- А этот типочек, - ледяным тоном проронила я, уничижительно глядя на Лясика, - Глеб Николаевич Исаев.
- Ась? – переспросил Лясик, демонстрируя одновременно тугоухость и тугоумие – две очень характерные для него черты.
- Гендиректор и владелец этой фирмы в одном флаконе, - сердито промолвила я. – Собственно, именно на него мы и будем работать!
- Ой… Здрасьте, - уставился на Глеба Лясик. – Миль пардон… Бон муа…
- Лясик! – почти взвыла я, пиная его локтем под ребра.
Глеб затрясся. Я очень надеялась на то, что он сдерживал смех, а не желание сломать нос одному не слишком умному Деду Морозу.
- Это он просит прощения, - перевела я бормотание Иллариона на человеческий язык. – И говорит, что больше так беспардонно себя вести не будет. Правда, Илларион?
- Угумс, - подтвердил Лясик.
Я закрыла глаза.
Как хорошо, что маму уже уволили с этого чертова ивент-агентства! По крайней мере, мне не влетит за то, что Лясик такой придурок, а я до сих пор его не перевоспитала!
- У нас выступление через пятнадцать минут должно начинаться, - наконец-то попыталась напомнить Глебу о деле я. – Может быть, мы хоть взглянем, ну… На место работы?
- Да, конечно, - сдался Глеб и таки улыбнулся.
Господи, спасибо, что у этого мужчины есть чувство юмора!
Он же ударил пальцем по какой-то кнопке на телефоне, стоявшем на столе, и промолвил:
- Алекса, проводи Деда Мороза и Снегурочку на рабочее место. Забери их из моего кабинета.
- Будет сделано, Глеб Николаевич.
Я вздохнула. Контактировать с Алексой, конечно, не хотелось, но лучше так, потому что наедине я Лясика точно убью.
Я потянулась к шубе, но Глеб с невероятной галантностью, проигнорировав при этом испепеляющий взгляд Лясика, подал мне шубку, помог одеться и улыбнулся.
- Хорошего выступления, - промолвил он.
И хотя Алекса не успела застать даже части этого представления, я не сомневалась, что Глеб был столь обходителен только для поддержания нашей легенды о женихе и невесте.
Культурности Лясика хватило ровно на те три минуты, что нас вели в зал и показывали, где мы будем выступать.
- Это че за хмырь? – поинтересовался он, когда Алекса наконец-то оставила нас наедине.
Выглядел Илларион максимально недовольным – и собой, и мной, и вообще сложившейся ситуацией.
- Ты это сейчас о нашем нанимателе? – мрачно уточнила я. – А ты в курсе, что мы не имеем права допускать оценочные суждения относительно клиентов?
- Да что ты вообще можешь об этом понимать, - отмахнулся Лясик. – Он на тебя смотрит так, как не должен смотреть!
- Это как?
- Как на женщину!
- А я, по-твоему, кто? Мужик бородатый? – сердито уточнила я. – Слушай, Лясик, не морочь мне голову. Нам работать надо, а не выяснять отношения!
- Пока ты моя девушка, - прошипел Илларион, - ты будешь меня слушать!
Я уставилась на него, как на сумасшедшего. Во-первых, было странно, что Лясик внезапно проявил твердость характера и уставился на меня с искренним гневом. Во-вторых, с каких это пор я стала его девушкой?!
- А разве мы встречаемся? – удивилась я. – Лясик, ты просто коллега моей матери, которую я согласилась сегодня подменить. Не более того!
- А борщом ты зачем меня кормила? – с вызовом поинтересовался Илларион. – Женщины кормят посторонних мужчин для того, чтобы заманить в свои сети! Потому что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок!
Ну, вообще-то я кормила Лясика только для того, чтобы стащить мешок с подарками и костюм Снегурочки и попасть сюда на собеседование, но рассказывать ему об этом действительно было бы форменным безумием. Потому я прикусила язык и выдала куда более спокойную версию:
- Борщом я тебя кормила потому, что ты был голоден. Нормальные девушки, чтоб ты понимал, далеко не всегда делают хорошие дела, чтобы получить какую-то невероятную выгоду. Тем более, не для того, чтобы тебя захомутать! Что тебя хомутать, если ты сам уже захомутался, да еще и права какие-то на меня предъявляешь?
- Потому что я тебе благоволю!
- Да пошел ты, Лясик! – возмутилась я. – Благоволит он мне… Значит так, - я скрестила руки на груди, - запомни, я не имею к тебе никакого отношения. Мы не парочка, не влюбленные, мы вообще друг другу почти никто. Ты не более чем коллега моей матери и мой Дед Мороз на сегодня. Потому руки не распускать, глупостей не нести и вообще держать дистанцию! Тогда мы нормально отработаем и сможем спокойно разбежаться. Понял?
Илларион вряд ли сделал из этого заявления правильные выводы, но все-таки не рискнул со мной спорить. Я проследила за его серьезным взглядом, направленным почему-то на мою грудь, обтянутую платьем, и поплотнее запахнула шубку, таким образом защищаясь от Лясика.
- Ну хорошо, - вздохнул он. – Допустим, борщом ты просто так накормила. А платье зачем это соблазнительное надела? Разве ты не хотела мне понравиться? М?!
