Портальщик быстро начертил вокруг безделушки портальный круг, сделал поправки, напитал силой, и… вся компания вывалилась в тесной клетушке, полной людей! Стоны, ругательства, вскрики прекратились только тогда, когда ректор скомандовал:
– Тихо! – и зажег светлячок.
– Мама! – Ирга тотчас кинулась к бледной худощавой женщине, скромно сидящей в углу.
Рыжий здоровяк, успевший поставить фингал Рианделю, смущенно потупился:
– Дочь! Не думал, что ты сюда посреди ночи явишься! Да еще с компанией! Представь нас!
– Господа, дамы, где это мы? – фыркнула ведьма-куратор, сползая с колен симпатичного рыжеволосого юноши.
– Это городская тюрьма, – робким голосом отозвалась матушка рыжей ведьмы.
– Тюрьма? – уточнили все хором.
– Почему вы здесь? – светски осведомился ректор, когда затих возмущенный гул.
– Мэр… обвинил нашу дочь в том, что она прокляла его невестку и сына. Сказал, что мы будем сидеть тут, пока наша малышка не явится с извинениями на костер, – прогудел рыжий.
– Ах вот как! Господа, вы это слышали? – насмешливо спросил ректор свою свиту. – Что вы на это скажете, мэтр Баглю?
– Что для начала неплохо бы отсюда выйти! – ворчливо отозвался юрист.
– Минутку! – ректор лично взломал дверь, распахнул ее и сказал: – Прошу, господа и дамы! Мне кажется, кое-кому пора преподать урок!
Глава 12
Тюрьма располагалась в подвале городской ратуши. Выломав дверь, вся компания прошагала едва ли не строем мимо пустых камер. Только в одной, мирно похрапывая, спал какой-то человек в лохмотьях.
– Это Битти, местный пьянчужка, – успокоила всех матушка ведьмы, – его тут запирают в холода, чтобы не замерз, когда жена домой не пускает.
Ректор хмыкнул и прошел мимо. Еще одну дверь он так же открыл с помощью магии и наложил сонные чары на дремавшего возле нее стражника.
– Пусть поспит, целее будет! – сказал он, увлекая всех на улицу.
– Ну-с, где тут у вас дом мэра?
– Вон тот! – отец ведьмы указал на просторный дом, расположенный на другом конце площади.
Конечно, в доме все спали, а по двору бегали собаки, но ректора это не остановило. Собак усыпили, замки открыли, и вся честная компания вломилась в опочивальню главы города. На его счастье, он спал отдельно от супруги.
– Итак, милейший, – ректор ткнул в мэра пальцем, – по какому праву вы посадили в тюрьму семью моей студентки?
Мэр похлопал глазами, ничего не понимая, потом разглядел в толпе незнакомцев рыжую Иргу и ткнул в нее пальцем:
– Эта ведьма заколдовала моего сына и его жену! Невестка умерла вместе с ребенком! Пока не снимет проклятие, ее семейка будет сидеть в подвале!
– Что ж, – из-под руки ректора выскользнул юрист Академии, – вы предъявили серьезное обвинение! Я все записал на кристалл! Давайте разбираться. Какие у вас есть доказательства?
Мэр довольно ловко соскочил с постели и поковылял к секретеру:
– Вот они, доказательства! Письмо, которое эта тварь оставила моему сыну, перед тем как исчезла из города! Она наверняка зачаровала его!
– Позвольте! – ректор провел рукой над конвертом, но на бумаге не появилось ни одной искры. – Студентка Ирга, вы позволите мне прочитать письмо? – вежливо спросил магистр.
– Читайте, – устало махнула рукой ведьма, – кроме глупых признаний в любви там ничего нет. Уезжая, я прощалась с Джориком и желала ему счастья с новой невестой.
Магистр аккуратно открыл конверт, вынул лист и прочел, предварительно еще раз просканировав на магию.
– Никаких следов проклятия здесь нет! Мэтр, вы фиксируете?
– Фиксирую, фиксирую, – проворчал юрист, не выпуская из рук магкристалл.
– Обычные слова, довольно вежливые, – продолжал ректор. – Что ж, уважаемый, нам нужно увидеть вашего сына!
– Джорик у себя, – буркнул мэр, натягивая поверх ночной сорочки теплый стеганый халат. – Он совсем сошел с ума после смерти Карлиты, его приходится запирать на ночь.
– Проводите нас! – потребовал ректор, и ему никто не возразил.
Комната наследника располагалась в другом крыле дома. Что было логично, ведь молодой человек успел жениться. Дверь мэр открыл своим ключом. Маги вошли в полутемную комнату и сморщились. Пахло… нехорошо.
– Он не моется, не переменяет одежду, – тяжело вздохнул глава города, – кормить приходится насильно…
Маги одновременно зажгли светлячки и огляделись. В комнате – это была спальня – было грязно. Очень грязно. На кровати среди простыней и подушек, покрытых засохшей кровью, скрючился очень худой молодой мужчина с встрепанными волосами.
– Кто вы? – звонким как перетянутая струна голосом спросил он. – Уходите! Я вас не звал!
– Джорик, что с тобой? – не веря своим глазам, спросила ведьма.
– Минуту! – ректор остановил студентку. – Магистр Реймье, леди Рита, прошу вас…
Некромант и ведьма шагнули вперед, поводя руками.
– Приворот на кровь! – сразу сказала ведьма.
