ским портовым катером. И хотя мистер Бренксом переделал его по-своему и даже выкрасил в синюю и серую краску, мощный катер сохранил всё изящество очертаний своего корпуса.
На носу катера что-то зашевелилось, и из люка показалась голова мистера Бренксома. Он помахал Керол рукой и, зевая, выбрался на палубу. На нём всё ещё была пижама.
— Ну, Керол, ты довольна?
— Ещё бы! Мне никогда не проходилось так замечательно, проводить время… На реке всё как-то по-другому.
Мистер Бренксом улыбнулся:
— Рад слышать это. Некоторые люди считают, что на реке скучно, а я вот не согласен с таким мнением.
— И я не согласна. Здесь очень интересно.
— «Нырок» — хорошее судно, — продолжал мистер Бренксом, потягиваясь. — На нём можно безопасно плавать и по морю, но после долгой, напряжённой работы мне больше нравится вот такой тихий отдых на реке. Для меня плавание по морю было бы той же самой тяжёлой работой.
— По-моему, на море было бы скучно, — заметила Керол.
— Правильно. У нас всё впереди — целые три недели мы будем загорать, купаться и вообще делать всё, что захотим. Так я себе и представляю настоящий отдых. Это то, что…
Мистер Бренксом внезапно умолк и стал пристально всматриваться в какую-то точку на берегу, там, где в отдалении виднелся мост.
— Проклятье! — пробормотал он. — Я так и знал.
— Что случилось? — удивлённо спросила Керол.
Главный инспектор показал рукой на берег. Подпрыгивая на неровностях прибрежной тропинки, к ним медленно приближался коричневый мотоцикл. За его рулём сидел человек в синем макинтоше и в кожаном шлеме с наушниками.
— Даже если бы мы плавали в море, за мной всё равно послали бы вдогонку вертолёт или что-нибудь другое. А я-то надеялся, что меня хоть на этот раз оставят в покое.
Мотоциклист, приблизившись, пробежал глазами названия катеров, которые стояли по соседству с «Нырком», затем прибавил скорость и остановился около него:
— Сэр, вы главный инспектор Бренксом? Прошу прощения, что мне приходится так рано беспокоить вас, но я должен передать вам срочный пакет от начальника Скотленд-Ярда.
Он сошёл с мотоцикла, расстегнул кожаную сумку, висевшую у него на поясе, и вынул конверт.
Главный инспектор печально покачал головой:
— Извини меня, Керол.
Мистер Бренксом спрыгнул на берег и распечатал конверт.
— Ответ будет, сэр?
— Да.
Мотоциклист протянул ему карандаш и блокнот. Мистер Бренксом быстро набросал несколько слов.
— Вручите это местному инспектору полиции, — сказал он, — и попросите немедленно передать по телефону в Уайтхолл.[4] И скажите ему, чтобы точно через час машина ждала меня у моста.
— Слушаюсь, сэр.
Посыльный завёл мотоцикл, повернул его и, всё так же подпрыгивая на тропинке, отправился в обратный путь.
Мистер Бренксом прыгнул на катер.
— Я очень сожалею, Керол, что так произошло, — сказал он. — Но мы постараемся не испортить поездку всей компании. А сейчас ты, может быть, спустишься вниз и разбудишь остальных? У нас осталось меньше часа, а нам ещё надо многое сделать.
Совсем обескураженная, Керол по трапу спустилась в кормовую часть. Майкл, разбуженный шумом мотоцикла, уже проснулся, но остальные ещё спали. Керол решила разбудить в первую очередь Джилл, которая спала на верхней койке.
— Вставай, вставай, — зашептала она, тихонько стягивая с неё простыню.
Джилл зашевелилась.
— Что, что такое? — сонно пробормотала она.
— Случилось что-то серьёзное. Твой отец хочет, чтобы все быстро встали и оделись.
Джилл села на койке так поспешно, что стукнулась головой о потолок каюты и громко вскрикнула от боли, разбудив своим восклицанием Питера.
— Что тут происходит? — проворчал он.
Керол ему всё рассказала.
— Я мог бы всё это предсказать. Нет отпуска, чтобы к отцу не приставали с каким-нибудь несчастным делом об убийстве. А он-то думал, что на этот раз его оставят в покое… Ну что ж, возможно, он через день-два с ним разделается.
Питер, а вслед за ним и Майкл соскочили со своих коек. Все быстро оделись и, не умываясь, через пять минут были уже на палубе. Здесь к ним присоединился отец Джилл. Миссис Бренксом осталась внизу, чтобы разжечь примус и приготовить завтрак.
— Жаль, что так произошло, — начал мистер Бренксом. — Сейчас я разговаривал с посыльным. Он, наверно, половину ночи разыскивал меня. В общем, лучше сразу сказать вам и покончить с этим. Мне нужно немедленно выехать в США, в Вашингтон. Я должен отправиться в полдень на самолёте…
— На самолёте? Какой ты счастливец! — прервал его Майкл.
— Речь идёт об одном важном деле. Я не могу сказать вам, в чём оно состоит, но меня не будет здесь по крайней мере три недели.
— Почти весь отпуск, папа! — огорчилась Джилл. — Ну, это уж совсем никуда не годится.
— А разве тебя никто не может заменить? — спросил Питер.
— Жаль, но ехать нужно мне. Тут уж ничего не поделаешь. — Мистер Бренксом был расстроен не меньше, чем все остальные. — Я вот ещё что хотел сказать: поскольку я должен ехать во время своего отпуска, мне разрешено взять с собой маму. Поездку, конечно, они оплачивают. Я уже говорил с мамой. Она считает, что вы нуждаетесь в ней и потому должна остаться с вами.
