– Скажите, а вы не боитесь против железяк драться? – спросил он, посмотрев на Соловья. – Им же ничего не будет, максимум – разберут на запчасти… А вот вас могут и того…
Егор толкнул брата локтем, но Знаменский только улыбнулся:
– Мои учёные сделали самую крепкую броню в мире. Нет, не боюсь. Кстати, какого героя ты выбрал для своего робота? – спросил он у Егора.
– Илью-Разбойника, – ответил тот.
– Это который тридцать лет не мог ходить и озлобился на весь мир? – изобразил удивление Знаменский. – Какой интересный выбор. Нам очень повезло тогда, что Соловей его победил. Иначе Русь ждали бы мрачные времена.
– Будь наша мама жива, она бы с вами поспорила, – буркнул себе под нос Егор.
Знаменский прислушался к восторженным крикам и овациям, которые доносились из-за дверей. Толпа ревела: «СО-ЛО-ВЕЙ! СО-ЛО-ВЕЙ!»
– Начинается… Слышите? – Его глаза хищно блеснули. – Представляете, сколько людей сейчас нас смотрят? Я придумал эти игры, чтобы они всегда помнили, кто здесь настоящий богатырь! – Соловей встал в центр платформы и бросил помощникам: – Приступайте. Пора. Зрители ждут.
Платформа тотчас активировалась: тело мужчины стало заковываться в железные латы. Всё как положено: шлем, наручи и прочее.
– Жду твоего робота с нетерпением… – сказал Егору на прощание Знаменский, окончательно превратившийся в Соловья-Разбойника.
Вечером братья возвращались домой, с жаром обсуждая события прошедшего дня.
– Круто Соловей Кощея разделал! – восхищался Максим. – Не думал, что робобои меня так зацепят.
– Кто сможет победить Соловья, тот войдёт в историю, – заявил Егор. – А ты идти не хотел…
Ребята остановились на спортивной площадке у дома. Максима окликнул приятель, и он отправился к нему, бросив брату:
– Ладно, нужна будет помощь, обращайся. Но баскетбол всё равно круче.
Старший брат усмехнулся и пошёл к дому, а младший остался поиграть с мячом. Войдя в квартиру, Егор с удивлением обнаружил, что отец торопливо собирает вещи. Тут же стояла бабушка братьев, Галина Михайловна, и, скрестив руки на груди, наблюдала за сборами.
– Мам, я как поменяю номер, позвоню сам. Мне не звонить, – сообщил профессор Киселёв.
– А что сказать, если тебя будут искать? – уточнила Галина Михайловна.
– Скажи, срочно куда-то уехал, – отрезал Киселёв. – Ничего не объяснил.
– Ну, собственно, так и есть… – хмуро заметила его мать.
– Пап… Что происходит? – не выдержал Егор.
Отец с бабушкой оглянулись на него.
– Привет, Егор, я уеду на какое-то время, – пробормотал профессор. – Бабушка за вами присмотрит.
– Подожди… – растерялся парень. – А зачем? Что случилось?
Отец неопределённо пожал плечами и через силу улыбнулся:
– Я должен закончить то, что начала ваша мама… – Он взял с полки фотографию жены в рамке и ласково взглянул на любимое лицо.
– Ты же никогда всерьёз не воспринимал мамины исследования, – вскинул брови Егор.
Отец вздохнул и с досадой признал:
– Да, и это моя самая большая ошибка.
– Так, а можно поподробнее? – нахмурился Егор.
– Она была права насчёт фрески. Соловей действительно переписал историю! И я скоро это докажу. – пообещал отец и крепко обнял старшего сына. – Люблю тебя. Слушайся бабушку, присмотри за братом. Ма, таблетки, – напомнил он.
Застегнув чемодан, он быстро двинулся к двери. Бабушка – за ним. Они вместе вышли на улицу. Егор выглянул в окно и увидел, как отец обнимает Максима, садится в машину и уезжает, а брат потрясённо смотрит ему вслед…
Профессор Киселёв улетел далеко-далеко от дома. Вскоре он уже продвигался на снегоходе сквозь пургу, скользя по льду замёрзшего озера Байкал. Профессор был одет в оранжевую парку, его лицо было закрыто шарфом и очками от ветра.
Скоро он достиг цели. Оставив снегоход у входа в ледяную пещеру, Киселёв шагнул внутрь. Пещера не была безлюдной – горели лампы, двое рабочих разбирали завал. Киселёв поздоровался с ними, снял защитные очки, поднял фонарь повыше и направился к возвышавшейся в центре пещеры глыбе. Рукой в перчатке он стёр с поверхности снежные хлопья и увидел вмёрзший в лёд металлический щит с рельефным изображением солнца.
– Невероятно… – потрясённо ахнул профессор.
Той же ночью Знаменский с охранниками пришёл в лабораторию Киселёва. Лучи фонарей рыскали во мраке, выхватывая разнообразные приборы и мониторы на столах. Рация Тимура ожила, и сквозь треск послышался голос:
– Проверили камеры, кто-то удалил всю информацию.
Знаменский вышел в центр лаборатории. Включился свет, и из-под специальной панели выехала колба. Она была пуста. Знаменский в ярости ударил по ней кулаком.
– Все записи с камер наблюдения стёрты, – сообщил начальнику подоспевший Тимур.
– Что с Киселёвым? – спросил шеф.
– Я уже отправил людей к нему домой.
– Найдёте его – найдёте сердце, – кивнул Знаменский.
