- Я бы сама справилась, - ворчу, отпивая тёплый чай.
- Ага, - весело отвечает, с интересом разглядывая моё лицо.
- Тебе не о ком позаботиться? Лиза ждёт твоего звонка, ты забыл?
- Ревнуешь, Громова?
- Беспокоюсь, что твоя ширинка лопнет, Громов.
- "Хочешь сделать что-то хорошо - сделай это сам", - скандирует пословицу, широко улыбаясь.
- Отличная мысль! Примени на практике, - мрачно выдаю, глядя в упор.
Сверлим друг друга искрами из глаз. Хочу его всего, сейчас. Огромный практически осязаемый шар неудовлетворенного желания падает из груди сразу в низ моего живота. Одновременно с этим, Андрей взлетает со стула, хватает меня за руку и тянет на себя. Его ладонь падает мне на поясницу, врезая меня в крепкое тело. Мои руки попадают к нему на затылок, пальцы проникают в жёсткость его коротких волос.
- Ведьма, ну что ты за ведьма? - хрипло произносит он и захватывает мои губы своими. Целуемся жадно, неистово. Забытый вкус его языка взрывается фейерверком у меня во рту...
12. Настя
…Легко кусаю его нижнюю губу, он словно в наказание кусает мою верхнюю. Мои руки блуждают по мощной спине, забираюсь под футболку, чтобы почувствовать ещё лучше, ещё ближе.
Андрей жадно целует моё лицо, спускается к шее, его руки спадают с моей спины еще ниже, проникают под халат и мнут ягодицы через тонкое бельё, прижимают к себе так, будто мы уже одно целое. Бог ты мой
Как же этого не хватало.
Резко отлипает от меня, тянет на себя пояс халата и, словно обертку с конфеты, разворачивает моё тело для себя, жадно смотрит будто вспоминает или сравнивает.
- Ни капельки не изменилась, только лучше стала! - восхищённо говорит бывший муж, бережно проводя костяшками пальцев по груди, захватывая и чуть прижимая розовые соски. Нежно оглаживает ладонями узкую талию и смотрит, смотрит, глаз не отводит.
- Долго будешь пялиться? - измученно выдыхаю. Притягиваю обратно к себе за голову, начинаю танцевать языком у него во рту, словно хочу проглотить целиком. Облизываю горячий язык и снова кусаю.
- Бешеная, - улыбается мне в рот.
Стоим посреди просторной светлой кухни сумасшедшие, разгоряченные. Я-то полураздетая, как-то нечестно что ли? Тяну его белую футболку наверх, хочу скорее почувствовать соприкосновение голой кожи с его телом.
Так же как он пару секунд назад, замираю, нежно провожу ладонями по его груди к плечам и обратно. Не сдерживаю себя, провожу губами в районе ключицы, облизываю шею. Возвращаюсь к его губам, кажется с ними ещё не закончила? Ммм, как вкусно.
Андрей подхватывает меня за бедра. Подстраиваясь, обнимаю мощное тело ногами, промежностью трусь о грубую ткань бугра на его джинсах.
- Всё также хочешь меня, да? - смотрю полупьяным взглядом в глаза. Целую ямочку на широком подбородке.
Вместо ответа опускает свою голову к моей груди. Сладко посасывает один сосок, затем повторяет то же самое со вторым. Руками продолжает ритмично вдалбливать меня в себя. Внутри живота становится все горячее, этот пожар ждёт своего выхода и кажется уже вот-вот захватит меня ошеломительным оргазмом.
Сквозь затянувшееся истомой сознание, как в нелепом кино, раздается звонок в домофон. Один раз, второй, третий... Прислонившись друг к другу лбами, пытаемся успокоить дыхание.
- Твой рацион на день приехал, - тихо говорит, легонько целуя в губы.
- "Не делай людям добра", Громов, - возвращаю ответку пословицей.
Спрыгиваю с его тела на пол. Затягиваю пояс своего халата, устремляясь к входной двери.
Курьер заносит в квартиру фольгированный пакет. Со словами, что всё уже оплачено, желает мне хорошего дня. Приди он на десять минут позже, я бы точно кончила посреди собственной кухни сидя верхом на главном заказчике рекламного агентства. Ну просто, рука-лицо, Аверина! А говорила, что договариваться - твоё слабое место.
Вернувшись обратно на кухню, невозмутимо шествую к обеденному столу. В пакете оказываются чёрные контейнеры, покрытые прозрачной плёнкой. На каждом указано название блюда и время приёма пищи. Желудок отзывается урчанием на ароматы теплой еды.
Андрей, все это время смотревший в окно, тихо подходит ко мне сзади, прижимается горячим торсом и тёплыми руками обнимает талию под грудью. Крепко. Словно никуда больше не отпустит. Носом упирается в макушку на голове и громко вдыхает. Его тело дрожит...
Между нами ничего не поменялось.
Надо смотреть правде в глаза.
Когда-то он сказал, что "на одном сексе далеко не уедешь". Все повторяется по кругу.
Мы с ним вроде двух глупых магнитов. Одной стороной - все время притягиваемся так, что отлепить никому не под силу, но стоит только чуть-чуть расслабиться и развернуться - со всей дури отталкиваемся друг от друга. Делая больно. Почему глупых? Потому что только глупые будут снова и снова идти туда, где уже было плохо. Где предали.