— Нет, нет! — воскликнула Джилл. — Пусть едет. Она должна обязательно поехать. Для неё это будет чудесным отдыхом.
— Мы сумеем справиться с катером, папа, — добавил Питер. — Я ведь хорошо знаю мотор, ну и всё остальное.
— Мы с Джилл можем готовить пищу, — сказала Керол. — Я надеюсь, вы не допустите, чтобы миссис Бренксом осталась здесь из-за нас.
— Спасибо, Керол. Это очень мило с твоей стороны.
— А мне бы хотелось, чтобы мама осталась с нами, — нерешительно заметил Майкл. — В конце концов, она — наша мама, и мы не хотим, чтобы она уезжала. И чтоб ты тоже не уезжал, папочка.
— Правильно, — заявила Джилл. — Мы хотим, чтобы она осталась с нами. Но ещё больше мы хотим, чтобы она поехала в Вашингтон. Она замечательно проведёт время.
— Да, да, мистер Бренксом, возьмите её с собой, — уговаривала Керол. — И не беспокойтесь о том, что скажут мои родители. Они привыкли, что я всегда далеко от них, и, наверное, вообще не думают обо мне. — Голос Керол звучал чуточку грустно.
— Что ты! Они думают о тебе, я уверен в этом, — сказал отец Джилл, мягко положив руку на плечо Керол. — А теперь посмотри на Джилл, Питера и Майкла и скажи мне, будешь ли ты довольна, если проведёшь три недели только в их обществе?
— На «Нырке», конечно, — добавил Питер. — У нас хватит времени, чтобы дойти до самого Личлейда.
— Мы будем часто купаться и найдём много других интересных занятий, — вставила Джилл.
— А когда папа и мама уедут, мы вдвоём будем занимать целую каюту, — сказал Майкл.
Керол рассмеялась.
— Ну конечно, конечно, я буду довольна, — заявила она. — Мне будет здесь хорошо.
— А наше мнение разве в счёт не идёт? — спросил Майкл. — Кто против того, чтобы Керол провела с нами три недели, поднимите руку.
Ни одна рука не поднялась, и когда на палубе появилась миссис Бренксом, все наперебой заговорили с ней:
— Всё решено! Мы хотим, чтобы ты поехала с отцом. Мы здесь прекрасно управимся одни и очень интересно проведём время.
Миссис Бренксом поцеловала каждого из них.
— Как мне приятно это слышать! — воскликнула она. — Но вы не думайте, что меня не расстраивает наша разлука. Я уверена, что вы будете себя хорошо вести и постоянно заботиться друг о друге.
Во время завтрака спешно обсудили все остальные вопросы. Джилл доверили бумажник с деньгами на покупку провизии и горючего для мотора, — сумму более чем достаточную для трёхнедельного путешествия. Кроме того, у Джилл и у Питера имелись для непредвиденных расходов сберегательные книжки. Условились, что при возникновении какой-нибудь серьёзной неприятности они обратятся в полицию и из Скотленд-Ярда приедет один из подчинённых отца, чтобы сделать всё, что нужно. На Майкла возлагались разные хозяйственные дела и ответственность за снабжение водой. Свой маршрут ребята должны были вырабатывать сообща. Питеру поручили обязанности шкипера и главного ответственного лица.
— Ничего необдуманного вы не сделаете. Я уверена в этом, — сказала мать и поднялась, чтобы пойти к себе и закончить сборы к отъезду. — А когда мы вернёмся, я полагаю, вы подробно расскажете нам о всех своих приключениях.
Последние минуты прошли в спешке и суете. Майкл дежурил на палубе, поджидая полицейскую машину. Вскоре он сообщил о её прибытии.
Со смешанным чувством грусти и какого-то возбуждения все направились по тропинке вдоль берега. Отец и Питер несли чемоданы. Шофёр-полисмен открыл багажник и сложил в него вещи. Напоследок родители торопливо поцеловали каждого из детей, и машина умчалась.
— До свидания! — кричали ребята, стоя на дороге и махая руками.
И вот они остались одни. Несколько минут длилось грустное молчание. Питер первым прервал его.
— Ну что ж, — заявил он. — Теперь мы можем вернуться на катер и заняться уборкой. Потом мы проверим свои запасы, купим всё необходимое и отправимся на «Нырке» в Оксфорд.
Джилл была рада, что у Питера есть уже определённый план действий. В подобных случаях люди подчас топчутся на месте и не знают что делать, а затем выясняется, что уже вообще поздно что-либо предпринимать.
— Прекрасно, — согласилась она. — Примемся все за дело. И чем скорее, тем лучше. У нас останется достаточно времени для купания.
Пока девочки мыли посуду, а Майкл убирал каюты, Питер делал вид, что он страшно занят мотором. Впрочем, Джилл и Керол решили про себя, что он просто-напросто наслаждается возней с масляными тряпками и гаечными ключами, как это любят делать мальчишки. Вскоре повсюду был наведён образцовый порядок и чистота. Так как магазины ещё не открывались, девочки решили искупаться. Судя по вздохам и ворчанию, доносившимся из машинного отделения, Питер всё ещё был ужасно занят своим мотором, и Майкл решил самостоятельно отправиться в экспедицию. Он снял с гички брезент, присоединил крюк шлюпбалки