Глава 3
Год спустя
В школьном спортивном зале Максим и Егор представляли специальной комиссии и директору свою разработку. У ног директора сидел, виляя механическим хвостом, робопёс. Макс чеканил мяч, продвигаясь к баскетбольному кольцу, а ему пытался помешать огромный робот, выполненный в стиле древнерусского воина. Вот мальчик обошёл противника, сделал бросок и попал, но в следующий же миг робот подобрал мяч и тоже закинул в кольцо.
– Как видите, робота Муромца отличает высокая скорость реакции, чуткие сенсоры и развитые манипуляторы, – комментировал Егор, сверяясь с данными в планшете. – Мы хотели, чтобы он двигался естественно, как человек.
Муромец снова подобрал мяч, и Максим скомандовал:
– Пас!
Робот перебросил ему мяч, Макс сделал два шага, бросок в кольцо – попал! Они повторили связку, но теперь уже мяч забросил Муромец и вскинул руки, как мальчик за несколько секунд до этого.
– И, наконец, у нашего робота самообучающийся искусственный интеллект с имитацией человеческих эмоций. Ну, сами видите. На этом я бы хотел закончить презентацию, – подытожил Егор.
Муромец остановился и выпрямился. Максим подобрал мяч и подошёл к брату. Директор школы поднялся, и все перевели глаза на членов комиссии.
– Спасибо, Егор. Спасибо, Максим, – кивнула дама, которая всем руководила. – Надеюсь, ваш робот хорош в бою так же, как в баскетболе.
– Конечно, хорош. Да он любого из Железных героев сделает, – хмыкнул Макс. – Даже Соловья. А что, ему давно на пенсию пора.
Дама бросила на него недовольный взгляд.
– Ну, немного самонадеянно, – заявила она. – А сейчас нам надо посовещаться.
– Конечно-конечно. Идёмте, ребят, – позвал директор и подтолкнул братьев к выходу из зала.
В коридоре Егор раскрыл железную грудь Муромца и стал копаться внутри, проверяя платы. Остальные ждали, поглядывая на совещающуюся в стороне комиссию.
– Это было просто офигенно! Муромец так ловко мяч схватил и в кольцо бросил, – восхищался Макс. – Там даже робопёс директора в шоке был!
Егор сердито посмотрел на младшего брата:
– Зачем ты ляпнул про Соловья?
– Вообще-то, мог сказать спасибо за крутую презентацию, – возмутился Макс.
– Спасибо большое, – язвительно сказал Егор. – Но теперь они будут думать, что мы два самоуверенных дурака, которые считают себя лучше других…
– Ну пускай думают что хотят! – отмахнулся Максим. – У нас лучший робот! Если не возьмут – значит просто испугались.
Егор опустился на скамью и взъерошил волосы пальцами.
– А знаешь, что я думаю, Макс? Мы в пролёте.
– Так, Егор, послушай меня. То, что ты сделал робота, уже огромное достижение для нашей школы, – утешил его директор. – Даже если мы никуда не попадём.
– Вы чего такие негативные? – возмутился Макс. – Не попадём, ну и хорошо. Я Муромца в свою баскетбольную команду возьму, точно звездой станет!
Закончив совещание, комиссия направилась к ним. Директор и ребята посмотрели на них с надеждой.
– Ну что ж, в целом робот интересный, искусственный интеллект на хорошем уровне, – сообщила дама в полной тишине. – Соловья вам, конечно, не победить… Но попробовать – стоит. Поздравляю. Мы берём вашего робота на турнир.
Раздались радостные крики. Все бросились поздравлять и обнимать братьев.
– Я даже не сомневался! – заулыбался директор.
Дама с остальными членами комиссии удалилась, пожав руку директору.
– Сегодня вечером празднуем у нас дома! – заявил Егор одноклассникам.
Братья вышли из школы, спустились по ступеням и направились к воротам.
– Всё, ребят, увидимся! Пока! – попрощались они с друзьями, не замечая, что за ними кто-то следит.
Когда они шагали по улице, их вдруг окликнули сзади:
– Парни!
Они оглянулись и увидели отца…
– Папа! – воскликнул Максим, бросился к отцу и крепко его обнял. И тут же поразился, какой у него безумный и потрёпанный вид…
– Я думал, ты про нас забыл! – недовольно заметил Егор, скрестив руки на груди.
– Слушайте, я знаю, у вас много вопросов, – быстро проговорил отец. – Скоро я вам всё объясню. Но сейчас надо ехать, нам нужно успеть на пресс-конференцию…
– Куда успеть? – не понял Егор.
– По пути расскажу, поехали, – поторопил Киселёв-старший.
– Я никуда не поеду, – упрямо проговорил парень.
– Егор, я знаю, ты злишься… – начал было отец.
– Ничего я не злюсь, – перебил тот. – Я просто хочу напомнить, что ты пропал на год, ни разу не позвонил, только дурацкие приветы через бабушку передавал. А теперь внезапно появляешься, и мы должны с тобой куда-то поехать? Пап, мне уже не пять лет. Да и Максу тоже!
– Ты абсолютно прав, я даже спорить не буду, – покладисто сказал отец, – но сейчас нужно ехать. У нас мало времени, правда…
– Мало – езжай, – отмахнулся Егор. – И вообще, у меня свои дела. Я год работал, моего робота взяли на «Железных героев», понимаешь?! И мы с классом собираемся это отмечать. Так что без нас! Пошли, Макс, – позвал он.