с голым торсом. Впереди бежала маленькая стройная фигурка. Что еще за мальчишка? Ах, это женщина! Александр знаками подозвал Этель, они спрятались у болота за высокими кочками с осокой. Банда рыскала вокруг. Александр слышал знакомый голос – голос его Эмми! Внутри все перевернулось. Он лишь крепче сжал заряженный карабин.
– Что они с нами сделают? Убьют? – спросила, дрожа Этель.
– Навряд ли, им нужны люди, чтобы переправлять их на другие планеты, – шепнул Александр.
– Эта женщина твоя Эмми?
Александр ничего не ответил, как он ошибался! Значит, Эмили никто не заставлял уходить, она сама что-то выжидала. Какой продуманный ход!
– Они здесь, я их вижу! – послышался радостный возглас.
Александр высунулся из-за травы и открыл огонь. Несколько бандитов удалось подстрелить. Пока он перезаряжал оружие, сзади послышался шорох, и что-то тяжелое навалилось на спину. Удар в голову прикладом. Темнота. Этель скрутили веревками и потащили в развалины Росвиля.
Александр очнулся от пульсирующей ломоты в затылке. Руки были скручены веревкой, хорошо, что ноги свободны. Он лежал в сыром сумрачном помещении. Над ним уходили куда-то ввысь бесконечные остовы голых лестниц, зияли черными квадратами подземные проходы. Недостроенная многоэтажка – бандитское логово. Сквозь розовую пелену, застилавшую глаза, значит еще долго били, Александр разглядел, как Эмми разговаривала с лысым громилой, украшенным непонятными татуировками. Глаза его закрывали темные очки. Она кивала здоровяку, показывая на связанную Этель. Громила подошел к пленнице, толкнул ногой, разглядывая лицо, и мрачно улыбнулся:
– Беру, ничего себе мордашка, но на Церере с ней никто церемониться не будет. Давно не работал с тобой, Эмма.
– Нужно было отсидеться, Дик! Два года, как мышь. Ты же знаешь, что меня разыскивал сам Шайтан?
– Да, слыхал про твои делишки. Крейсер Шайтана разнесли на Земной орбите. Хотел вернуться домой, стукач. Там и так перенаселение. «Мантикора» приземлится со дня на день, заберет счастливчиков и больше не вернется.
– Я знаю, Дик, знаю, – усмехнулась Эмма, – у меня было предложение лететь в колыбель человечества.
Она взглянула на Александра. Ее собеседник тоже обратил на него внимание:
– А этого гладиатора не продашь? Дам двойную цену! Я слышал о его успехах. Будет развлекать публику где-нибудь на Проксиме? Что скажешь?
– Ла-а-дно, по рукам! – нехотя протянула Эмма.
Она подошла к Александру. Он долго разглядывал ее лицо, ставшее ему чужим. Глаза – жесткие, колючие, рот с презрительной ухмылкой.
– Ну, что прощай, – сказала она. – Ты неплохо провел без меня время! Сходил на бои без правил, тут же подцепил эту девицу! И притащил ее сюда! Ха-ха-ха! Додумался же!
– Я доверял тебе, Эмми! Ты предала меня! Взяла все трасты, которые я столько времени собирал!
– Мне нужно было где – то скрываться. Не шутка ли, перейти дорогу самому Шайтану. А ты повелся, пожалел бедную девочку?! Меня тянет назад, как и тебя на твою Землю! Я – дитя Росвиля! Жаль, но тебя отправят на корм зверушкам с Проксимы. Ты же воин, ничего, быть может, протянешь пару боев. Эту избалованную девицу заберут на самый токсичный завод на Церере. Как тебе перспектива?
– Как же я в тебе ошибался!
– Заводи двигатели своего малыша, Дик! – крикнула Эмми. – Мои парни сейчас доставят твои «покупки» на смотровую площадку.
Здоровяк улыбнулся и исчез в черном проеме. Послышались его тяжелые шаги по лестнице – он поднимался на самый верх. Александр пытался ослабить веревки. Это ему почти удалось: он практически освободил руку, затем другую. Главное, чтобы Эмми не заметила. Она как раз обернулась к своим молодцам, выясняя, сколько каждому выгорит за хороший товар. Александр отлично видел ее профиль. Что же пора действовать! Он вытянул из заворота рукава последний припрятанный сюрикен. Бросок, полет, точное попадание в цель. Эмми взвыла, прикрывая глаз рукой, и упала без сознания. Несколько секунд замешательства ее дружков то, что нужно. Александр сбросил веревки и метнулся к бандитам. Пара ударов и они в нокауте. Он огляделся – пока никого и кинулся освобождать Этель. Слава Богу, она пришла в себя. Александр потянул ее к лестнице.
