– Что? – поторопила я, уже закончив мытье и собираясь вылезать из бассейна.
Однако поскользнулась и едва не въехала носом в бортик бассейна. Кара тут же наклонилась и ухватила меня за руку, помогая вылезти.
– Так вот, – как ни в чем не бывало продолжила она. – Супругами они считаются уже после разделения аур. – Кара шумно вздохнула и подала мне полотенце. – Знаешь, я до сих пор не понимаю, почему тебе ничего не сказали.
Я молча вытиралась, обмозговывая услышанное. Значит, ауры. Что ж, не так плохо. Хотя, честно говоря, я ничего не чувствовала. Возможно, в человеческом теле разницы и не замечу, надо попробовать шестопалую ипостась.
– Ну, мужчины порой слишком загадочны, – хмыкнула я. – В любом случае оставлять это так не собираюсь.
Кара улыбнулась. И ничего милого-доброго в этой улыбке не было, так что на секундочку даже стало жалко ее непутевого брата.
– О, не сомневайся. К тому же я тебе помогу.
Я собралась было поблагодарить, но внезапно горячая волна окатила с головы до ног. Голова чуть закружилась, грудь стиснуло, но все тут же прошло.
«Доброе утро, радость моя, – прямо в голове прозвучал воркующий голос Радистава. – Как спалось?»
«Надеюсь, что не так плохо? – спустя секунду донесся баритон Скорбияра. – Ведь так?»
Мы сидели в покоях Скорбияра. За столом.
Смотрели друг на друга. Радистав с некоторой ленцой и любопытством, Скорбияр задумчиво, я – с желанием прибить обоих. Шарик тихонько сопел рядом со мной, однако благоразумно молчал.
– И к чему был весь этот спектакль? – спросила я с нежной улыбкой голодного крокодила. Нет, крокодилицы. Это пострашнее будет.
Скорбияр накрыл мою руку своей и улыбнулся уголками губ. Однако я тут же убрала ее. Любезничать настроения не было.
Радистав хмыкнул, отметив неудачу своего… э… Хм, как тут называют мужа своей жены? Или вообще не заморачиваются?
– Мы ускорили процесс, – спокойно пояснил Скорбияр, проигнорировав мое недовольство. – Ну и…
– Нам очень захотелось зайти к тебе, – добавил ни капли не смущенный Радистав.
– Хамы, – процедила я сквозь зубы.
М-да, надо быстрее искать сферу, иначе я их обоих поубиваю. И сяду. Надолго сяду. А это в мои планы совсем не входит.
Оба мило улыбнулись. Тренировались, что ли? Или… Мне вдруг стало не по себе от появившейся мысли: часть ауры, может, передается не только мне? Если мы втроем чувствуем друг друга, то дело принимает серьезный оборот. Хоть и интересный. Пожалуй, раньше за возможность исследовать столь необычный феномен я бы многое отдала. Однако… Сейчас, увы, никакого настроения для этого нет. К тому же здорово проводить эксперименты на ком-то, но не на себе любимой.
– Пойми, Вика, – неожиданно серьезно произнес Скорбияр, – никто не собирается причинять тебе вред.
– Потому что я – козырь в игре с туатами? – невинно уточнила я, глядя прямо в его глаза.
– Именно, – подал голос Радистав. – К тому же Кара не в огромном в восторге от того, что ей придется стать разменной монетой.
– Ну, нас тут вообще как-то не особо спрашивают, – заметила я. – Но ей хоть мороки будет в два раза меньше.
Радистав скрипнул зубами, а Скорбияр только ухмыльнулся. Все же возраст сразу заметен. И опыт, и разница характеров. Брат царя куда более спокойно воспринимает мои взбрыки. Впрочем… Радистав вовсе не собирался жениться, это его Валерьян к делу приставил, эх…
– У вас уже первая семейная сцена, – внезапно захихикал Шарик.
Но тут же умолк, когда мы одновременно и очень неодобрительно на него посмотрели.
– Ладно, ладно, – насупился он. – Что, пошутить уже нельзя?
– Можно, – кивнула я. – Только сейчас нам не до шуток. – И тут обратилась к новоявленным мужьям (воспринимать брак всерьез – увольте; ничего личного, только бизнес): – Какие планы?
Скорбияр чуть пожал плечами, словно давая понять, что все и так ясно:
– Туа-Атла-Ка. Официальный визит.
– И намек, – хмыкнул Радистав.
Я задумалась. Что ж, с моими планами это дело вразрез не идет. Даже наоборот – хорошо. Уговаривать не пришлось – это большой плюс. С другой стороны, им самим не терпится ткнуть Нихетха носом, что дхайя уже занята, поэтому бери, милый друг, сестричку благородного нарвийца.
– Ну это хорошо, – задумчиво протянула я. – Но согласится ли он помогать в поисках сферы?
Радистав встал из-за стола и, сложив руки за спиной, принялся мерить комнату шагами. Остановился возле внушительного шкафа, в котором находилось множество свитков и какие-то черные кристаллы (неужто Скорбияр перед сном колдует?). Шумно вздохнул и произнес:
– Очень на это надеемся.
Он не уверен. Черт, это плохо. Придется активировать все умственные способности и убеждать главу туатов, что война и захват Коловрата отменяются.
– Проблема в том, – произнес не шелохнувшийся Скорбияр, – что Нихетх не поверит с налета в желание нарвийцев отказаться от войны.
