Из «Истории» Геродота мы знаем, что в Тире был храм Мелькарта (царя), что Мелькарт, финикийский Геракл, был покровителем морских путешествий и колоний на Западе, на краю света. Ветхий Завет называет бога, почитаемого в Тире, Ваал (господин).
Первоначально Ваал был божеством, которого в каждой местности называли по-своему, отличая от Ваалов других областей: Ваал-Лебанон, Ваал-Шермон и т. д. Со временем Ваал-Мелькарт стал верховным божеством финикийцев и ханаанеян, всемогущим богом, олицетворением мужского, активного, производящего начала, воплощенного в солнечном свете. Второй его сущностью (по мифам, его супругой) была Астарта, женское, пассивное, рождающее начало, воплощенное в Луне.
Мелькарт в древнейшее время был местным божеством жителей Тира, финикийским Гераклом.
В надписи, найденной на Мальте, Геракл назван «вождем предков»{5}. Поэтому мы можем предположить, что Мелькарт был одним из финикийских вождей. Привел ли этот Геракл-Мелькарт свой народ с Кавказа в Тир или дальше из Тира на запад, установить невозможно, да и не так уж существенно. Важнее другое: в любом случае иберы знали Геракла-Мелькарта, который либо привел сюда их предков, либо культ которого они позаимствовали в Тире.
Пещера Ломбриве, где находится легендарное надгробие, была посвящена Илхомберу, иберскому Гераклу{6}. Это иберское, точнее бебрийское, божество, которое также называли Бел (=Ваал, Баал), под влиянием греческих колонистов превратилось в Абеллиона (=Аполлон).
Фокея — греческая колония на Ионийском побережье Малой Азии. Ее жители вместе с греками из Фокиды и Аргоса предпринимали путешествия в Иберию. Около 600 г. до Р. Х. им удалось поколебать господство финикийцев и забрать в свои руки добычу металлов в Пиренеях. Когда в 546 г. Фокея была захвачена персидским царем Гарпагом, ее жители оставили свой город и уплыли в западные колонии: Массилию (Марсель), Порт-Венерис (Порт-Вендрес в Руссильоне), Кербер (мыс Cerbere на испанской границе) и современное Монако, где стоит храм Геракла — Монойкос.
Миф о походе аргонавтов — архаический образец греческого мифа о путешествиях. Это не только древнейшее из дошедших до нас описание греческой колонизации и культа предков — уже у Гомера этот миф упоминается как всем известный, — но и свод интереснейших сведений о географических представлениях ахейской Греции. Из Аргоса пятнадцать вождей должны были переплыть море на пятидесятивесельном корабле «Арго», чтобы найти Золотое руно. Наиболее известны среди них Геракл, Орфей, Ясон, Кастор и Полидевк. После долгих странствий и приключений (в том числе бой с царем бебриков Амиком) они достигли Колхиды. Здесь с помощью Медеи, колдуньи и пророчицы, они похитили Золотое руно со священного дуба, на ветвях которого оно висело.
Античным авторам помимо малоазиатских были известны и пиренейские бебрики, которые они включали в миф о походе аргонавтов. Но что же значила цель этого похода, Золотое руно?
Перенесемся через столетия и представим себя в Средневековье — времени, когда древние цивилизации Средиземноморья погибли и под влиянием народов Севера пробуждалась духовная жизнь.
Когда бесчисленные алхимики смешивали в ретортах таинственные составы и читали мистические заклинания — что искали они?
Философский камень, или, как его называли по-другому, Золотое руно!
Что такое Грааль, который искал Парцифаль у Вольфрама фон Эшенбаха?
Небесный камень, lapsit exillis («Lapis ex coelis»), ключ к раю{7}!
Для кого-то все радости рая заключаются в обладании тем, что в этом мире считается прекрасным и драгоценным. Для других рай возможен только по ту сторону бытия.
Были алхимики, которые искали Философский камень, чтобы превращать обыкновенные металлы в золото. Другие же, мудрые и благородные, переносили загадочные формулы в область духа. Низшими металлами были для них человеческие пороки, которые они хотели облагородить. Вместо богатства они искали Бога.
У Нонноса в его саге об аргонавтах путешественники видят, как над «мировой горой с древом света» парит «чаша».
Аргонавты нашли Золотое руно. Обретя его, они, как полубоги, были взяты на небо. Обожествленный Геракл стал созвездием между Лирой и Короной. Кастор и Полидевк ожидают, что кормчий отвезет их в самую высь небес. А «Арго», корабль, который перевез бесценную святыню через море, был превращен в сверкающий Млечный Путь южного неба, где рядом с Крестом, Треугольником и Алтарем напоминает нам о светлой сущности Бога. Треугольник олицетворяет Божественное триединство, Крест — жертву во имя любви, а Алтарь — это стол, на котором в Святой Четверг стояла Чаша Возрождения.
Истинно, истинно говорю тебе: если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия (Ин. 3:3).
