а лбу бизнесмена лед из холодильника, расстегните рубашку, ослабьте ремень и приступайте к искусственному дыханию «рот в рот». Это должна делать молодая, но опытная сотрудница. Придя в себя, бизнесмен ощутит, в какие дружеские руки и губы попал. Не дайте очухаться, продолжайте искусственное дыхание. Сотрудники держат бизнесмена за руки, за ноги, сотрудница не выпускает рта изо рта. Бизнесмен из состояния «нехорошо» переходит в состояние «хорошо» и, чтобы продлитъ удовольствие, снова теряет сознание.
Когда вечером бизнесмена доставят в гостиницу, он напрочь позабудет, где был, что делал. Легкий аромат духов, распухшие губы оставят смутное ощущение: русские к бизнесу никакого отношения не имеют, зато как целуются!
Хобби
Хорошо в кабинете смотрятся живые цветы. Следите, чтобы вода в вазе была свежей, стебли цветов аккуратно подрезаны. И непременно по кабинету должны порхать две-три мухи. Не удивляйтесь. Муха может оказаться незаменимой при подписании контракта.
Представьте, что в тот момент, когда ваш собеседник оговаривает процент распределения прибыли, вы, продолжая внимательно слушать, начинаете перед носом бизнесмена ловить муху. Он, естественно, умолкает, водя глазами за мухой, не понимая, при чем тут она? Вы невозмутимо произносите: «Я вас слушаю, продолжайте!» Как только человек соберется с мыслями, вы опять резким движением правой руки замахнитесь на муху, но дайте ей ускользнуть. Будущий партнер, сбитый с толку, попытается помочь вам поймать эту чертову муху, но вы-то тренировались по нескольку часов в день, а он нет! Наконец вы поймали муху, держите ее в кулаке, ободряюще улыбаясь собеседнику: «На чем мы остановились?»
Чудак решит, что инцидент с мухой закончен, и начнет сбивчиво развивать свою мысль. Как только он придет в себя и успокоится, плавным движением поднесите к его уху кулак с мухой и спросите: «Во жужжит стерва! Слышите?» На этом деловые переговоры практически заканчиваются. А вы покажете гостю несколько коронных приемов, с помощью которых ловят мух профессионалы. Особенно эффектна подсечка правой рукой снизу вверх под углом сорок пять градусов с подкруткой в последней стадии. Бизнесмен будет поражен. «Как ловко вы это делаете!» — «А вы думали! Это вам не контракты подписывать! Тут соображать надо!» — и вы раскрываете бедняге секрет ловли мух. В результате одним бизнесменом может стать меньше, зато охотников на мух еще больше.
Коммерческая тайна
Помните: никто не должен знать, чем вы занимаетесь! Когда тайна известна двоим, это значит, что о ней могут узнать все. Когда знает хотя бы один, от него может узнать второй, и опять будут знать все. Соответственно, когда тайну не знает никто, — тогда тайна в полной безопасности.
Запомните девиз нашего бизнесмена: вы не должны знать, чем вы занимаетесь! Тогда коммерческая тайна гарантирована! Делайте свой бизнес, не пытаясь выяснить, в чем именно он заключается.
Заключение
Наша задача состоит в том, чтобы прервать деловые отношения в их зародыше. Чем дальше зайдет дело, тем труднее из него выпутаться. Помните: никогда не делайте нарочно того, что можно сделать нечаянно. Чем меньше вы умеете, тем больше зависит от вас.
Один непрофессиональный человек может натворить такое, что потом не расхлебает сотня профессионалов. Делайте все от вас зависящее, чтобы не делать ничего. Учтите: для того, чтобы ничего не делать, надо очень много работать. Помните: против деловых людей есть только одно оружие непрофессионализм. Учитесь, и вы овладеете им в совершенстве.
Опытный непрофессионал в одиночку может справиться с десятью профессионалами. Если все пойдет, как задумано, и международное сотрудничество наладится, то в недалеком будущем американцы станут жить не лучше нас. Соответственно, мы, наконец, заживем не хуже их!
За работу, товарищи! В смысле, удачи вам, господа!
Из неопубликованного (1970–1995)
Раковина
Кубиков нашел под кустом морскую раковину. Здоровая, как дыня, только с рогульками, как мина.
«Ух ты!» — подумал Кубиков, повертел раковину в руках и приложил к уху. Где-то писали, будто бы из раковины слышен шум моря.
«Ух ты!» — действительно, в ухе плескалось далекое море.
Кубиков рассмеялся и, приладив раковину к уху, пошел дальше.
Шум моря стал затихать.
— Не туда иду, что ли? — он потоптался на месте и повернул в обратную сторону, забыв, зачем шел.
Море из раковины впадало в ухо. Шум нарастал. Послышались чайки. Кубиков никогда не видел моря, да и слышал его только по радио полгода назад. Поэтому инстинктивно ускорил шаги, будто впрямь мог выйти к морю, хотя здесь его отродясь не было. Да что там моря, речки толковой не было, даже ручья. Степь кругом, в степи засуха.
А в раковине уже пенились волны, в гальке шебуршился прибой. В ухе стало свежо, на губах солоно.
Кубиков зажмурился:
— Ух ты, ух ты! Как настоящее! Во раковину нашел! Или у меня такие уши морские! — весь в предвкушении настоящего моря, Кубиков, зажмурившись, шагал по степи, прижав к уху раковину, не замечая, что ноги лижет настоящий прибой.
