Проехав немного по авеню, он внезапно направил шофера к обочине и окликнул джентльмена, который неторопливо шел в том же направлении.
– Привет, Джон! – приветливо позвал он, распахивая дверцу машины. – Давай я тебя подвезу.
– Без проблем, спасибо, – ответил другой, подняв глаза с явным удивлением, а затем, похоже, узнав друга.
Он был одним из шести помощников, которые покинули подпольный клуб после того, как им подал сигнал номер 297.
Машина свернула за угол и проехала квартал, пока владелец, выглянув в заднее окно, не убедился, что за ним никто не следует. Затем они свернули обратно на авеню и кварталом ниже подобрали еще одного из шести помощников. Это повторялось до тех пор, пока все шестеро не оказались на борту.
Около первого часа ночи они пересекли 125-ю улицу по Седьмой авеню на верхнем уровне улицы, которая, как обычно, была практически пустынна в это время ночи. На юго-западном углу в те дни стояло огромное здание Главной Международной трастовой компании, и когда лимузин свернул на 124-ю улицу, позади этого здания, мы сразу догадались, что это было целью грабителей.
Через дорогу от здания трастовой компании темнела пирамидальная громада склада. Еще это был старый временный отель, который все еще цеплялся за нижний район города. Одноэтажный аркадный въезд для автомобилей втиснулся между стеной склада и первым этажом отеля. Тут машина свернула и остановилась перед входом в отель.
Один из помощников номера 297 вышел из машины, когда из отеля появился сонный швейцар. Одновременно лидер и его пятеро помощников, невидимые швейцаром, вышли с другой стороны автомобиля и встали, скрытые кузовом. Мужчина, вышедший у входа в отель, передал свою сумку швейцару и повернулся к шоферу.
– Подождите, пока я получу сдачу на стойке регистрации, – сказал он и вошел вместе со швейцаром.
В тот момент, когда дверь отеля закрылась, главарь банды диггеров снова полез в машину, достал еще один чемодан, открыл его и достал небольшой мощный огнеметный аппарат. Над пламегасителем он надел асбестовый колпак, а затем, держась в тени автомобиля, подошел к окну склада, которое было защищено тяжелыми стальными прутьями, глубоко вделанными в бетонную стену.
Прижав к бетону в конце стального прута сопло он включил пламя. В мгновение ока бетон стало таким же рыхлым, как обычный песок. Повторив процесс на другом конце решетки, он вскоре смог выдернуть ее. К тому времени, когда человек, вошедший в отель, вернулся со сдачей, три решетки были сняты, тяжелое окно и железные ставни за ними были открыты, и пятеро мужчин прокрались в темноту за ними. Номер 297 подождал, пока шестой человек не вернулся из отеля, затем, тихо свистнув ему, прокрался на склад вслед за своими людьми.
Человек снаружи обошел машину, подошел к открытому окну, вернул решетки на место, шпателем из ящика с инструментами замазал их концы новым мягким бетоном, разгладил, замазал следы небольшим количеством краски из тюбика, вернул инструменты, и, шепнув что-то шоферу, вернулся в номер отеля, который он снял на ночь. Очевидно, его часть работы была закончена. Он сразу же лег и через пять минут уже храпел.
Тем временем номер 297, находясь на складе, достал из своего набора инструментов новый оконный замок, заменил тот, который он сломал, и скрыл следы с помощью тюбика с краской. Затем шестеро мужчин на цыпочках бесшумно прошли через огромное здание, пока не услышали, как сторож идет на обход.
Спрятав своих людей в боковом проходе, номер 297 скрылся за столбом, к которому был прикреплен один из автоматических часовых, кнопку которого сторож должен был нажимать раз в час. Когда сторож приблизился к часам, спрятавшийся мошенник достал из кармана маленький распылитель, задержал дыхание и распылил тонкий невидимый пар в лицо сторожу.
Сначала казалось, что это не возымело никакого эффекта. Мужчина нажал на кнопку и продолжил свой обход. Но по мере того, как он шел, его шаги становились все медленнее и тяжелее. Он добрался до маленького кабинета, где сидел между обходами, упал в кресло и мгновение спустя уже крепко спал, уткнувшись лицом в стол.
Менее чем за пятнадцать минут они таким образом вывели из строя на ночь сторожей на каждом этаже. О чем думали эти ребята, проснувшись на следующее утро, у нас не было возможности узнать, да и времени размышлять на этот счет тоже не было. Поскольку один из банды мошенников позаботился о том, чтобы отбить время на часах, чтобы не было помех из районного полицейского участка, где регистрировались ежечасные отчеты, следует предположить, что каждый сторож думал, что он был единственным нарушителем режима, и что дружелюбный брат-сторож обнаружил его бедственное положение и позаботился о нем для его послужного списка. Естественно, никто не осмелился задавать никаких вопросов.
Во всяком случае, в тот момент, когда последний сторож заснул, взломщики поспешили к большому фургону, стоявшему вместе с другими на первом этаже, подкатили его на одном из лифтов и спустились в подвал. Они задним ходом вывели фургон из лифта к месту у передней фундаментной стены здания.
