Но нет, моя кожа на месте, как и все прочие части тела, – понимаю я, когда наконец вываливаюсь из портала в Турине. Как и все остальные, включая Мекая, который продолжает мирно спать – то есть настолько мирно, насколько это вообще возможно, когда ты висишь на чьем-то плече.
Встав на ноги, я отряхиваю от пыли свой зад, затем оглядываюсь по сторонам, пытаясь определить, куда портал доставил нас. Я надеялась, что он переместит нас внутрь Двора Ведьм и Ведьмаков, но по улице позади нас едут машины, так что это явно не так.
Быстро обернувшись, я вижу, что мы находимся посреди Пьяцца Кастелло, прямо перед Двором Ведьм и Ведьмаков. Мне не составляет труда узнать это место – не только благодаря архитектуре окружающих построек, но и из-за наводящей жуть скульптурной группы в фонтане в центре площади.
По большей части она выглядит просто как груда камней, но, если добавить изваяния почти раздетых мужчин, лежащих на ней, и темного ангела, стоящего на ее вершине, общее впечатление получается зловещим. Этот фонтан привел меня в ужас, когда я увидела точную его копию во время Невыполнимых Испытаний, а теперь, когда мне известно, что это вход в Мир Теней, он кажется еще более жутким.
Но сейчас нет времени для того, чтобы зацикливаться на статуях. Ведь мне надо выяснить, как открыть портал – потому что это как-никак фонтан, нельзя просто повернуть ручку и пройти, как ты проходишь в дверь. Ясно, что нам нужны какие-то чары, чтобы активировать портал внутри фонтана. Так что надо просто найти ведьму, которая знает, что к чему…
Закатного солнца не видно – его застилают серые тучи, когда мы подходим ко входу во Двор Ведьм и Ведьмаков. Дует холодный ветер, и меня пробирает дрожь.
– Ну, кто постучит? – спрашивает Флинт, подойдя ко мне неторопливой походкой. У меня не было возможности спросить его, не хочет ли он поговорить о том, что происходит при Дворе Драконов, но, судя по тому, как он избегает взглядов Джексона, можно с уверенностью утверждать, что сейчас ему, скорее всего, не до политических интриг.
Я быстро пишу сообщение Мэйси и жду, не зная, ответит ли она сразу. Если да, то нам, возможно, удастся проникнуть в здание Двора Ведьм и Ведьмаков без проблем, а может, она даже знает, кто может помочь открыть портал в фонтане. К тому же мне просто хочется увидеть мою кузину, узнать, как у нее дела. И быть может, расспросить ее насчет этих ее новых стремных порталов.
– От этого места у меня мороз по коже, – бормочет Джексон, пока мы ожидаем ответа Мэйси. – Оно такое… пафосное.
– Да уж, если учесть, как мило и уютно выглядит Двор Вампиров, – тягуче произносит знакомый голос за моей спиной.
Я поворачиваюсь и вижу, как исчезают мерцающие очертания портала – сразу после того, как из него выходит моя двоюродная сестра.
– Мэйси! – визжу я, бросившись к ней. – Я думала, что ты под домашним арестом, и не ожидала, что ты выйдешь к нам сразу.
Она запускает руку в свои неровно постриженные волосы. Она сменила цвет – теперь они сине-зеленые, что выглядит одновременно красиво и опасно. И довольно точно отражает ее новую суть.
Куда подевалась моя веселая, жизнерадостная кузина, никогда не терявшая оптимизма, даже если все шло плохо? Теперь ее место заняла ведьма, которая научилась использовать свою магическую силу не так, как прежде, – и явно предпочитающая радости хаос.
– Домашний арест бывает разным, – замечает она, закатив свои большие голубые глаза. – К тому же они не могут держать меня в настоящем заточении, если я этого не хочу.
В ее голосе звучит раздражение – на которое я решаю не обращать внимания, когда крепко обнимаю ее. Очевидно, что она все еще злится из-за того, что дядя Финн лгал ей, не мешая думать, что ее мать сбежала и бросила ее доброй воле – и, если честно, я ее не виню.
Сделать так, чтобы твоя дочь думала, что мать бросила ее, вместо того чтобы сказать ей, что ее мать в тюрьме… это решение до сих пор не укладывается у меня в голове. Да еще все эти годы радушно принимать в своем доме человека, держащего ее в заточении, – это как? Это такой плевок в душу, от которого Мэйси оправится еще не скоро.
Я все еще обижена на моих родителей из-за того, что они не рассказали мне, что я горгулья. А если бы они скрывали от меня такое? Не знаю, что бы я сделала.
Мэйси позволяет мне обнимать себя не больше секунды, затем отстраняется и делает шаг назад. Флинт и Иден пытаются тоже обнять ее, но она только неловко и принужденно машет им рукой и делает еще один шаг назад.
Они останавливаются как вкопанные и смотрят то на Мэйси, то на меня. Похоже, только Хадсон знает, что делать, и небрежно поднимает кулак. На мгновение на ее накрашенных темной помадой губах мелькает озорная улыбка, напоминающая прежнюю Мэйси, но тут же исчезает.
Она забивается с ним и говорит:
– Ну так что, мы так и будем тут стоять, ожидая, что нас позовут к чаю, или у вас есть какой-то план?
