лько: Ф. И. Мстиславский — правнук Ивана III по линии его дочери, Ф. И. Шереметев — брат последней жены царевича Ивана Ивановича Елены, И. Н. Романов — двоюродный брат царя Федора Ивановича, И. Б. Черкасский — сын двоюродной сестры царя Федора Ивановича и родственника второй жены Ивана Грозного Марии Темрюковны, И. Ф. Троекуров — муж еще одной двоюродной сестры царя Федора Ивановича, А. В. Сицкий — сын тетки царя Федора Ивановича. К ним можно было добавить и родственников жен Ивана Грозного: А. А. Нагого, Д. М. Черкасского, Колтовских и Собакиных. Даже у Голицыных в числе предков была дочь великого князя Московского Василия I…
В конце концов после бурных дебатов стали склоняться к мнению, что самой подходящей кандидатурой является Михаил Федорович Романов — двоюродный племянник царя Федора Ивановича. Он был молод, способен иметь детей и, значит, стать основателем династии, обладал приятной внешностью, в детстве много страдал от происков Бориса Годунова (это могло вызвать к нему симпатию простых людей) и не был замешан в авантюрах Смутного времени. Остальные кандидаты всеми этими достоинствами не обладали. Мстиславский не обзавелся детьми, да и сам был стар, И. Н. Романов имел физические недостатки, вызванные церебральным параличом, и тоже был бездетен. Остальные приходились слишком уж отдаленными родственниками прежним правителям.
Когда вопрос о кандидатуре будущего государя был решен, в работе собора сделали перерыв, чтобы узнать мнение населения крупных городов.
Наконец все выборщики вновь собрались в Успенском соборе Кремля и 21 февраля в торжественной обстановке официально провозгласили Михаила Федоровича Романова новым государем и царем всея Руси. При этом говоривший от лица избирателей митрополит Кирилл подчеркнул: «Бог его, государя, на такой великий царский престол избрал мимо всех людей, по Своей неизреченной милости, и всем людям… в сердца вложил едину мысль и утверждение».
После этого по городам стали рассылаться соответствующие грамоты. Население должно было принести присягу новому государю.
Рассмотрим подробнее, кем же был юный народный избранник, которому выпала честь основать новую царскую династию, правившую в России более трехсот лет.
Михаил Романов родился 12 июля 1596 года в семье богатого и знатного боярина Федора Никитича, приходившегося двоюродным братом царю Федору Ивановичу. Матерью его была Ксения Ивановна Шестова из очень разветвленного рода Салтыковых-Морозовых.
Михаил был долгожданным ребенком в семье, поскольку первенцы — братья-близнецы Борис и Никита — умерли вскоре после появления на свет. Потом, в 1593 году, родилась Татьяна. После Михаила в семье было еще два сына — Лев и Иван, но они также скончались в младенчестве: из-за отсутствия квалифицированной медицинской помощи смертность детей в то время даже в боярских семьях была очень велика.
Первые годы жизни Михаила, несомненно, были безоблачными и счастливыми, поскольку его отец занимал высокое место при дворе царя Федора Ивановича. Но уже в ноябре 1600 года на всю семью Романовых обрушились жестокие репрессии: новый царь Борис Годунов заподозрил их в покушении на свою жизнь. Началось следствие, в результате которого родители Михаила были пострижены в монахи, а сам он в четырехлетием возрасте вместе с сестрой и тетками, Марфой и Анастасией, оказался в белозерской тюрьме. Там муж Марфы, князь Б. К. Черкасский, тяжело заболел и вскоре умер. Занедужила и сама Марфа. После этого по приказу царя малолетних «преступников» перевели в село Клин Юрьевского уезда. Там они встретились с матерью и наконец-то стали досыта есть и тепло одеваться, но по-настоящему жизнь Романовых переменилась к лучшему только после воцарения Лжедмитрия. Он вернул из ссылки всех тех, кто пострадал от произвола Годунова, и приблизил их к своему двору. Дядя Михаила, И. Н. Романов, стал боярином, отец — ростовским митрополитом Филаретом. Михаил с матерью и сестрой вновь поселился в уютном доме на Варварке.
Перемены на троне, происшедшие в мае 1606 года, не коснулись семьи Романовых. В. И. Шуйский оставил всех на своих местах. К этому времени Михаил уже подрос и получил должность стольника при царском дворе. Он был одним из немногих продолжателей некогда очень разветвленного рода Захарьиных-Юрьевых. Кроме него оставался еще дядя, Иван Никитич, женатый на Ульяне Федоровне Литвиновой-Мосальской, но и в его семье дети умирали один за другим.
Однако воцарение боярского ставленника В. И. Шуйского не принесло стране мира и покоя. В западных городах вновь стала разворачиваться авантюра Лжедмитрия, уже второго по счету. Сначала Москву осадили полки И. И. Болотникова, потом летом 1608 года подошел Лжедмитрий Пи образовалось двоевластие. В это время сестра Михаила Татьяна вышла замуж за князя И. М. Катырева-Ростовского, состоявшего в родстве с новой царицей, Марией Петровной Буйносовой-Ростовской.
Мать Михаила оказалась приближенной ко двору, но никаких дополнительных благ ей это не принесло, поскольку Москва находилась на осадном положении. Вновь приходилось терпеть лишения от голода и холода. Муж Татьяны разочаровался в старом и скупом на пожалования царе Василии и решил переметнуться к Лжедмитрию II в Тушино. Однако его замысел раскрылся, и князь Катырев оказался в сибирской ссылке.
Отец Михаила, митрополит Филарет, оказался в плену у тушинцев. Те, желая превратить свой табор во вторую столицу, провозгласили его своим патриархом. Неудивительно, что после этого царь Василий стал с некоторым подозрением относиться к Михаилу и его матери.
Правда, уже летом 1610 года Шуйского свергли с престола. Во временное боярское правительство Семибоярщина вошло сразу несколько родственников Михаила: родной дядя Иван Никитич, его двоюродный брат Ф. И. Мстиславский, женатый на А. Н. Романовой Б. М. Лыков, женатый на дочери М. Н. Романовой Ф. И. Шереметев и И. М. Воротынский, прабабка которого представляла род Захарьиных. Все они покровительствовали юному Михаилу и его матери.
Вскоре в столице оказался и Филарет. Его назначили главой Смоленского посольства, отправившегося к королю Сигизмунду III для решения вопроса о воцарении в Москве королевича Владислава.
Несомненно, Михаил и его мать надеялись, что в стране наконец-то установятся мир и покой, но и на этот раз ситуация лишь усугубилась. В столицу был введен польский гарнизон под предлогом защиты ее от Лжедмитрия II. Посольство к Сигизмунду провалилось, поскольку выяснилось, что король сам хочет править Русским государством. Хотя в декабре 1610 года самозванец погиб, поляки отказались выходить из Москвы и принялись наводить в ней свои порядки. Послы во главе с Филаретом были арестованы и отправлены в плен в Польшу.
Михаил с матерью и сестрой оказались «невольными сидельцами» и уже в который раз терпели всевозможные лишения. Здоровье Татьяны оказалось настолько подорванным, что летом 1611 года она умерла. Ей было всего 18 лет. Много невзгод перенесли и Михаил с матерью, пока 24 октября 1612 года-их не выпустили из осажденного Кремля. Ополченцы позволили им уехать в далекое костромское имение Домнино для поправки здоровья. Но и там жить было очень опасно из-за разбойничавших повсюду казаков и поляков, входивших прежде в армию Лжедмитрия II. Только благодаря подвигу Ивана Сусанина будущий царь и его мать не попали в плен к шайке воров и грабителей. Вовремя оповещенные об угрозе, они переехали в костромской Ипатьевский монастырь, окруженный мощными крепостными стенами. Там они и узнали о решении избирательного Земского собора.
Существует версия о том, что мать Михаила Марфа Ивановна заранее узнала от Ф. И. Шереметева о решении собора избрать ее сына на царство. В ответ она написала письмо, в котором выразила свое категорическое несогласие. Она прекрасно помнила, чем закончилось воцарение и Бориса Годунова, и Василия Шуйского, й Лжедмитриев, и очень опасалась, что ее единственного сына постигнет та же участь. К тому же править в совершенно разоренной стране было равносильно самоубийству.
Однако члены Земского собора не посчитались с мнением Марфы Ивановны, поскольку иной, более подходящей и устраивавшей всех кандидатуры попросту не было. Итак, хотя Михаил и был избран государем, свое согласие им стать он никому не давал и его мнение по этому поводу Земскому собору известно не было. Поэтому, чтобы убедить избранника принять возложенную на него честь, члены собора выбрали несколько авторитетных людей и отправили к нему в составе Костромского посольства. Главами его были назначены рязанский архиепископ Феодорит и боярин Ф. И. Шереметев — опытный политик и дипломат. В посольство входили также троицкий келарь Авраамий Палицын, боярин В. И. Бахтеяров-Ростовский, окольничий Ф. В. Головин, архимандриты, протопопы, дворяне и приказные люди. Характерно, что ополченческих воевод в нем не было, поскольку, как позже выяснилось, Марфа Ивановна с большой опаской относилась и к Трубецкому, и к Пожарскому, и к окружавшим их военным людям. Она боялась, что ее юный сын окажется лишь послушной игрушкой в их руках.
В начале марта посольство выехало из Москвы и 13 числа оказалось в пригородах Костромы. Торжественное шествие к Ипатьевскому монастырю было назначено на утро следующего дня.
В парадных одеждах, с иконами и крестами все двинулись по льду реки к резиденции будущего монарха. Заранее оповещенные Михаил и Марфа ждали гостей в воротах монастыря. Их лица были сумрачны и суровы: визит московских посланцев нисколько их не радовал.
Когда Феодорит вручил Михаилу грамоту от собора о его избрании царем, тот со слезами бросил ее на землю и решительно заявил, что отказывается от возложенной на него высокой чести. Марфа Ивановна поддержала сына. Она сказала послам, что Михаил слишком молод, чтобы управлять таким большим государством. К тому же она напомнила о том, что «московские люди по грехам измалодушествовались, прежним московским государям, дав свои души, не прямо служили», изменяли им, предавали и даже доводили до горькой и позорной смерти. Характерными примерами послужили правлен