Тренировки, после которых у всех головы трещали и мозги норовили вылиться через нос, принесли плоды – в резонанс вся Гамма вошла быстро и легко.
Раздражение Яна смешалось с холодной решимостью Ши Ху. Тихую печаль Алеся и Дмитрия смело яростью Ставра. Тэгын гудел, призывая всех к порядку, но эмоции дрожали, вырываясь наружу. Эра с трудом сдерживала их, чтобы не сбить общий настрой – она не учла возросшей силы и скользнула слишком глубоко. И теперь на поддержание равновесия уходило слишком много сил.
Она не смогла обуздать тэгын, даже когда щупальце скользнуло по боку, расплавляя плотную ткань футболки. Распробовало и ринулось обратно, но его встретило острое лезвие «лунного ножа» – нагинаты. Извивающийся отросток полетел вниз, разбрызгивая яд и радужно сверкающую кровь.
– Соберись!
Боль затопила сознание, лишив возможности двигаться. Понадобилось пять долгих ударов сердца, чтобы прийти в себя. И все это время Хен Мин кружился вокруг, не позволяя ктулху дотянуться до Примы.
Справившись с кровавой пеленой, Эра снова скоординировала Гамму. Бойцы, которых слегка задело взрывом эмоций, пришли в себя и заняли позиции, поливая армаду пришельцев свинцовой лавиной.
– Соберись, я сказал!
Хен Мину сейчас очень хотелось материться. Но Эра, открытая для любого воздействия, была слишком уязвима для слов. И он молча следовал за ней, где отсекая лезвием, а где отпихивая древком врага. Капли яда кое-где растворили его одежду, добравшись до кожи, но он не обращал внимания на ожоги – безопасность танцующей на грани жизни и смерти девушки была важнее.
Ей противостояло шесть флагманов. Оставив ученикам эскорт, Эра рвалась к тем, кто умел растворять границу между мирами. Один, второй, третий… Время остановилось, реальными были только серые сферы да мохнатые отростки, сеющие смерть.
Сьюзи застыла, глядя на разгоревшийся бой. К ней подскочил мальчишка в форме Школы:
– Госпожа, поторопитесь, здесь опасно! – и указал на младших учеников, которые уводили туристов подальше от Прорыва.
– Да-да, сейчас, – рассеянно ответила Сьюзи, но не двинулась с места.
Слепящее солнце мешало смотреть, пришлось снова надевать очки. Сьюзи видела немало Прорывов, но этот больше напоминал фильм-катастрофу.
Огромные пузыри, блестящие на солнце, вздувались уродливыми нарывами. Между гибкими щупальцами сновали крохотные человеческие фигурки. То одна, то другая попадала в смертельные объятия ктулху, чтобы полететь вниз безвольной куклой или тут же раствориться.
На шум схватки заполошным стаккато отвечали автоматы. Иногда эхо доносило хлопки снайперской винтовки, и ктулху отшатывался от стремительного девичьего силуэта. Эра в полном объеме использовала способности своей Гаммы, успевая отслеживать движение еще одного Мастера. Лезвие его нагинаты вспыхивало на солнце, защищая Приму, и та ни разу не подвела союзника.
Каждое движение девушки, каждый взмах коротких мечей вызывал восхищение Сьюзи. Слаженные действия Гамм давно вошли в поговорки, но то, что происходило на этот раз, походило на чудо. Каждый из Гаммы знал, что делает другой и зачем. Прекращал стрелять или, напротив, направлял огонь в нужное время и место. Простой координацией добиться такого было нереально. Бойцы словно читали мысли друг друга, действуя, словно единый организм.
Это привело к успеху. Последний флагман взорвался, рассыпавшись мириадами радужных капель, и наступившая тишина ударила по нервам.
Ставр вынырнул из резонанса. Рядом тихо ругался Дмитрий – на плече, сквозь прореху, виднелась багровеющая кожа. Яд последнего ктулху залил все вокруг, досталось многим.
Но матерился парень не из-за этого – в голове еще звучал отголосок боли. У Ставра тоже ломило виски, но он, не обращая внимания на собственное состояние, кинулся к Эре. Если она не смогла удержать собственные эмоции, разрешив другим услышать свою боль, рана должна быть серьезной.
Но, пробежав несколько шагов, капитан замер, глядя, как двое молча смотрят друг на друга.
Эра и Хен Мин застыли, сплетясь взглядами. Логомы девушки и нагината Мастера устало поникли в безвольно опущенных руках. Яд и кровь, смешиваясь, падали на землю. Темные пятна выжженной травы увеличивались, но ни Эра, ни Мастер не сдвинулись с места.
– Эра…
Алесь удержал командира за плечи:
– Не видишь? Они еще в резонансе.
Ставр пригляделся. Замерший взгляд, глаза, полные слез… Напряженный покой… Звякнула сталь выскользнувших из рук клинков… Шаг, другой… Эра кинулась к Хен Мину, врываясь в объятия, и сама обняла в ответ. Они сидели на земле, и Хен Мин рыдал в голос, уткнувшись Эре в колени. А она гладила его по голове, то и дело смахивая собственные слезы. Их объединило общее горе, и Ставр ужаснулся силе той боли, что носил в себе Мастер.
Наконец Хен Мин успокоился и снизу вверх посмотрел на зареванную Эру:
– Спасибо, – прозвучало тихим дуновением ветра.