– Вообще-то наш план – это ты, – отвечаю я.
– Тебе же известно, что, если глава одного Двора тайно проникает в расположение другого Двора, это можно счесть нападением, не так ли? – спрашивает она.
– Тогда бы ведьмам и ведьмакам повезло, – замечает Хадсон. – Если бы Грейс объявила им войну, это бы наконец заставило мир их заметить.
Мэйси фыркает – это немного похоже на смех, которого я не слышала от нее уже давным-давно.
– Да уж. Армия Горгулий могла бы дать здесь знатный бой.
– Давайте внесем ясность, – стараясь придать своему тону твердость, говорю я. – Армия Горгулий не собирается давать здесь бой. И я однозначно не собираюсь объявлять кому-то войну.
Мы уже это проходили, и если я смогу избежать столкновения с охотниками, то у меня нет желания с кем-то воевать.
– Уймись, Новенькая, – с улыбкой говорит Флинт. – Никто не думает, что ты препоясала свои чресла на битву.
– Ты это серьезно? – Хезер кривит губу. – Ты так это хочешь описать?
– Я просто говорил…
– Я не хочу прерывать ваш невероятно важный разговор ни о чем, – вставляет Джексон, – но я не знаю, сколько времени Мекай сможет проспать.
– Мы дойдем и до этого, – заверяет его Мэйси и убирает волосы с лица. – У меня есть к вам только один вопрос. С кем именно вы хотите встретиться здесь?
– Не с Линденом и не с Имоджен. – Я выпаливаю имена короля и королевы, потому что чем больше я об этом думала, тем больше уверялась, что они нам не помогут. – А как насчет Виолы?
Если опираться на наш прошлый опыт, то именно сестра Имоджен – та ведьма, которая могла бы нам помочь. Но лишь в том случае, если мы сможем отыскать ее, не привлекая к себе внимания – и не подняв тревоги.
Я говорю об этом Мэйси, которая смотрит на меня с такой ехидной улыбкой, какой я никогда у нее не видела.
– Думаю, это можно устроить. – Она машет рукой, и прямо перед ней появляется огромный вращающийся портал. – Последнему, кто войдет в него, придется съесть целую банку глаз тритона.
Последнее, что я слышу, шагнув в портал, – это голос Хезер:
– Глаза тритона? Они что, и правда существуют?
Я хочу сказать ей, что Мэйси просто шутит, но прежде, чем я успеваю произнести «не бери в голову», портал заглатывает меня.
Глава 31Задайте им чары
В отличие от порталов из волшебных семян, которыми мы пользовались последнее время, этот не причиняет боли. Он действует как обычные порталы, созданные Мэйси, – когда ты находишься в них, ощущение такое, как будто тебя одновременно растягивают и сжимают.
Несколько секунд дискомфорта, затем несколько секунд, когда я чувствую себя так, будто вот-вот схлопнусь, – и готово.
Почувствовав себя нормально, я сразу же открываю глаза. И вижу украшенную богатой резьбой арку, кремовую с золотом, и обои тех же цветов.
Да, мы однозначно находимся внутри Двора Ведьм и Ведьмаков. И Мэйси привела нас к Виоле – я смотрю прямо в удивленные глаза этой ведьмы, приходящейся сестрой королеве.
Единственная проблема состоит в том, что Виола сейчас сидит в гостиной, полной других ведьм.
Вот что значит явиться неофициально.
Может, лучше развернуться и нырнуть обратно в портал прежде, чем начнется переполох, думаю я, но тут происходят две вещи.
Из портала вываливается Хезер и приземляется у моих ног. Одновременно несколько ведьм вскакивают со своих мест и обрушивают на нас чары. Я ухитряюсь подхватить Хезер до того, как эти чары попадают в нее, но они поражают вышедшего из портала Флинта, и он падает ничком.
За Флинтом следует Иден, которую чары превращают в похожий на желе сгусток.
– Пожалуйста, подождите! – Я вскидываю руки и, встав перед выходом из портала, спешу превратиться в горгулью. Только бы какие-то из этих чар не поразили Мекая, нанеся ему непоправимый урон.
– Мы здесь не для того, чтобы причинить вам вред! Мне надо просто поговорить с Виолой! – кричу я.
Но мои слова не действуют на них, и они продолжают обрушивать на меня свои чары.
Я уворачиваюсь от нескольких из них, но тут в меня попадает сразу три заклятия. Они не наносят мне реального вреда, зато причиняют адскую боль.
Плюс в том, что Джексон с Мекаем на плече выходит из портала в тот самый момент, когда они попадают в меня. Это дает Джексону пару секунд передышки перед тем, как чары ведьм летят и в него. Я бросаюсь к ним и заслоняю их, пока Иден в своем желеобразном виде быстро катится, чтобы тоже их защитить.
В эту секунду в нее попадают еще чары – и превращают ее из желе во что-то похожее на длинную тонкую змею. Разумеется, эти чары не отменяют те, которые поразили ее прежде, и теперь она выглядит как лежащая на полу гигантская желеобразная фиолетовая змея.
Флинт оставляет попытки сесть и ползет прочь, словно земляной червь. Тем временем из портала сразу за Джексоном выходит Хадсон.
Я не могу перестать заслонять Мекая и броситься к нему, но, прежде чем я успеваю предупредить его, Флинт кричит: