– Значит, путешествие на Северный полюс… это была твоя идея? – спросил Уильям, в голове которого сошлись все фрагменты пазла. – Не Бренды… я имею в виду, а Ледяной Колдуньи?
– Да! Я знаю, что тогда и началась вся эта неразбериха. Но этому нужно было положить конец. Я должна была доставить нас обоих сюда, чтобы я смогла стать Ледяной Колдуньей и показать тебе, какое ужасное будущее я сотворю, и что может случиться с Рождеством. Мой разум замерз, и я почти ничего не соображала, но почему-то знала, что ты – тот, кто спасет Рождество. Ты и Снегозавр! – добавила она, улыбаясь динозавру.
– Честно говоря, вид у тебя был тот еще, – заметил Уильям, слегка подтолкнув ее.
– Попробуй сам побыть Ледяным Колдуном! Посмотрим, как тебе это понравится! – ответила Бренда.
– Мне это не нужно. У меня есть Снегозавр, который заморозит время вместо меня! – с улыбкой сказал Уильям.
Снегозавр с гордостью расправил свои ледянисто-голубые шипы и потряс ими, и они зазвенели, как колокольчики на сильном ветру.
– Санта, у меня все же есть один вопрос, – сказал Уильям, и на розовощеком лице Санте появилось озабоченное выражение. – Мы подслушали, как ты разговаривал с Ледяной Колдуньей в Запретном месте. Ты все это время знал, что это произойдет?
Санта глубоко вздохнул, и все замолчали.
– Послушай, Уильям, когда Бренда превратилась в Ледяную Колдунью, она получила способность существовать в любом отрезке времени и переходить из одного момента в другой. Вот почему она была частью Рождества на Северном полюсе так же долго, как и я. Многие годы я зависел от ее способности замораживать время, – объяснил он. – Но я всегда подозревал, что у нее есть какая-то более серьезная цель, что она существует не только для того, чтобы облегчить мне жизнь в сочельник – и я не ошибся. Она существовала для того, чтобы спасти Рождество. Когда я об этом узнал, я должен был ей помочь, чего бы это ни стоило.
– Даже если для этого нужно было лгать? – спросил Уильям.
– Ну, формально я не лгал. Я просто не сказал вам правду, – сказал Санта.
– Похоже на какую-то хитрость, – сказала Бренда и подбоченилась, строго глядя на него.
– Ну… полагаю, даже Санта может иногда немного пошалить, – заметил Санта, и его лицо стало краснее, чем его шуба. – Но могу вас заверить, что вам никогда не грозила опасность. В распоряжении Ледяной Колдуньи было все время этого мира, и она могла испробовать любые пути, пока не найдет способ спасти будущее. Она обнаружила, что только одна-единственная цепочка событий приведет к нужному результату. А ты, Уильям, был единственным человеком, способным это сделать.
Снегозавр зарычал.
– Ну, конечно, и ты тоже, Снегозаврик, – добавил Санта и похлопал динозавра по голове.
– ГМ-М!
Бренда громко кашлянула.
– И ты, и ты тоже, Бренда! Каждый из нас должен был сделать то, что сделал, и именно так, как мы это сделали, иначе Рождество исчезло бы навсегда!
– Так значит… ты знал, что это произойдет? – спросил Уильям.
– Я знал столько, сколько мне было нужно, Уильям. Не больше и не меньше, – ответил Санта-Клаус.
– Значит, все получилось? Рождество снова в безопасности? – спросил Уильям.
Все переглянулись.
– Меня не спрашивайте меня! – пожал плечами Санта. – Я сам только что вернулся.
Снегозавр вдруг издал восторженный рык и бросился к пролому в стене лабиринта.
– Кажется, он что-то придумал! – сказал Уильям, и все последовали за веселым динозавром. Через несколько мгновений они обнаружили его в центре Деревни Эльфов перед телевизором. Снегозавр поправил зубами остроконечную антенну, и сквозь помехи и шипение пробились голоса. – Вот! Вот оно! – закричала Бренда. – Смотрите!
Она указывала на покрытое искусственным загаром лицо своего отца, которое мелькнуло за спинами собравшихся у входа в магазин игрушек. Толпа расступилась, и Уильям увидел, что мистер Пейн не один. Его вели двое полицейских. Вернее, тащили за воротник сшитого на заказ костюма в полоску. Они вели его к полицейскому автомобилю. Затолкав Барри Пейна на заднее сиденье, они захлопнули дверь, и на экране появилась физиономия Пирса Снорегана.
«Мистер Барри Пейн арестован за миллион бракованных рождественских подарков, которые он разослал по всему миру в декабре этого года. Как сказал один из родителей: “Рождество было бы испорчено, если бы моя крошка Лили не обнаружила на пороге нашего дома настоящий подарок от Санта-Клауса”. Нет никаких сомнений: мистер Барри Пейн попадет в черный список очень надолго. А вот и он! Мистер Пейн, не хотите ли прокомментировать происходящее?» – спросил Пирс, поднеся микрофон к открытому окну полицейского автомобиля.
Барри повернулся и посмотрел прямо в камеру.
– Ненавижу Рождество, – прошипел он сквозь идеальные зубы, и машина тронулась.
