— Больше никакого школьного душа, — говорю я ей. — Ты принимаешь душ только со мной. Дома,
— и Кэтрин улыбается от моих слов.
Она подходит к кровати и начинает одеваться, надевает лифчик, трусики и джинсы.
Она заходит в мою гардеробную и выходит через минуту с надетой сверху моей военной рубашкой.
Берет резинку для волос и обертывает им низ рубашки, делая какую-то странную петлю, отчего рубашка
становится короче, и смотрится лучше. Я хмыкаю в удовлетворении, что сегодня она идет в школу в моей
рубашке, а моя сперма покрывает её киску. Это заставляет меня чувствовать себя немного лучше при
мысли о расстоянии между нами.
— Мне нравится, детка, — я хватаю её бедра и притягиваю к себе, целую, а затем подталкиваю к
входной двери. Она надевает носки и кроссовки, затем хватает пальто. Я благодарен, что сегодня пятница, и после сегодняшнего дня я смогу запереться с ней в моём доме на выходные. После того, как сходим за
продуктами и за некоторыми вещами, в которых она нуждается.
Я снимаю с неё пальто и хватаю одно из своих, которое, как я знаю, даст ей лучшую защиту от
холода. Она позволяет мне надеть его на неё. На задней стороне пальто гласит надпись «Полиция». Это
очень важно, и намного теплее, чем у неё. Затем я беру перчатки и надеваю их ей, прежде чем вытащить
из дома.
— Куда мы идем? — спрашивает она, когда мы выходим из подъезда.
— Завтракать, — отвечаю я. Это правда. Я не хочу её напугать, но также не хочу обманывать, поэтому расскажу ей все сразу. — К моей маме.
Я смотрю на Кэтрин. Глаза у неё большие. Я протягиваю руку и обнимаю её.
— Она полюбит тебя. Я обещаю. Доверься мне. Если придется, она прилетит на луну, чтобы
встретиться с тобой.
Я немного сжал её руку, чтобы Кэтрин успокоилась. Так как я живу недалеко от моей мамы, можно
было бы и прогуляться, но я не захотел. Когда мы добираемся, я паркуюсь, и смотрю на мою девочку.
Прижав её к себе, целую.
— Мамы меня не любят, — шепчет она, глядя на свои колени. Её слова заставляют мои кишки
скручиваться в узел.
Я положил палец под её подбородок, заставив взглянуть на меня. Её глаза полны беспокойства, и я
чертовски ненавижу это, но продолжаю, зная, что она полюбит мою маму. Что моя мама будет к ней
хорошо относиться. Я покажу ей, что не все родители – дерьмо, и моя мама скоро станет и для неё мамой.
— Ты доверяешь мне, детка? — спрашиваю я её.
— Всегда, — отвечает она мгновенно.
— Тогда поверь мне, что я бы не привел тебя туда, где тебя ожидает разочарование. Моя мама будет
любить тебя. Тебя трудно не любить, — её дыхание немного замирает. — Тебе достались дерьмовые
родители, но это не имеет никакого отношения к тебе самой. Ты чертовски совершенна. Они многое
потеряли.
Кэтрин слегка улыбается. Я же наклоняюсь и снова целую её. Она тает в моих руках, и я чувствую, что напряжение покидает её тело. Я выпрыгиваю из патрульной машины и, обойдя, открываю дверь со
стороны Кэтрин. Протягиваю ей руку и помогаю выбраться.
Когда мы подходим к двери, я киваю Чаку в приветствии. Его глаза широко раскрыты, когда он
видит Кэтрин. Я же притягиваю её к себе. Мне не нравится, когда какой-то мужчина смотрит на неё, отчего возникает желание показать всем, что она моя. Мне нужно срочно обручиться с ней. Может быть, даже оплодотворить её. В голове возникают все моменты, когда я брал её без защиты, и я улыбаюсь, думая, что ребёнок это вопрос времени.
Мои мысли заходят куда дальше, отчего мой член затвердевает при мысли о моём кольце на её
пальце, о моём ребенке в её животе. Я знаю, что это случится. Эта девушка была создана для меня.
Последние двадцать четыре часа были лучшими в моей жизни, но я должен быть чертовски осторожным, и не забегать вперед. Чёрт возьми, я должен все предусмотреть.
Когда мы подходим к двери моей мамы, я целую Кэтрин в макушку. Берусь за ручку двери и
оказываюсь немного шокирован тем, что дверь заперта. Я улыбаюсь этому. Мама, наконец, послушала
меня. Я стучу. Через несколько минут дверь открывается, и на пороге показывается Джордж. Я качаю
головой.
— Не прошло и года, — говорю я ему. Я говорю не о том, сколько времени ему потребовалось, чтобы открыть дверь. Я рад, что они с мамой, наконец, вняли моей просьбе об осторожности. Ну, я
думаю, больше вняла моя мама.
Джордж улыбается.
— Наконец-то сломалась, — он пожимает плечами. — Ладно, может, я сломался, когда этот чертов
новый сосед из квартиры 9 А попытался приударить за Салли.
Я смеюсь над этим.
Взгляд же Джорджа переходит на Кэтрин.
— Кэтрин? — говорит он.
— Привет, Джордж, — бормочет она и пытается немного придвинуться ко мне, но я и так ближе
некуда.
— Заходи.
Джордж уходит с дороги, и мы входим в квартиру. Моя мама выходит в халате. Она улыбается, когда видит меня, затем её взгляд падает на Кэтрин, и её улыбка становится еще шире. Её лицо
загорается.
