высветлением”. Они именно высветляли зал. Хотя Слушатель назвал этот ритуал Очищением.
Внимательно осматриваясь, я понял, что я узнаю это место. Хотя в астрале всё выглядит чуть по-иному, но эти стены и стеклянный гроб посреди было сложно не узнать (даже несмотря на то, что я и был-то здесь единственный раз в четвёртом классе вместе со школьной экскурсией)…
– … Всегда знал, что Мавзолей Ленина – лишь прикрытие.
Будучи ребёнком, точно не помню где – то ли в каком-то дурацком фильме, то ли в рассказе, я столкнулся с теорией, что под мавзолеем прячется ракетная шахта. И стоит лишь очередному вождю народов нажать на заветную красную кнопку в чёрном чемодане, как пирамида мавзолея выпустит из недр ядерную боеголовку, адресованную Вашингтону. Тогда, я конечно всерьёз это не принял. Но в сознании надёжно засела мысль, что мавзолей – никакое не трупохранилище, а нечто другое, куда более функциональное, нежели представляется массам.
Вдруг осенило: квазипирамидальная конструкция с Красной площади – копию архитектурных трудов цивилизации ацтеков, майя и древних жителей Перу. Всё стало по местам. Бьюсь об заклад – здесь всё (от выбора места и формы до материала) имеет смысл и функциональную нагрузку. Мне почему-то легко верилось, что мавзолей и строили специально для ритуала Очищения. Для президента эта процедура – как химиотерапия для ракового больного – бесполезно, но жизнь продляет.
– Приступай! – услышал я внутри команду Слушателя.
Я подобрался вплотную к саркофагу, где покоился клиент. Скорее всего, он был без сознания. Зачем-то его «вырубили» с помощью препаратов. При ближайшем рассмотрении поразило другое – цвета кокона оказались тусклы и однообразны.
– Он же мёртворожденный! Пустышка! – меня удивило, что такого человека поставили управлять страной.
– Не твоя забота, перепевник. Поехали… Ты видишь тварь?
Мне даже не потребовалось усилий, чтобы настроиться на волну паразита и он смог стать видимым для меня, Они с президентом были единым целым. Внешне гнида выглядела коричневым, пульсирующим сгустком, расползшимся от затылка до лопаток. Пара длинных щупалец проникала сквозь затылок в глазницы. Везде от присосок твари исходили более мелкие капилляры, сеткой покрывающие весь мозг. Ещё одно щупальце выходило через шею в горло.
– Мерзость, – не сдержал отвращения.
– Хорошо, – подал голос Слушатель, поняв, что я вижу. – Теперь ты должен протянуть руку к паразиту, подогреть его своей энергией, и, когда он потянется за тобой, замкнуть его на своем затылке…
– Тем самым пересаживая тварь на себя? – меня передернуло от осознания, что сейчас должно произойти. – Нет уж…
Я оторвался от саркофага, что Слушатель, конечно же, почувствовал:
– Значит так… Если бы ты не был в курсе кармической ответственности и последствий за снятие паразита (как все предыдущие перепевники), то я бы соврал тебе, сказав, что всё это временно и паразит, не способный кормиться от тебя, быстро сдохнет. Но так как обмануть тебя все равно не получится, просто напомню, что одно неосторожное движение с твоей стороны – и я «обрезаю» нить, соединяющую тебя с телом. Чем это чревато, думаю, ты догадываешься…
Хотя он и не мог меня видеть, я по привычке кивнул:
– Я стану одной из Потерянных Душ?
– Для начала да. А затем последует другая, более серьёзная кара. Так что хватит! Пора действовать. У тебя ведь все равно нет выбора…
Но выход был, только Слушатель о нём не знал…
С другой стороны саркофага стоял чёрный силуэт и внимательно рассматривал меня, точно, как тогда ночью, когда я своевольно покинул тело.
Если бы я здесь дышал, то мог бы назвать это вздохом облегчения.
– А я уже боялся, что ты не придёшь… – сказал я «тому, кто ведет». Но ответа не последовало. – Я не знаю, как быть! Я в тупике! – взмолился я, но снова безответно. Но его молчание я воспринял не как отказ помогать. Скорее, казалось, что он по какой-то причине не может со мной общаться… Ему не дают.
– Что происходит! – раздался ор слушателя, почувствовавшего стороннее вмешательство.
Мне нужно было поговорить с тем, кто способен помочь мне выбраться из, казалось бы, безвыходной ситуации. И я знал способ.
– Мне сейчас нужно дать паразиту немного своей энергии, так? – спросил я Слушателя, одновременно приближаясь к саркофагу, и неотрывно глядя на чёрную фигуру.
– Да это так, но…
– Ты говорил, Слушатель, что паразиты живут в более глубоких слоях тонкого мира и появляются в астрале лишь для кормёжки. И по этой причине их нельзя касаться. Так как есть вероятность нырнуть глубже…
– Ты не должен трогать тварь! – слушатель понял, к чему я его подвожу. Его слова, звучащие у меня в голове, приносили с собой ощущение настоящей истерики. Несладко ему!
– Но ведь ты сам говорил, что корни всегда лежат намного глубже. Значит, мне нужно глубже! – и я коснулся паразита.
