Если бы эти слова произнес любой другой человек, Ганн без колебаний счел бы его наглым лжецом. Но Питту он поверил сразу:
— Может быть, ты дашь мне ключ?
Питт обернулся:
— Ты же у нас коллекционер, Руди, собираешь произведения искусства, разве не так?
— Моя маленькая коллекция произведений абстрактного искусства не может сравниться с фондами Нью-йоркского музея современного искусства, но все же она довольно известна. — Он снова с удивлением и любопытством посмотрел на товарища. — Ну и что из этого?
— Если я прав, мы тоже сможем приобщиться к искусству.
— Мы говорим на одном языке?
— Кристо, — сказал Питт и снова повернулся к переборке. — Нам предстоит вспомнить его вдохновенные скульптуры.
48
Пронизывающий ветер засыпал самый южный город планеты отвратительной ледяной крупой. До того как был построен Панамский канал, в Пунта-Аренас часто заходили суда. Потом город постепенно зачах. Со временем он снова возродился как центр овцеводства, а когда вблизи были найдены нефтяные месторождения, он начал процветать.
Холлис и Диллинджер стояли на причале, ожидая возможности попасть на борт «Саундера». Температура опустилась ниже нуля, было ветрено и очень холодно. Они чувствовали себя верблюдами, по недоразумению попавшими в Арктику. Благодаря сотрудничеству с чилийскими властями они сумели раздобыть более или менее теплую одежду и сменили военную форму на форму офицеров иммиграционной службы.
В соответствии с расписанием их самолет приземлился на военном аэродроме еще затемно. Непогода снизила видимость до нескольких сот метров и помогла скрыть прибытие самолетов. Чилийское военное командование проявило максимальную готовность к сотрудничеству и выделило достаточно места в ангарах, чтобы убрать самолеты с глаз долой.
Они отошли от ангара, за которым прятались от ветра, только когда исследовательское судно пришвартовалось у причала и был спущен трап. Ощутив очередной удар ледяного ветра, оба мужчины непроизвольно отшатнулись, потом совершенно синхронно поежились и втянули головы в плечи.
На мостике появился высокий человек с загорелым, обветренным лицом, на котором блуждала дружелюбная улыбка. На нем была лыжная куртка, которая, впрочем, вряд ли хорошо защищала от холода. Он сложил ладони рупором у рта и громко, стараясь перекричать завывание ветра, крикнул:
— Сеньор Лопес?
— Да, — прокричал в ответ Холлис.
— А кто ваш друг?
— Это сеньор Джонс, — по-испански ответил Холлис, кивнув на Диллинджера.
— Я слышал лучший испанский даже в китайском ресторане, — пробормотал Диллинджер.
— Пожалуйста, поднимайтесь на борт. Выйдя на главную палубу, идите по правой стороне прямо на мостик.
— Gracias[44].
Два офицера элитного американского боевого подразделения послушно направились по указанному маршруту. Холлис сгорал от любопытства. За час до приземления в Пунта-Аренас он получил шифровку от генерала Доджа, предписывающую ему тайно встретить «Саундер», как только тот зайдет в порт. Никаких объяснений, никаких инструкций. Он только уяснил из краткого инструктажа перед вылетом из Виргинии, что именно экипажу исследовательского судна удалось раскрыть обман с подменой «Генерала Браво» лайнером «Леди Флэмборо». Больше ничего. Холлиса чрезвычайно интересовало, с какой стати судно оказалось в Пунта-Аренас в то же время, что и его команда.
Полковник не любил, когда им манипулировали втемную, поэтому пребывал в весьма воинственном настроении.
Человек, кричавший им с мостика, стоял на том же месте. Холлис взглянул в его проницательные зеленые глаза и поспешно отвел взгляд; ему показалось, что этот человек наделен некой гипнотической силой. Человек был высок и широкоплеч, а в его неприкрытых головным убором волосах застряли мелкие льдинки. В течение пяти секунд он внимательно смотрел на офицеров, — очевидно, этого времени ему хватило, чтобы составить о них собственное мнение, потом он вытащил из кармана правую руку и протянул ее полковнику:
— Полковник Холлис, майор Диллинджер, меня зовут Дирк Питт.
— Похоже, вы знаете о нас больше, чем мы о вас, мистер Питт.
— Ну это мы быстро исправим, — жизнерадостно заявил Питт. — Пожалуйста, следуйте за мной в каюту капитана. Кофе уже должен быть готов, так что мы поговорим в тепле и уюте. Там нам никто не помешает.
Замерзшие гости не могли не встретить это предложение с благодарностью. Они прошли за Питтом во внутренние помещения корабля и спустились на палубу ниже в каюту Стюарта. Войдя, Питт представил Ганна, Джордино и капитана Стюарта. Офицеры спецназа пожали всем руки и с жадностью схватили чашки с горячим кофе.
— Садитесь, пожалуйста, — предложил вежливый Стюарт.
Диллинджер не заставил себя долго упрашивать и опустился на стул, но Холлис упрямо замотал головой:
— Спасибо, но я лучше постою. — Он обвел вопросительным взглядом четверых сотрудников НУМА и настойчиво вопросил: — Может быть, кто-нибудь потрудится мне объяснить, что за чертовщина здесь происходит?
— Речь пойдет, как вы понимаете, о «Леди Флэмборо», — спокойно ответил Питт.
— Не понимаю, что здесь можно обсуждать. Ее террористы потопили.