– Куда мы? – спросила Этель.
– Я хочу вернуться на Землю и, кажется, знаю способ, как это сделать, – задыхаясь, спросил ее Александр, – решайся, ты со мной или…
– С тобой, Алекс!
– Отлично!
Александр поднялся на последний этаж и вышел на плоскую крышу – хорошее место для посадки! Этель спряталась за кирпичным выступом, а сам он прокрался к поржавевшему челноку. Корабль зажегся красными огоньками. Александр проник в приоткрытый люк. Он спустился по трапу и наткнулся на жирную спину здоровяка. Совсем недолго, немного усилий и Дик перестал биться. Алекс выбросил тучное тело за борт. Он, не теряя времени, позвал Этель, и усадил в кресло штурмана. Ярко горела мигающими кнопками панель управления. Голос искина вещал о проложенном курсе на Проксиму. Александр сел на место пилота, пристегнулся и щелкнул тумблерами. Этель с удивлением наблюдала за ним.
– Что ты задумал, Алекс? – спросила она.
– Все в порядке, мы летим на Землю. Включить автопилот, – приказал Александр системе корабля, – галактика Млечный путь…Рукав Ориона…Солнечная система…планета Земля.
Челнок, сотрясая пространство, взлетел над Росвилем. Внизу бегали люди Эмми. Ее худая фигурка металась среди них, но видеть, как улетает корабль, она могла лишь одним глазом. Челнок покружился над утопающем в зелени городом и взмыл вверх. Удаляясь от Hay, Этель видела зеленые разводы тропического леса, серым пятном стелилась бесконечная равнина, переливался в лучах Арктура пыльный Соутон. Вот и он исчез блеклой точкой.
– Хорошо, что мы встретились, – сказала Этель.
– К северу от Соутона, – заметил Александр.
– Что? – переспросила она его.
– К северу от Соутона я понял, что мы будем вместе, – усмехнулся Александр. Созвездие Волопаса провожало маленький ржавый челнок в путь, а внизу жил своим привычным укладом пыльный Соутон.
Страна льдов
Суровая Антарктида! Белая скала, отполированная штормовым ветром, грозно возвышалась над научной базой, занесенной сугробами. Досель нетронутая страна вечного льда, бесцеремонно потревоженная самоотверженными полярниками. Исследовательская станция растянулась пятью утепленными низенькими домиками с пирамидальными крышами на недружелюбном Мысе Дэнисон.
Звонкий лай ездовых собак раскромсал мерзлую тишину, нарушая вечернее безмолвие. К хижине подъехала упряжка из шести разномастных гренландских лаек. Рыжий пёс – крупный вожак, огрызнулся на сородичей и уселся на снег, закрутив вокруг себя пушистый хвост. Лайки притихли, жалобно скуля. Открылась дверь тамбура одного из домиков, и на морозный воздух вышел немолодой мужчина. Его изрезанное морщинами лицо прикрывал толстый капюшон, отороченный свалявшимся мехом.
– Эй, мистер Дуглас, вы чего так долго?! – крикнул пожилой полярник. – Как там на побережье?
Возница собачьей упряжки – худощавый мужчина приятной наружности лет тридцати в теплой куртке из водонепроницаемого габардина вылез из длинных узких саней. На ногах его красовались новенькие унты, а руки прятались в фетровых рукавицах.
– Надвигается буря, Уве, нужно заняться приборами, – ответил он и направился в хижину. – Где Мерц и Ниннис?
– Отсыпаются после вчерашней вахты, – буркнул Уве, пропуская собеседника в холодный тамбур.
– Загони собак в сарай к остальным, – попросил Дуглас и остановился, – да, и покорми их вдоволь. Завтра выдвигаемся в путь.
– Как скажете, мистер Моусон, вы же начальник экспедиции! – кивнул старый Уве. – Как думаете, буря к завтрашнему дню утихнет?