Теперь они работали с большой скоростью как после тщательной репетиции. Номер 297 выхватил из фургона еще одно устройство для выдувания пламени, похожее на то, которое использовалось при проникновении в здание, и прожег глубокую борозду на бетонном полу площадью около четырех квадратных футов. Затем из задней части фургона был выдвинут небольшой электрический кран, и этот блок настила был поднят и отложен в сторону.
Затем над этим отверстием был поднят роторный электрический землеройный бур с четырехфутовым отверстием и присоединен к световому кабелю. От него в фургон был протянут сочлененный удлинительный желоб, по которому в фургон сбрасывалась порода от сверления.
Когда они прекратили работу незадолго до рассвета, большой фургон был почти полон земли и измельченных камней, а четырехфутовый туннель тянулся вниз под стеной фундамента и на несколько футов под улицей к зданию Трастовой компании.
Они убрали аппарат с глаз долой в туннель, заделали отверстие, загнали фургон обратно на место по лестнице, забрались на кучу земли и, поев бутербродов из корзины под сиденьем, спокойно отправились спать.
Около девяти часов утра водитель явился в офис склада с надлежащими документами и увез фургон. Час спустя содержимое было сброшено в одинокий ручей в лесном заповеднике округа Патнэм.
Во второй половине дня приехал еще один фургон и остановился на ночь. Как только дневная группа уехала, номер 297 и его пятеро помощников вышли из фургона и снова принялись за работу. К нашему удивлению, они не обратили никакого внимания на сторожа. Мы были озадачены, пока не заметили, что состав сторожей полностью изменился. Всемогущий трест, очевидно, поставил своих людей.
Таким образом, работа по бурению туннеля через улицу и под сводом Трастовой компании была завершена менее чем за неделю, отведенную на эту работу. За сутки до ночи, назначенной для большого события, по обычным каналам было передано сообщение, и по заказу на особый сорт хлопка из фальшивомонетнической фабрики Фолл-Ривер прибыл фургон с фальшивым золотом и бумажными деньгами, завернутыми в хлопковые рулоны, на сумму два миллиона долларов и был сдан на хранение на склад на 124-й улице.
В ту ночь номер 116 и группа помощников вышли из укрытия в этом фургоне, вскрыли туннель, перенесли поддельные миллионы в хранилище Трастовой компании и заменили их эквивалентом в реальных деньгах, которые они привезли обратно и хранили в фургоне.
На следующий день трастовая компания вела дела как обычно, ее сотрудникам и в голову не приходило, что в ее хранилищах покоятся два миллиона долларов в никчемных фальшивых деньгах и что часть этой фальшивой валюты перекочевала через ее офисы к клиентам.
Тем временем, ближе к вечеру, фургон с грузом настоящего богатства с грохотом пересек северную городскую черту и въехал на холмы округа Патнэм, направляясь к тайному убежищу сокровищ Тантала.
ГЛАВА XI Сокровище заблудших
В это время мы с острым интересом наблюдали за возможной связью, по которой сокровище должно было перейти от этих внешних работников, слепо подчинявшихся приказам, к Чандлеру, который один знал основное место хранения резервного фонда траста. И это должно быть сделано так, чтобы личность хранителя не стала известна даже самым доверенным из его приспешников.
В ночь перед махинацией на складе, судья Таннер обедал в маленькой комнате кафе Риккадона. Он получил сообщение от номера 72 по настенному телефону, что все будет готово следующей ночью, и получил в ответ от Чандлера загадочный приказ: "Одиннадцать в точке двадцать".
Таннер передал это обратно номеру 72. Это, как мы поняли, означало, что деньги будут переведены в одиннадцать часов вечера в точку, обозначенную как № 20 на секретной карте треста.
На следующий день Чендлер и его семья уехали на ночь в свой загородный дом. Около девяти часов избранный президент пожелал им спокойной ночи.
– Мне нужно подготовить речь, и я собираюсь отработать ее на каком-нибудь полуночном бродяге, – заметил он, выходя из комнаты.
Миссис Чандлер снисходительно рассмеялась.
– Интересно, действительно ли твоему отцу лучше думается, когда он бродит, или это только кажется, – заметила она своей дочери.
– Я не знаю, – ответила девушка. – Я бы подумала, что он совсем измотался. Он вернулся только после трех часов, когда в последний раз проводил один из своих бродячих сеансов. В ту ночь я проснулась с головной болью и услышала, как он вошел.
Тем временем Чандлер, защищенный от холодного воздуха теплым мехом, быстро мчался по узкой, пустынной проселочной дороге, огибавшей высокий железный забор вокруг его поместья. В каком-то месте в лесу, примерно в миле от входа на территорию, он остановился и осмотрел забор на небольшом расстоянии с помощью фонарика. Через мгновение он протянул руку, нашел потайную пружину, нажал на нее и распахнул секцию забора шириной в дюжину футов. Он вошел и нырнул в густой подлесок.