— Сынок! Кто это? — кивает она, бросаясь к нам.
— Это моя девочка Кэтрин, — отвечаю я ей. Я смотрю на неё, и вижу, что её щеки розовеют.
— И ты скрывал от меня такую драгоценность? — мама хватает Кэтрин за руку, уводя от меня, и
обнимает её.
— О, боже мой, ты такая маленькая. Пойдем, я тебя накормлю, — Ма вытаскивает её из гостиной на
кухню. Кэтрин смотрит на меня через плечо, в её больших глазах плещется беспокойство. Я подмигиваю
ей.
Я обращаюсь к Джорджу, когда думаю, что они не слышат, и понижаю голос.
— Ты её знаешь? — спрашиваю я.
— Городок у нас маленький. Я знал её отца. Все знали. Пьяниц у нас не любят.
Я провел руками по волосам. Я ненавижу, что ей пришлось мириться с этим дерьмом.
— Не припоминай при ней отца, — прошу я его. Я почувствовал, как Кэтрин прижалась ко мне, когда увидела Джорджа. Вероятно, она поняла что он знал её отца, и ей не нравится говорить о нём. Я до
сих пор не получил многих ответов на свои вопросы, но не буду настаивать. Пока нет. Я хочу, чтобы она
сама рассказала мне обо всём, и со временем узнаю о ней всё. Как, например она рассказал о своей матери
в машине. Вчера она упомянула, что её мама ушла, когда она была маленькой, но не больше. Она не
произнесла это с большим волнением, но обида до сих пор кровоточит, и я поклялся себе, что сделаю все, чтобы избавить её от поганого прошлого.
— Хорошо, — легко соглашается он. — Она милая девушка.
— Я знаю, — мгновенно отвечаю.
Джордж улыбается мне.
— Я рад, что ты её нашел.
— Я тоже.
— Поползут сплетни, — добавляет он, и я знаю, что он прав. Она все еще в старшей школе. На
десять лет моложе меня.
— Насрать, — говорю я. Потому что я этого не позволю. Ничто не разлучит нас. Даже моё
положение шерифа. Если кому-то что-то не нравится, я уйду с поста.
Джордж смеется.
— Хорошо.
— Пойду, проверю мою девочку, — говорю я ему, и направляюсь на кухню. Я не хочу, чтобы она
подумала, что я её бросил. Я останавливаюсь в дверях, когда вижу, как она смеется над чем-то, что
сказала моя мама. Она стоит рядом с ней, помогая готовить.
Я прислонился к дверной раме и наблюдаю за ними. Кэтрин поворачивается, чтобы посмотреть на
меня, яркая улыбка освещает её лицо. Я улыбаюсь ей, понимая, что теперь наша жизнь изменится
навсегда.
Глава 10
Кэтрин
Я смотрю на школу и не хочу выходить из машины. Наши пальцы переплетены, мне так трудно
отпустить Коула. Я прекрасно понимаю, что как только выйду из патрульной машины, то окунусь в
реальность, а Коула не будет рядом, чтобы оградить меня от этой нелегкой жизни.
— Я встречу тебя после занятий, — говорит он. Я смотрю на него и понимаю, что Коул тоже не
хочет меня отпускать. Он слегка сжимает мою руку. — Сегодня я куплю тебе сотовый. Мне не нравится, что я не могу связаться с тобой, когда захочу.
— Хорошо, — смущенно шепчу я. Мне тоже это не нравится.
— Ты не хочешь идти? — спрашивает он, и я киваю головой.
— Тогда я не буду заставлять тебя, — продолжает Коул и тут же мой взгляд приковывает к нему.
— Но я должна. Еще немного, и все будет кончено, — шепчу я.
Глубоко вдохнув, Коул притягивает меня к себе и нежно целует. Я таю в его объятьях и забываю обо
всем. Но поцелуй слишком быстро заканчивается.
— Иди, детка, иначе я уеду вместе с тобой, — рычит он, и я улыбаюсь от его слов.
Схватив рюкзак, я всё же выхожу из машины. Сделав шаг, поворачиваюсь и смотрю на Коула. Он
тоже смотрит на меня. Я чувствую, как краснею и, смутившись своей реакции на него, бегу в школу.
Добравшись до своего шкафчика, беру учебник и иду в класс. Почти сразу, как только устраиваюсь
на стуле, учитель начинает урок. Но я не слышу, о чём он говорит. Все мои мысли заняты этим утром и
тем, что произошло вчера.
Я так испугалась, когда Коул подъехал к дому своей матери. Мало того, что я волновалась из-за
встречи с ней… но так же ещё однажды украла из этого дома еду. Интересно, что бы подумал Коул, узнав
об этом. И вообще обо всех тех нехороших поступках, которые я совершила. Золотой мальчик города…
Шериф… а связался с воровкой и лгуньей.
Но может он всё же никогда не узнает? От этой мысли у меня немного сводит живот. Мне не
нравится идея скрывать хоть что-нибудь от Коула, но я боюсь потерять его. Он был так добр ко мне. И его
мама приняла меня как будто я её давно потерянная дочь.
Я впитывала как губка её внимание и растаяла после слов Салли о том, что она, счастлива за сына.
Потом она начала говорить о внуках. Сначала я покраснела, но чем больше она говорила и говорила об
этом, я не смогла сдержать улыбку и… тоже захотела детей.
Мы с Коулом не пользовались защитой. Он об этом и не говорил. Возможно, это вылетело у него из