Совершенно иные ощущения – ещё больше легкости, ещё больше спокойствия, ещё больше чистоты. Здесь я был самим собой, без бутафории и мишуры. Здесь все являлось тем, чем являлось по сути.
В слое, где я оказался, стен уже не было. Они проглядывали лишь шёлковой вуалью. Зато земля и небо пылали одинаково ярко. Тут жило воображение и все образы, которые мы, люди, затем облекаем в фантомы слов.
Прямо передо мной лежало огромное жирное существо, более всего походившее на разросшуюся до невероятных размеров личинку мухи – опарыша, истекающего густой слизью. По контуру мнимой комнаты всё так же стояли четыре безликих силуэта, с той лишь разницей, что здесь их цвета были не яркими, а пастельными. От них к личинке отходили каналы, по которым из них выкачивались цвета.
Но меня это не особо волновало. Намного важнее был тот, ради кого я нырнул глубже, чем когда-либо доселе. Он находился всё там же, с другой стороны преграды.
– Здравствуй, Наставник, – поприветствовал я «того, кто ведёт меня». Он поклонился, и лишь затем я почувствовал его «голос».
– Здравствуй, тот, кого я веду по пути.
От его голоса мне стало ещё спокойнее. Теперь-то уж точно я смогу получить ответы на все вопросы и спастись.
– Почему я не мог слышать тебя там, откуда я только что пришел? – спросил я о том, что было особенно важно.
– Разница вибраций. Слой, откуда ты пришёл, имеет другие, более грубые вибрации, отличные от моих. Чтобы общаться с тобой, мне приходится понижать частоту вибраций. А это не всегда можно делать.
– «Не всегда можно делать»? – ошарашено повторил я. – Да я оказался в тупике! Можно сказать, на краю! А ты говоришь, что мне не нужна помощь? Я не понимаю, почему, стоя у саркофага, от Слушателя десятки указаний я получал легко, а от тебя и маленькой подсказки не услышал. Почему?!
– Вибрации нижних миров проникают на более высокие слои легче и быстрее, чем в обратном направлении. Дух в материю идет медленнее, чем наоборот. Поэтому и ты, и я можем слышать и реагировать на слова того, кого ты называешь Слушателем.
– Но ведь он меня тоже слышал?! – возразил я.
– Потому что он умеет настраиваться на вибрации более высоких слоев, находясь в физическом мире. Но ты не обладаешь этой способностью. Ты умеешь проникать в другие слои, но не слышать их, находясь в другом слое. Поэтому ты мог видеть мою проекцию в том слое, из которого ты пришёл, но не слышать меня. Ведь я нахожусь здесь.
– Хорошо, я понял, – я решил переключиться на главное. – Эта тварь и есть паразит? – указал я на гигантскую личинку.
– Не совсем… – услышал я Наставника. – На этом слое ты можешь видеть сущность существ. То, кем они являются на самом деле. «Эта тварь» – есть сущность симбиоза этого человека и его паразита. Они слились в одно целое…
– Я не понимаю! Но я же видел, что президент – обычный мёртворождённый. У него нет сущности.
– Для этого совокупность людей, называющих себя «организация», и наделяет человека без души паразитом, чтобы тот заполнил собой пустую оболочку, превратив в сильную личность…
– … А затем приводят этого симбиота к власти, – закончил я за наставника. – Но зачем?
– Потому что в итоге получается легко управляемый зомби с сильной, хоть и паразитарной энергетикой. Этому существу можно отдавать приказы, даже не приближаясь к нему.
– Через астрал?
– Да, – ответил Наставник. – Правда, паразита нужно постоянно подпитывать большим количеством энергии извне, чтобы он не выпил все соки из тела носителя раньше времени.
– Для этого и нужны перепевники? Мы – еда для червя?
– Да, вы жертва, приносимая ради продления жизни правителя. Без этого паразит полностью выкачал бы из тела донора энергию всего за несколько земных месяцев.
– Тогда получается, – меня поразила очередная догадка, – что твари требуется жертв всё больше и больше!
Так вот почему почему Парфюмер со временем всё чаще искал перепевников!
– Да, тварь увеличивается. Растёт. И ему требуется всё чаще питаться. Но со временем, когда она достигает определённых размеров, требуется слишком много энергии. И в итоге дармоед выходит из-под контроля. Структуре приходится менять тело руководителя. В среднем на это уходит от пяти до десяти земных лет.
Непроизвольно я улыбнулся. Так вот чем, в действительности, обусловлен четырехлетний цикл правления президентов!
– И что, у организации все правители на верёвочке? – задал я вопрос, возникший сам собой.
– Да, – ответил наставник.
– И давно?
– От начала нынешней цивилизации. Они – правящая элита, негласные хозяева Земли.
Сразу вспомнились истории о жертвоприношениях и тайных орденах, пирамидах и пещерах, которые учёные-материалисты никак не могут объяснить.
– Но если я нужен для кормёжки гниды, а не для ее снятия, тогда я не несу Кармическую Ответственность? – обрадовался я, так как мне показалось, будто выход найден. – Пусть она меня жрёт! Я помучаюсь или пусть даже умру. Но зато без дополнительных проблем воплощусь в следующей жизни.