Алхимики искали золото, «Великого царя», — алхимики искали Бога. Астрологи пытались прочесть судьбу по звездам — и три астролога пошли за звездой Вифлеема к пещере, где Божественное Слово воплотилось в человеке. Языческому мудрецу было суждено открыть по звездам тайну Святого Грааля.
Язычник Флегетан узнал,
Что по движению светил
Он тайну чудную открыл,
И с тайны совлеклась вуаль.
«Святыня, имя ей — Грааль» —
Так он вскричал, когда узрел
Слова среди небесных тел{8}.
С утра до вечера вращается небесный свод, проходят свой круг Луна и звезды, встает Солнце, лик Гелиоса-Аполлона.
Аполлон был богом солнечного света, который весной освобождает землю от оков зимы, и также спасителем, очищающим умершего грешника и ведущим его к освобождению, ко входу в «поля блаженных». Это бог, искупающий вину, приносящий удачу и помощь. На ладье, запряженной лебедями, отправляется он в край гипербореев. Его лебеди, облака, поют, как струи дождя. Шелест дождя — это пение природы. Поэтому Аполлон — предводитель муз, его атрибут — лира, и ему же посвящен лавр, из ветвей которого поэты сплетали венки.
Когда лучи весеннего солнца согревают землю, к небу поднимается пар. Издревле оракулы в дыме и испарениях видели знамения, потому что по ним можно было предсказывать погоду. Так Аполлон стал богом пророческого дара. Поэзия и прорицание мыслились как единое целое.
Ему посвятил гимн Алкей из Митилены, современник Сафо.
«Когда Аполлон родился, Зевс дал ему золотой венец и лиру и послал его в Дельфы к Кастальскому ключу, чтобы он открывал эллинам его волю. Аполлон же направил своих лебедей в край гипербореев. И только когда дельфийцы запели в его честь пэан, юноши начали священный танец вокруг треножника и все со слезами призывали бога, он вернулся к ним»{9}.
Гипербореи были любимым народом Аполлона. Чистые сердцем и добродушные, они счастливо жили в лесах своей солнечной, плодородной земли, питались только плодами, не убивали даже зверей и не знали ни войн, ни тяжб. Устав от жизни, они искали успокоения в волнах неумолкающего моря. Аполлон был их верховным богом. Блистая, он плыл к ним в золотой чаше, «подобный звезде, сияние которой восходит до небес». Аполлон любил гипербореев с того времени, как морские волны принесли к их гостеприимному берегу ларец, куда его положила мать Семела. С тех пор он из года в год приезжал к ним. «Через волны несло его чудесное ложе, отлитое Гефестом из драгоценного золота. Спящий, плыл Аполлон над водной гладью…»
На Cista mistica, вазе, в которой хранились предметы культа Аполлона и которая была найдена через два столетия в Палестине в Сабинерских горах, изображена сцена боя аргонавтов с царем бебриков. Теперь нам понятны связи между аргонавтами, Аполлоном, Золотым руном, царем Амиком и его священной чашей.
Чаша Гвиона
Мудрец великий Пифагор,
Который тайны звезд читал,
Таким всезнаньем обладал,
Что, как сошел Адам во тьму,
Подобных не было ему.
Жители города Кротона, основанного ахейцами на юго-восточном побережье Италии, где жил и учил Пифагор, утверждали, что этот мудрец был сам Аполлон, пришедший из страны гипербореев, чтобы открыть людям новое учение. Он умер как мученик. Есть несколько свидетельств, что Пифагора считали сыном Аполлона и Пифии. Ее муж, ремесленник Мнесарх, был только «мнимым», земным отцом Пифагора.
Пифагор учил, что душа бессмертна; она заточена в теле и до божественного перевоплощения должна менять тела, вселяясь даже в животных. Цицерон утверждал, что точно знает, будто Пифагор перенял свое учение о бессмертии души и перевоплощениях от друидов, мудрецов Галлии.
Учение друидов было не столько религией, сколько философской доктриной, соединявшей в себе теологию, астрономию, естественные науки, медицину и право. То, что Цезарь называл «учением», было синтезом этих областей знания, проявляющим удивительное сходство как с философией пифагорейцев, так и с индийскими и вавилонскими теогониями.
Друиды учили, что земля и все, на ней рожденное, созданы богом смерти Диспатером. Душа же божественна по своей природе, а значит, бессмертна и должна странствовать из тела в тело, чтобы, очистившись от материи, могла перейти в иной мир, в царство духа. Их верховным богом был Белен, или Белис, как его называл греческий историк Геродиан. Белис — это Аполлон-Абеллион, бог света.
Диспатер — латинизированное имя Плутона, бога подземного мира, царящего над бледными тенями умерших и охраняющего сокровища в недрах земли.
Земные богатства друиды презирали. По их приказу золото Толозы, сокровищницы дельфийского храма, было брошено в одно из пиренейских озер.