- Не тебе я хотела понравиться, - сердито возразила я.
- А этому хмырю?!
- Во-первых, он не хмырь, а Глеб Николаевич, и он платит нам деньги. А во-вторых, - поспешила дополнить я, заметив, что Лясик вновь открыл рот, собираясь выдать очередную гениальную версию относительно наших с ним, а также моих с Исаевым отношениях, - я в этом платье только потому, что хочу самой себе нравиться. Это понятно? И не надо приплетать сюда никаких посторонних мужчин.
Лясик сердито скривился, но больше спорить не стал. Он потуже затянул дедморозовский пояс, поправил бороду, немного скошенную в сторону и торчавшую под странным углом, и поинтересовался у меня:
- Ты сценарий-то выучила?
- Интересно, и когда б я должна была успеть это сделать? – мрачно уточнила я. – Конечно же, нет! Будем импровизировать. Тем более, ты профессионал! Ты должен знать, что делать!
Судя по взгляду, которым меня одарил Лясик, это мама знала, что делать, а он обычно только поддакивал да стоял рядом. Лично меня это крайне раздражало – ну как можно быть таким бесполезным и бесхарактерным! Но спорить я не решалась, прекрасно понимая, что если Лясик сделает хоть что-то, уже будет хорошо.
- Ладно, - сдалась, осознавая, что все равно как-то надо выкручиваться. – Смотри, гости уже подтягиваются… Нам надо спрятаться, чтобы обеспечить красивый выход. И мешок прихвати с собой. Что-то придумаем.
- А если не придумаем?! – заныл Лясик, но я только пнула его локтем под ребра.
- Придумаем. Иначе я тебя лично мишурой задушу, - мрачно пообещала я. – Вот уж… Дед Мороз еще называется!
Собираясь полностью соответствовать образу Снегурочки, я вернула на место шапку, даром, что было жарко, поправила шубку, застегнула ее на все пуговицы и моментально посочувствовала маме и всем другим исполнительницам этой роли. Конечно, это была не то чтобы полноценная шуба, скорее как теплый халат, но в хорошо натопленном зале в этом наряде все равно очень жарко!
Лясик вооружился внушительным посохом, приладил бороду, которая то и дело съезжала на подбородок, тоже нахлобучил на голову шапку и прищурил глаза, пытаясь выдать себя за пожилого мужчину, на которого он совершенно не тянул в силу собственного возраста.
Мешок с подарками мы оттянули к углу, и я добыла оттуда не только резюме и рекомендательное письмо, которые поспешила, сложив пополам, сунуть во внутренний карман шубки, а еще и внушительный такой сценарий и список подарков, которые следовало вручить.
Да уж, зря я не обследовала содержимое мешка, когда собиралась все это провернуть. Программа корпоратива была достаточно обширная и, судя по двум размашистым подписям в конце, утверждена и директором ивент-агентства, и самим Глебом.
Судя по всему, никакая импровизация тут не предусматривалась. А гости уже собирались и, надо сказать, косились на нас с большим интересом.
Пришлось скрываться за внушительной такой елкой, еще и тащить за рукав Деда Мороза, который, явно оскорбленный моим невниманием по отношению к нему, уже активно подмигивал какой-то секретарше.
- Ай! – зашипел Лясик, в очередной раз получив от меня тычок под ребра. – Ты мне уже столько синяков наставила!
- А нечего зависать, - я пролистнула первую страничку сценария, пробежалась по нему глазами. – Кто это писал этот текст?
Я хотела дополнить, что автором этого опуса может быть только последний дебил, но постеснялась. Вдруг это сам Глеб? Или мама?
- Я! – доложил Лясик.
- Ну, оно и видно, - вздохнула я. – Ты текст-то помнишь?
- Ну с бумажки ж можно…
- Не можно, - буркнула я. – Ты себе представляешь, как оно будет выглядеть, если мы выйдем с потрепанными бумажками и вдруг начнем с них читать заученные нудные фразы? Попытайся хоть как-нибудь от себя говорить! Тут же все общими фразами, так веселого праздника не выйдет.
- Много ты понимаешь, - скривился Лясик. – Между прочим, я частенько так работаю!
Наверное, из-за этого работничка мама и пострадала! Потому что другого повода увольнять ее, хорошего, исполнительного сотрудника, я не видела.
Чертов Лясик.
В зале уже собрались почти все. Не знаю, для чего такое огромное помещение было предназначено в обычное время, но сейчас тут стояло множество небольших круглых столиков, предназначенных для двоих-троих, ну, максимум четверых. Я заметила, что мало кто садился парами, большинство все-таки предпочитали занимать места, где было побольше мест. Столики же на двоих в основном занимали, очевидно, подружки.
За одним из таких устроился и Глеб. К нему моментально попыталась пристроиться Алекса, но, поймав тяжелый и недовольный взгляд Исаева, предпочла ускользнуть.
Заиграла приятная, тихая музыка. В сценарии значилось, что именно под нее и должны выйти Дед Мороз и Снегурочка. Я повернулась к Лясику, рассчитывая на то, что он будет руководить процессом, но с ужасом заметила его жующим какие-то конфеты.