– Пойдем… – Она приняла протянутую руку. – Дурак. Зачем носил в себе так долго? Хотя, кого я спрашиваю…
Сьюзи так и не ушла в безопасное место. И оттолкнула Ставра, заступившего дорогу к своей Приме.
– Не время отдыхать. Обстоятельства изменились. Если ничего не предпринять…
– Они меня засекли, да? – морщась от боли, поинтересовалась Эра.
Сьюзи дождалась, пока Алесь закончит перевязку. И в этот раз не просила остальных выйти:
– Если и не успели, то это дело считаных часов. Почти все туристы снимали Прорыв. И знаешь, тебя вряд ли удастся выдать за ученика Школы.
– Строго говоря, я действительно ученица Школы Распускающегося Цветка, – хмыкнула Эра. – Но, кажется, сейчас это не прокатит.
– Да, верно. И скрыть, что у тебя теперь полная Гамма, тоже не получится.
Мужчины посмотрели на Хен Мина. Седьмая нота, недостающий тон…
– Полная, – перевела внимание на себя Эра. – Но очень необычная.
– Она была необычной с самого начала. Но этот Прорыв, чтоб ему провалиться, спутал нам все карты! У нас теперь нет времени. Действовать нужно быстро.
– Какие предложения? – вступил в беседу Ставр, давая Эре передышку.
– Для начала – убраться отсюда как можно скорее.
Спокойная жизнь закончилась. Сьюзи не лукавила, когда говорила, что у Сопротивления большие возможности. Те пещеры на острове, в которых скрывался отряд до отправки в Школу Распускающегося Цветка, оказались крохотным филиалом, не имеющим реальной силы. Но всю мощь организации Гамма уяснила, попав в Центральное отделение.
Оно располагалось в самом центре Лондона, в сверкающей тонированными стеклами высотке. Над входом Эра прочитала название, известное всему миру. Кто бы знал, что этот концерн – всего лишь прикрытие! Вокруг, за высоким забором, скрывались двухэтажные общежития для работников, склады и крохотный парк с фонтаном.
Осмотреться гостям не дали – сразу повели внутрь. Ровные ряды столов, клерки, перебирающие бумаги, нескончаемые трели телефонных звонков…
– Хочешь что-то спрятать – расположи на самом видном месте! – приветствовал гостей Мартин. – Я рад, что могу наконец познакомиться с легендарной Примой!
Эра спокойно ответила на рукопожатие. Комплимент, перетекающий в откровенную лесть, оставил ее равнодушной. Но Дмитрий, стоящий рядом, заметил, как напряглась ее спина. И сделал остальным знак быть внимательными.
Ставр тут же перебрался поближе к девушке. Но Мартин уже увлек ее за собой. Мужчинам только и оставалось, что смотреть, как он, чуть прихрамывая, уводит их Приму куда-то в лабиринт бесконечных коридоров. И слушать подскочившую секретаршу.
Ставр не выдержал. Обошел женщину и кинулся следом за Эрой:
– Подождите. Господин Мартин, ей бы отдохнуть с дороги…
– О, не беспокойтесь. Я скоро ее вам верну.
– Я думаю, – неожиданно поддержала Ставра Эра, – мы можем поговорить в присутствии всего отряда. У меня нет от них тайн.
– Ну, еще бы! – усмехнулся Мартин. – Но я все равно надеюсь, что вы подарите мне несколько минут.
Эра переводила взгляд с одного на другого. Появившиеся следом за Ставром спутники помогли сделать окончательный выбор.
– Или мы разговариваем все вместе… или я устала.
Мартин не сдержал смешок, повернувшись к мужчинам:
– Кажется, я понимаю, почему вы бросили ради нее все.
Ставру показалось, что скрип его зубов эхом отражается от стен коридора. Но Мартин уже поворачивал ручку массивной двери:
– Прошу!
Кабинет соответствовал статусу владельца огромной корпорации. За массивным дубовым столом стояло удобное кожаное кресло. Вдоль двух стен тянулись стеллажи с книгами и папками. Третью стену скрывали темно-зеленые шторы из шотландки. Мартин раздвинул их, нажав на кнопку переносного пульта. Солнечный свет залил комнату, ворвавшись в панорамное окно.
– Понимаю, что вся моя конспирация летит к дьяволу, но все же прошу называть меня, как и прежде, – Мартин. Присаживайтесь!
Секретарша внесла поднос с дымящимися кружками, расставила их на полированной столешнице журнального столика. В центре встала высокая ваза с печеньем.
– Угощайтесь. Я правильно угадал ваши вкусы?
Эра устроилась на кожаном диване. Сидеть было неудобно, жестко и скользко, но, судя по всему, так и задумывалось. Она пригубила чай. Пу-эр. То, что надо, чтобы сосредоточиться.
– Печенье берите! – подвинул к ней вазочку Мартин и сам уселся рядом с ней. – Господа, не стесняйтесь!
Эра рассматривала кабинет. За стеклянными дверцами шкафов стояли фотографии. В основном – самого Мартина. На некоторых он был один, на других пожимал руки узнаваемым личностям.
– Вы популярны. – Дмитрий тоже времени даром не терял.
– Да, – кивнул хозяин офисного центра. – А все потому, что сразу беру быка за рога. И сегодня собираюсь поступить так же. Итак. Взгляните.
Деревянная панель на стене отъехала в сторону, открывая белое полотно экрана. Шторы задвинулись, засветился проектор. На стене махали щупальцами ктулху, и Эра с Хен Мином рвались в самое сердце боя.