– А где вы раньше были? – раздраженно бросила я. – Почему дотянули до такого состояния?
– Тогда… – Радистав посмотрел на нас с Шариком, – были немного иные планы. Поверь, резкая перемена целей Горебора для многих тут непонятна.
Скорбияр фыркнул. Знаю, милый, знаю. Ты изначально был против. Правда, насколько против – тут не угадать. С этими мужчинами вообще одни сложности!
Шарик тем временем сполз со стула и деловито направился к Радиставу. Хм, кажется, шарканю он нравится куда больше Скорбияра. Или просто экс-покойник его втайне от меня прикармливает?
Радистав присел и взял Шарика на руки. Тот по-хозяйски там устроился и бросил на меня загадочный взгляд. Ничего не поняв, я только вопросительно приподняла бровь. Шарик закатил глаза с видом «о-боже-разве-не-понятно» и отвернулся.
М-да, надо будет с ним поговорить с глазу на глаз.
– Как сделать так, чтобы у нас все было и нам за это ничего не было? – пробормотала я, вспоминая разговор с Саргум Гаятх.
Попросить совета у богини? Ей же нужна эта сфера. Хотя не только ей, чего уж там.
Скорбияр неожиданно рассмеялся и посмотрел на Радистава:
– Слушай, я же говорил, что не зря мы на ней женились!
Мы отправились в Туа-Атла-Ка спустя два дня. Отношения с мужчинами складывались ровно по причине их занятости подготовкой к официальному визиту. Кара часто сидела у меня: рассказывала про Нарвь и ирийцев. Последних она явно недолюбливала, однако честно признавала, что Светодар – хороший человек. И худой мир лучше доброй войны.
Шарик со мной почему-то не разговаривал и наотрез отказывался пояснять, что за таинственные знаки он пытался подавать тогда. Почти все свое время он проводил в бассейне, плескаясь с добродушными эйями.
Порой мне казалось, что шаркань попросту ревнует. Хозяйка теперь не ему всецело принадлежит, а еще каким-то двум мужикам. Но достаточно сложно было еще понять вот что: каково отношение Шарика к этим самым мужикам?
С Горебором, то есть Елизаром, удалось всего раз пересечься, но поговорить нам не дали. А соваться к нему с ментальными беседами я не рисковала. Неизвестно еще, чем закончится все это теперь, когда меня «слышат» и Скорбияр, и Радистав.
В Уара-а-сэ, столицу водного царства, мы прибыли, как только пришло приглашение от Луара, одного из приближенных к Нихетху советников. Скорбияр воспользовался пространственным переходом, и вся наша делегация количеством восемь человек оказалась прямо в одном из храмов туатов. Едва мы вышли из белоснежного здания, походившего на огромную морскую раковину, как я замерла в восхищении.
Буквально в нескольких метрах возвышались огромные ворота из невероятного темно-синего камня. Они были не ниже небоскреба в тридцать этажей. При этом я не могла поклясться, что увидела их полностью. Створки ворот были идеально гладкими, по темно-синей поверхности то и дело пробегали золотистые искры. Глядя на них, я чувствовала, как подбирается головокружение. Гипноз, что ли? Невольно сжала руку стоявшего рядом Радистава. Скорбияр вышел из здания первым и теперь говорил с почтенным старцем в белых одеждах. Радистав слегка нахмурился.
– Что-то не так? – спросил он, в голосе проскользнули нотки беспокойства.
– Ворота, – шепнула я. – Куда они открываются?
– Это Врата всемирных вод, – тихо ответил Радистав. – С той стороны – завеса Ашья.
Я вздрогнула. Однако, шуточка. Или же туаты специально так перенесли нас, чтобы наглядно показать, куда надо попасть, но пока нельзя.
Скорбияр, видимо, почувствовал охватившее меня непонимание с примесью недовольства, потому что чуть обернулся и внимательно посмотрел в нашу сторону.
«Все в порядке», – послала я ему мысленный импульс.
Нет, все же чертовски полезная штука – телепатия в нарвийском браке. Позволяет женщине молчать и доставать мужчину одновременно.
Скорбияр медленно кивнул и снова повернулся к старцу.
– Это Луар, – шепнул мне Радистав. – Очень мудрый туат, но… своеобразный. Поэтому ничему не удивляйся.
Удивиться я не успела, потому что старец быстро подошел ко мне. Задумчиво посмотрел светло-серыми глазами, огладил рукой аккуратную бородку. Я на миг почувствовала себя диковинкой на выставке. Кстати, выглядел он почти как человек. Только кожа имела необычный серебристый оттенок.
– Я рад приветствовать прекрасную Викторию в Уара-а-сэ, – произнес он мягким тягучим голосом и чуть поклонился.
Я повторила его действие и улыбнулась.
– Рада, что пригласили нас, уважаемый Луар, – ответила со всей искренностью, на которую была способна.
Луар сдержанно поздоровался с Радиставом и нашей свитой, потом его взор снова обратился ко мне. Казалось, он хочет спросить что-то важное, однако не решается. Сразу мелькнула мысль, что он думает о Каре, невесте Нихетха, оставшейся дома под присмотром Шарика. Однако дело было явно не в этом.
– Прошу вас следовать за мной, – позвал он и неожиданно взял меня под руку.
В этом жесте не было ни фамильярности, ни какой-то близости, в общем… ничего. Создалось впечатление, что это некая часть ритуала и так и должно быть.