Теперь спустя время, когда он оставит меня (а я уверена, что это произойдёт), я уже не смогу спрятаться и зализать раны. Потому что от этого зависит моё дело. Вспоминаю сколько сил было отдано, чтобы достигнуть хоть чего-то самой. Без папы... Справлюсь ли я во второй раз?
Пару мгновений назад, я готова была не париться о взрывающих мой мозг вопросах. Глупый красивый глянцевый магнит, Настя!
Мягко убрав его руки и отодвинувшись, сгружаю в холодильник контейнеры с обедом и ужином. На завтрак у меня овсяная каша на кокосовом молоке. Неплохо.
- Выпил кофе? - упираюсь взглядом в короткие волоски на его груди. Не могу смотреть в его глаза. Боюсь увидеть там насмешку или издёвку.
- Не будем делать вид, что ничего не произошло, - складывая руки на груди, опирается пятой точкой о подоконник.
- А что произошло? - гордо поднимаю свой взгляд на его лицо.
Про себя молю: "Только не смейся, я этого просто не выдержу"
Андрей задумчиво разглядывает меня с ног до головы и обратно.
- Продолжим? - выгибает бровь.
- Нет. Прости, это было лишнее, - тереблю руками пояс халата. А потом словно решаясь, выдыхаю опять в лицо:
- К тому же... я… не свободна!
- Ты... что??? - морщится он. В глубине глаз я вижу КАК его задела моя новость. Он тут же маскирует болезненную эмоцию холодным безразличием. Но я уже всё видела… поздно.
- Ты слышал, - равнодушно смотрю в окно, как бы сквозь него.
Андрей резко пролетает мимо меня, подхватывает свою футболку со спинки стула и широкими шагами уходит из кухни.
Через 5 секунд слышу оглушительный треск входной двери...
Я знаю, что поступаю как конченная сука.
Три года назад, в этой же квартире, я взяла у него баночку "боли" взаймы.
Так вот.
Я тебе её возвращаю, Громов…
13. Андрей
- Что у тебя опять с настроением? - говорит, пожимая мою руку Руслан. Мы встречаемся у входной группы в новый спорт бар. Место по слухам дорогое и эксклюзивное.
Летний субботний вечер выдался тёплым. А тёплый ли был день? Я не знаю. Потому что провёл его в своём офисе.
- Как обычно, - говорю, хмуро озираясь по сторонам. Не люблю новые места, я не социофоб, но такие заведения всегда меня напрягали.
Проходим по узкому темному коридору в небольшой зал, потолки низкие, полумрак, столики почти все заняты посетителями. Официант провожает нас к вип-зоне, со стола исчезает табличка «Резерв», и мы с Русом остаёмся изучать меню.
Проваливаюсь в мягкое кожаное кресло, опасаясь с позором заснуть прямо здесь. Телефон с ключами от БМВ выгружаю из кармана брюк на стол.
- Ты не пробовал выходить из офиса? Скоро будешь совсем серый. Буду звать тебя Мистер Грей, - ржёт друг, аплодируя по столу собственной шутке.
Не пробовал. Последнюю неделю я так упорно занимался отбиванием тендерных ставок для «Капитал Строя», что пару раз даже ночевал в пустом офисе. Закопавшись в документах на диване в своем кабинете. Чувствую, как из-за этого долбанного дивана мои шея со спиной скоро пошлют меня нахер. И будут правы, между прочим.
Этой зимой от моего старшего сводного брата по отцу Глеба Громова, мне поступило предложение купить контрольный пакет акций торговой сети "Магнолия". Я так загорелся новой сферой получения дохода, что забыл про природную продолжительность суток.
Итак, всего в сутках двадцать четыре часа. Из которых хорошо было бы около четырёх-пяти часов поспать, плюс час на передвижение из дома до офиса и обратно (хотя это не обязательно), добавляем к этому пару часов на принятие пищи и гигиену. Остаётся около шестнадцати часов. Всего шестнадцать часов. Даже подрочить некогда.
Вспоминаю, как Настя в прошлую субботу прямым текстом посоветовала мне сделать именно это. Блять, ну до чего забавная. Я не злюсь на неё. Знаю, что тот перфоманс на кухне - очередная удачная попытка вывернуть моё нутро. Я как нашкодивший котенок, которого два года тыкали мордой в дерьмо, и он просто к этому привык. И ему даже нравится. Идиот.
К тому же Виталий Алексеевич, отец Насти, которого я по-человечески уважаю, поделился со мной ценной информацией. Давид Измайлов свалил из города не так давно, они с Настей встречались не больше года. Вместе, по словам тестя, голубки не жили: кино, вино и домино, короче. Больше всего меня интересует последнее.
Наверняка, у них был секс. Яйца сжимаются от боли, а горло наполняется кровью, когда представляю, как моя жена спит с другим мужиком.
Как я мог это упустить? Чем я занимался все это время?
У меня, конечно, тоже были женщины за это время. В основном, знакомился также в баре, и мы приятно продолжали вечер. Ничего серьёзного.
Заказав напитки, замечаю взгляд сидящих за соседним столиком девушек. Рыжая и блондинка, вроде красивые. Руслан тут же вовлекается в их игру - подмигивает и машет им рукой.