– Кого и к кому? – уточнил ректор.
– Вот эта кровь, что на простынях, в ней приворот на вот этого молодого человека. Он потому и впал в такое состояние, что приворот кривой.
– Подробнее и на кристалл! – настойчиво потребовал магистр.
– Да просто все, – вздохнула ведьма-куратор, – не понравилось кому-то из близких, что парень в ведьму влюбился. Напоили его приворотом на крови правильной невесты. А та тоже другого любила. И ей подлили зелье в чай. Вот и получилось: два приворота наложились на истинные чувства. Тот, кто это делал, в магии не соображал и зелья у разных колдунов заказывал.
– У колдунов, не у ведьмы? – скрупулезно уточнил юрист.
– Если бы у ведьмы заказывали, был бы амулет или вещичка, а тут зелье, да на крови, – объяснила ведьма, споро доставая из саквояжа какие-то корешки, травки и палочки.
– Давай, Ирга, помогай, одной мне не снять!
Мэр, услышав о привороте и зелье, впал в ступор. А некромант лениво поинтересовался у ректора:
– Так покойницу поднимать будем?
– Для расследования нужно, – покивал магистр, – вон – образчик крови возьми и прогуляйтесь с мальчиками на кладбище, тут еще много дел.
– Кристалл возьмите! – мэтр вручил кусок мутного белого кварца Рианделю и наказал: – Записывай все!
Три асура и некромант среди ночи отправились на кладбище. Дорогу им показывал разбуженный слуга, но старик поминутно зевал, фонарь в его руке дрожал и скрипел, а некромант отчего-то веселился и делился со студентами байками из своей боевой юности.
Супругу сына мэра похоронили, конечно, на старейшем кладбище города. Пафосные памятники, заросшие розами оградки, парочка склепов и разбитые плитки дорожки. Оценив все это, некромант присвистнул и вынул из рукава парочку серебряных кинжалов:
– Господа студенты, советую поставить щиты и прибавить света!
Асуры немедля выполнили приказ, а Люциус еще и огненным кольцом себя окружил. До нужной могилы пришлось долго идти. Слуга, которому пришлось сопровождать странных ночных гостей, пояснил дрожащим голосом, что у семьи мэра и у семьи его невестки склепы расположены в самом центре кладбища, и чтобы не спорить о том, где положено лежать дочери одной семьи, ставшей женой другой, бедняжку похоронили между склепами.
– Памятник ей заказали большой, красивый! Поставить только не успели еще!
Между тем некромант начал двигаться практически бесшумно, покачивая в руке хорошенький такой пульсар. Асуры тоже перешли на «охотничий шаг», которому их научили аборигены на пляже. И только старый слуга спокойно топал себе, болтая и поскрипывая фонарем.
Метнувшуюся к нему тень пульсар спалил на подлете. Следом кинулись еще несколько и тоже нарвались на пульсары. Дальше пришлось полагаться на кинжалы, когти и хвосты. Стало слишком тесно от памятников и оградок. Дираэль сообразил первым – подлетел в воздушном пузыре, подтянул наверх кузенов, преподавателя и слугу.
– Ну и расплодились! – брезгливо сказал магистр, стряхивая пульсары вниз. – Покатайте нас над центром, – попросил он Дика, – а то ведь работать нормально не дадут!
– Что это за твари? – осведомился Риандель, ведущий запись.
– На юге их гулями зовут, а тут немтырями. Паразиты кладбищенские. Питаются трупами, домашними животными, могут и прохожего схарчить, если попадется. Но на добротных освященных кладбищах такого не бывает. Только на старых и заброшенных.
– Наше кладбище не заброшенное! – возмутился слуга. – Здесь всегда родню поминают! Даже в праздники приходят.
– Ага, приходят, – пробормотал некромант, прицельно выбивая сразу нескольких немтырей, – выпить и закусить на могилах приходят, да подраться, да припомнить обиды! А надо бы с молитвой об усопших бывать, да с мыслями о вечном!
Уничтожив большую часть стаи, магистр утер пот и скомандовал:
– Опускай нас прямо в центр! Вот, видишь, площадка мраморная? Думаю, привороженная где-то там и лежит.
Свежую могилу с простой табличкой они отыскали быстро – вокруг были только старые памятники да стены склепов.
Некромант велел всем отойти и вести запись, не вмешиваясь в обряд:
– Если что-то пойдет не так – поднимай всех в воздух! – скомандовал он Дираэлю и запел низким речитативом.
Вскоре земля, прибитая осенними дождями, подалась в сторону, как кротовая нора, и из нее встала женщина. На удивление молодая, миловидная и… беременная.
– О как! – удивился некромант, несколькими пассами заставляя покойницу выбраться из могилы, отряхнуть землю и встать на мрамор площадки.
– Что-то не так, магистр? – шепотом спросил Риандель.
– Да все не так, – задумчиво потер подбородок преподаватель. – Почему дитя не попытались вырезать из чрева? Такую операцию любой опытный коновал проведет. Если же мать умерла, то и вовсе не понятно, почему не попытались спасти ребенка?
Услышав слово «ребенок», труп вдруг прикрыл живот руками.
– И это еще! – некромант был крайне недоволен.
– Рефлексы тела? – предположил Люциус.
– Да, рефлексы, – подтвердил магистр, – но ведь женщина умерла в родах! В общем, пойдемте-ка в дом мэра. Будем разбираться там!