– Еще несколько срочных новостей, – объявил Пирс. – Судя по всему, в этом году Санта нарушил традицию! Он оставляет подарки не под рождественской елкой и не в носках для подарков, а на пороге, на лужайке перед домом или на крыльце. Там их и находят проснувшиеся утром дети. И если раньше люди так и сидели у себя в гостиных или на кухнях, то в этом году подарки, неожиданно оказавшиеся на улице, вдохновляют провести рождественское утро вместе с соседями, обмениваясь подарками и с ними тоже. Это Рождество уже называют лучшим в истории…
Северный полюс наполнился радостными криками, а Уильям посмотрел на верометр, который теперь показывал полную шкалу звонватт.
– Это и правда лучшее Рождество за всю историю! – улыбаясь, сказал он.
– Честно говоря, я видела в будущем одно Рождество двадцать лет спустя… Оно тоже очень милое, – улыбнулась Бренда.
– Никаких спойлеров! – рассмеялся Уильям.
Как только Соня, Конопатый, Скороход, Сластена, Снежок, Щекастик, Звездочетка и Брокколи починили сани, Санта, Уильям и Бренда тут же сели в них. Северные олени и Снегозавр готовились взлететь и стояли, дожидаясь волшебной музыки.
Санта поставил на блестящий граммофон пластинку, и с первыми звуками труб сани взлетели и помчались вперед, как будто двигались по нотам.
– Поехали, хо-хо! – прокричал Санта, и они помахали на прощание сотням собравшихся внизу эльфов.
Прошло совсем немного времени, и вот уже Санта осторожно направляет сани к домику Уильяма и Бренды. Кругом было полно поющих и танцующих людей, ведь, как и было сказано в новостях, новое место доставки подарков вдохновляло устраивать спонтанные рождественские вечеринки прямо на улице. К счастью, соседи самозабвенно веселились и не заметили громадные сани, восемь северных оленей и голубого динозавра, которые приземлились на заднем дворике Трандлов.
Боб и Памела тут же выбежали им навстречу.
– САНТА! – воскликнул Боб.
– Боб! – весело приветствовал его Санта и кивнул: – Счастливого Рождества, Памела!
– Где вы были? – спросил Боб сына.
– Не где, пап, а когда! – ответил Уильям.
– А ты? Я думала, ты со своим отцом! – сказала Памела Бренде.
– Ну… не уверена, что хочу провести Рождество в тюрьме, – ответила Бренда.
– Все в порядке, пап. Мы все объясним, когда войдем в дом. Теперь мы можем встречать Рождество вместе… одной семьей, – сказал Уильям и увидел, как Боб и Памела, прежде чем заключить его в горячие объятия (которых мальчик его возраста уже стесняется), украдкой улыбнулись друг другу.
– Ну, что ж, я доставил вам этих двоих, а теперь мне пора, – пророкотал Санта и похлопал Боба по спине так сильно, что тот едва не упал.
Санта запрыгнул в сани, а Бренда и Уильям прощались со Снегозавром.
– Спасибо еще раз, Снегозаврик. Я твоя должница! – сказала Бренда, и Снегозавр небрежно, но от души лизнул ее щеку. Она отошла в сторону, чтобы Уильям и Снегозавр могли попрощаться наедине.
– Ну вот… Еще один год прошел, еще одно приключение, – улыбнулся Уильям. – В следующем году в то же время?
Снегозавр поднял голову к небу и ответил восторженным ревом.
Санта взял вожжи, сани взлетели и медленно и плавно поплыли над садом Трандлов.
– Санта! – окликнул его Уильям. – А если в следующем году не будет Ледяной Колдуньи, как ты заморозишь время, чтобы доставить все подарки за одну ночь?
Санта улыбнулся.
– Ну, людям заморозка дается нелегко, а вот другие создания, судя по всему, справляются с ней гораздо лучше. Благодаря тебе, Уильям, мы нашли занятие для одного нашего знакомого динозавра…
Снегозавр с гордостью взревел, стоя впереди саней. Его чешуя едва заметно сияла остатками ледяной магии.
Уильям усмехнулся.
– Кому нужна Ледяная Колдунья, если у нас есть Снегозавр!
– Бренда, я должен сказать… – крикнул Санта с высоты.
– Спасибо за все годы, что я помогала тебе и замораживала время, став Ледяной Колдуньей? Всегда пожалуйста! – перебила его Бренда.
– Как ты догадалась, что я хотел сказать именно это?
– Я же побывала в будущем, забыл?
Санта рассмеялся.
– Значит, ты совершенно точно заслужила право вернуться в список хороших детей. И если тебе чего-то хочется на Рождество…
– Все в порядке, Санта. Мне не нужно ни желаний, ни подарков. У меня есть все, чего я только могла бы пожелать – здесь и сейчас.
Она сунула руку в карман и вытащила красивый снежный шар, который Боб дал ей, чтобы он напоминал ей о доме.
– Семья, – сказала она, с улыбкой глядя на снег, тихо падающий на деревянный домик внутри шара.
Уильям посмотрел на красивый узор, и его сердцу стало тепло. Он знал, что где-то там, за стеной времени, его мама была с ним, и будет всегда.
Стоя между улыбающимся отцом, обнявшим Памелу, и своей новой сестрой Брендой, которая с восторгом смотрела на их покосившийся домик, Уильям понял, что это лучшее Рождество в его жизни. Даже лучше прошлого Рождества.
В это мгновение Санта, сани, северные олени и один очень особенный динозавр растворились в декабрьском небе.
КОНЕЦ