— Уверяю вас, судно в целости и сохранности и находится на плаву, — заверил полковника Питт.
— У меня нет ни одного факта, говорящего в пользу этого, — отрезал Холлис. — На спутниковых фото судна нет.
— Поверьте мне на слово.
— Я никому не верю на слово. Представьте доказательства.
— Но вы же не повернули назад, не правда ли?
— Мои люди и я летели сюда, чтобы спасать жизни, — резко ответил Холлис — Никто, даже мои командиры, не утверждал, что людей на борту еще можно спасти.
— Вы должны понять, полковник, — начал Питт, причем его голос лишился обычного дружелюбия, теперь он говорил короткими, четкими фразами, звучавшими как удары хлыста, — что имеете дело не с обычными террористами. Их командир чрезвычайно изобретателен. До сих пор ему удавалось перехитрить лучшие умы из наших сил безопасности, и он продолжает это делать.
— Тем не менее кое-кого ему не удалось перехитрить, — сказал полковник, отпустив весьма неуклюжий комплимент.
— Нам повезло. Если бы «Саундер» не находился поблизости, могли уйти месяцы, чтобы распознать обман. А так у террористов в запасе остался только день или два.
Воинственный пессимизм Холлиса начал таять. Нет, этот человек и не думал сдаваться. Просто он начал понимать, что после всего спасательная операция может все-таки состояться.
— Где судно? — прямо спросил он.
— Мы не знаем, — так же прямо ответствовал Ганн.
— А хотя бы примерное местонахождение?
— Лучшее, что мы можем предложить, это его местонахождение по экспертной оценке, — дипломатично сообщил Джордино.
— Основанной на чем?
Ганн бросил взгляд на Питта, тот улыбнулся и принял подачу:
— На интуиции.
Надежды Холлиса снова начали рушиться.
— Позвольте полюбопытствовать, вы пользуетесь картами Таро или хрустальным шаром? — язвительно поинтересовался он.
— Предпочитаю кофейную гущу. — Питт не любил оставаться в долгу.
Последовало молчание, долгое и холодное, как погода за окном. Холлис сообразил, что его агрессивные нападки ни к чему хорошему не приведут. Он одним глотком допил кофе и стал нервно вертеть чашку в руке:
— Ладно, господа, мне жаль, что я был излишне резок. Извините, но я не привык иметь дело с гражданскими лицами.
На лице Питта не было и намека на злость. Казалось, все происходящее его искренне забавляет.
— Если вам так будет удобнее, примите к сведению, что я имею звание майора военно-воздушных сил.
— Тогда какого черта вы делает в НУМА? — фыркнул Холлис.
— Будем считать, что я туда временно откомандирован. А вообще, это долгая история, пересказывать которую нет времени.
До Диллинджера наконец дошло. Он должен был понять сразу, как только Питт назвал свое имя, но теснившиеся в его голове вопросы не оставляли места для всего остального.
— Вы случайно не родственник сенатора Джорджа Питта? — спросил Диллинджер.
— Это мой отец.
Небольшая часть завесы приподнялась, и оба офицера наконец увидели проблеск света. Холлис подвинул к себе стул и сел:
— Хорошо, мистер Питт, расскажите, пожалуйста, что у вас есть.
Вмешался Диллинджер:
— По последним данным «Леди Флэмборо» направлялась в Антарктику. Вы утверждаете, что судно не затонуло и остается на плаву. Тогда на новых фотографиях оно будет отлично видно среди льдов.
— Если вы ставите на «каспера», — быстро сказал Питт, — поберегите деньги.
Диллинджер бросил унылый взгляд на командира. Ситуация была более чем странной. Похоже, эти океанологи тоже не обладали дополнительной информацией, но по непонятной причине изъяснялись загадками.
— «Каспер» может с расстояния сотни тысяч километров сфотографировать трехмерный объект настолько четко, что вы прочтете этикетку на футбольном мяче, — сказал Холлис.
— Не сомневаюсь. Ну а если мяч будет замаскирован под камень?
— Я все-таки не понимаю…
— Думаю, вы все поймете, если увидите своими глазами, — сказал Питт. — Пойдемте, на палубе мы приготовили все необходимое для демонстрации.
Палуба на корме была застелена большим непрозрачным покрывалом из белого пластика, хорошо закрепленного, чтобы пластик оставался неподвижным и не вздувался от ветра.
Капитан Стюарт остановился немного поодаль с двумя матросами, державшими пожарный шланг.
— В процессе осмотра района вокруг затопленного «Генерала Браво» был обнаружен рулон этого самого пластика, — начал рассказывать Питт. — Полагаю, он упал с палубы «Леди Флэмборо» случайно. Он находился на дне среди пустых бочек краски, которую террористы использовали для переоборудования круизного лайнера в мексиканский контейнеровоз. Понимаю, что вы вряд ли сочтете это убедительным свидетельством, но тут уж ничего не поделаешь. Придется вам поверить мне на слово. Здесь все указывает на подготовку еще к одной маскировке. На последней спутниковой фотографии ничего не было обнаружено по единственной причине: все искали судно. А «Леди Флэмборо» больше таковым не выглядит. Лидер террористов, должно быть, разбирается в современном искусстве и увлекается весьма спорными работами Кристо, известного своими скульптурами из пластика на открытом воздухе. Он покрывает этим материалом здания и целые острова. Он повесил чудовищный занавес в Рифл-Гэп, Колорадо, и создал протянувшийся на много миль заб