Вода дошла до колен. Кубиков ойкнул, когда прохлада стиснула тело в области таза и то, что было в тазу.
В раковине сквозь крики чаек донесся ну натурально человеческий голос: «Заходить за красные буи запрещено!»
Кубиков, не открывая глаз, восхитился: «Во, раковина! Как взаправду! Рассказать — не поверят!»
Кубиков с трудом продвигался, толкая животом тяжелую воду, которая скоро накрыла его с головой. Стало нечем дышать, вода лезла внутрь.
— Ух ты! — подумал Кубиков. — Один к одному, тону! Ай да раковина! Сдохнуть можно!
И утонул.
Когда Кубикова вытащили на берег, губы его были сведены улыбкой человека, мечта которого сбылась.
Стакан воды
Думал: умру, так и не повидав заграницы. Нет, умру, повидав.
В Швецию съездил. Ничего не посмотрел, по распродажам ходил, торговался, чтобы на сто долларов, которые были, побольше купить барахла. Мороженого не лизнул, в автобус не сел, в туалет не сходил, на стриптиз с мужиками не пошел, скрепя сердце. Потом они рассказали, показали — вспотел так, будто сам посетил.
Себе ничего не купил, жене — жвачку. Все — доченьке.
Вернулся, жена на стену полезла, где и сидит пятый день: «Дурак старый! Сколько нам осталось! Так и умрем босыми, голыми! Умные барахла с распродажи привозят мешками, оденутся, да еще продадут, предыдущую жизнь оправдав! Говорят, на улице там баки стоят «Армии спасения». Шведы туда все, что не надо, скидывают. А что им не надо — нам только давай! Соседка ночь в баке просидела с фонариком — оделась как куколка, да еще напродавала, купила автомобиль! Я ж тебе адрес бака дала! А ты все соплюхе!»
Что с жены взять? Дура. Я знаю, что делаю. Видели бы, как дочка тряслась, щебетала, когда в тряпье копошилась. Я смотрю не на день вперед. Дальше. «Кому спасибо за все?» — «Тебе, папочка родненький!» Родненький! А до того грубила как отчиму. Знает: по нашим меркам, если человек на тебя до копейки валюту потратил — ты в неоплатном долгу! Говорю дочке: «Теперь стакан воды поднесешь отцу, когда помирать буду?» Отвечает: «Папочка, подносить буду до тех пор пока не умрешь!» Во как! Но на всякий случай расписочку взял. «Обязуюсь на сто долларов носить воду, по курсу, и так далее». А на сотню долларов, представляете, сколько воды! Так что, умирая, напьюсь всласть!
На живца
Он мне, главное, говорит: что ж ты за мужик, если один на один с ними не справишься?!
Объясняю, не один на один, а один на двоих… Причем что выяснилось, в журнале, это не столько он, сколько она. Самец комариный, как пишут, не кусается, только делает вид, кровопийства в нем нет, а вот самочка, комариха, та до крови сама не своя. Пишут, мол, ей необходимо напиться, она мать, ей выродков кормить грудью, поскольку пока жива, вечно беременна и в положении. Каждую ночь работаю донором и на глазах таю!
Казалось бы, центр города, двенадцатый этаж! На лифте не каждый поднимется, а эти гнусавки месяц со мной живут бок о бок, я их кормилец, хочу того или нет. Ночи не было, чтоб они мне с кем-нибудь изменили! Откуда порода такая вылупилась? Есть же нормальные комары. Сел на тебя, клюв воткнул, ты его сверху хлоп — мокрое место! А эти две вурдалачки, не иначе, мичуринские! Их не поймать. Свет не выключаю, лежу голый, жду когда приземлятся. Сели. Я для маскировки храплю, глаза суживаю и только за спиной пальцы в кулак сжал! Фить! Улетели! У них глаза везде! Или каким местом они чувствуют?! Бьешь — мимо! К утру на себе живого места нет, весь в синяках, а эти стаканами кровушку пьют, зудят пьяными голосами!
За три недели крови моей на двоих, считай, литр нацедили! Еле ноги волочу, а эти толстые, розовые, как в санатории.
Напился — уйди! Нет! Каждую ночь банкет устраивают, будто слаще меня в мире нету!
Откуда я знаю, что это одни и те же?!
Да по писку их различаю, и на морду за ночь насмотришься так — этих двух из тысячи комаров с закрытыми глазами опознаю!
Один мужик говорил: есть устройство французское, в розетку втыкнул, оно ультразвук издает, что на комарином означает: «Атас!» — и насекомые в панике разбегаются по соседям. Он где-то достал, включил — так к нему со всего города комары слетелись! Полный аншлаг! То ли наше напряжение с французским не совпадает, то ли наш комар французскую команду неправильно понимает, а переводчика нет, комар французский к устройству не прилагается.
И вот тут Николай, друг мой, и говорит: «Возьми ты их на живца».
— Это в каком таком смысле, на живца? — Я не понял.
Он говорит: «Положи на ночь кого-нибудь рядом. Тогда рукам больше свободы, и запросто перебьешь всех комаров на чужом теле! Я для этого дела девушку пригласил на ночь. Кладешь ее рядом. А комар на свежую кровь сам не свой! Слетелись! И я всю банду переколотил! От этой девицы к утру мокрое место осталось! Пригласи ты бабу к себе — одним махом и ночь весело проведешь и от комариков избавишься. Рекомендую.»