Свадебное утро вышло суматошным. Покои заполонили слуги, озабоченные храмовники, посланцы от папаши Себерта, не позволившие спокойно позавтракать. Мандарины двадцать раз перекладывали с блюда на блюдо, комнаты украсили ящиками с цветущим морозником. Воздух пропитался запахом свежести и весенней земли. Одна из первых легенд гласила, что морозник вырос из слёз первой водной королевы. Арх сомневался, что деятельная дракайна, сумевшая сплотить вокруг себя ледяную армию, действительно разрыдалась, узнав, что подданным нечем украшать алтари для бракосочетаний. Глядя на Эльсу — та же кровь — Арх, скорее, предполагал, что королева погнала на поиски подходящей флоры всех свободных драконов и десяток карликов и кто-то из них этот морозник нашел. Но упрямые руны на пожелтевших страницах складывались в сказ: «И обронила королева слёзы прозрачные. И растопили они снег, являя подданным чудо-цветы — нежные, стойкие к холоду, превращающиеся в диковинные украшения после выдоха».
Вторая водяная королева, прабабушка Эльсы, запретила изводить цветы для свадеб — только выкапывать с комом земли, приносить в Храм, а после церемонии снова возвращать на равнины, оставляя пару цветков возле дома молодоженов. Морозники около родового особняка Арха кто-то безжалостно вытоптал. Морозников в дворцовом парке было высажено много — и нежно-желтые, и сизые, и бордовые. Свой куст Арх решил вкопать прямо под окном спальни Эльсы — авось, уцелеет, не доберутся прислужники Себерта.
— Время, ваше величество.
Эльсу услужливо подхватили под локоть. Ящик с цветами — традиционного блюда с фруктами почему-то не было — понесли следом. Эльса шла к алтарю в свободной одежде, расшитой рунами и обережными знаками — магия уже не желала облачать её в доспехи. Зато у Арха доспехи потяжелели, украсились угрожающими шипами. Магия смерти желала защищать жизнь — и супругу, и будущего ребенка. Блюдо с мандаринами, обложенное по краю морозником, казалось чем-то неуместным, такому нареченному лучше бы с секирой и кистенем в Храм заходить. Но что выдали, то выдали.
В Храм попали подземным ходом. Разделились у тяжелой двери с оковкой — Эльса медленно пошла наверх, по слабо освещенным ступеням, а Арха увели окружным коридором, в другую дверь. Зал не ошеломил гомоном или взглядами. Как Эльса и пообещала, свадьба была скромной. Десяток ледяных драконов в легких изящных доспехах. Дядя, тётя и трое племянников — вся кровная родня Арха — смущенные, опасливо озирающиеся по сторонам. Пяток храмовых служителей, двое целителей, не спускавших глаз с Эльсы.
Арх задрал голову и посмотрел в глаза огромной статуе. Главная Ледяная Змея, вместилище магии почивших драконов королевства, глянула на него без любопытства и презрения — право же, слишком много чести для соринки! Алтарь — гладкое зеркальное блюдо — потрескивал морозными искрами даже без выдоха. Чуял истинную связь.
Возле боковой двери мелькнула какая-то фигура. Нантар, сын покойного военного советника Кейлхарта, почему-то представлявший родню Эльсы на свадьбе, принял из рук появившегося служки большую фарфоровую тарелку с одинокой виноградной гроздью.
— Ваш отец просит положить на алтарь именно этот свадебный дар, ваше величество.
Эльса — бледная, замёрзшая — тихо проговорила слова благодарности. Забрала тарелку, на которую поспешно добавили куст морозника, шагнула к алтарю. Арх скопировал её движение. Гроздь — едва поспевшая, с пятнами прозелени — мягко легла на гладкую поверхность. Арх, неловко действуя левой рукой, добавил к ней пяток мелких мандаринов. Два куста морозника, сливочный и лиловый, прижались боками рядом с фруктами. По примете, ровеснице легенды, те пары, чьи цветы переживали церемониальный выдох без повреждений и болезни, Змея одаряла редкой для драконов многодетностью.
Движение ожившей статуи было стремительным. Выдох укрыл алтарь густым морозным облаком, а Арх с трудом удержался от обращения — защитить Эльсу и ребенка от опасности. Когда голова Змеи вернулась под потолок, а церемониальный выдох рассеялся, свидетели дружно заулыбались и зааплодировали. Цветы остались свежими, словно и не лежали рядом с насквозь промерзшими фруктами.
Эльса взяла ледяную гроздь первой. Арх поставил на пол блюдо с парой кустов морозника и остатками мандаринов — нарушил этикет, да и провалитесь вы пропадом! — сгреб обледеневшие оранжевые шарики в горсть и швырнул на алтарь, одновременно с броском жены. Виноград и мандарины разбились, разноцветные крошки завертелись, складываясь в рисунок брачного узора. Арх даже убрал доспех с левой руки, чтобы проверить — «такой?» Точно такой же, как чешуйчатый орнамент, украшавший их предплечья уже второй месяц.
Родня и служки подхватили тарелки и блюда, засуетились, перекладывая цветы и фрукты. Главные двери Храма распахнулись.
— Идем, — Эльса двинулась вперед, заворачивая рукав. — Я покажу тебя подданным.
Глава 7.2Ар-Ханг. Без клятв
О таком сюрпризе — полной площади драконов, терпеливо ждущих завершения свадьбы возле Храма — Арха никто предупредить не удосужился. Он сначала стушевался под сотней взглядов, а потом, когда на храмовые ступени, под ноги ему и Эльсе полетели традиционные подарки — фрукты, овощи и туши мелких животных — превратился, закрывая крыльями супругу. Да мало ли что прилетит? Совсем с ума сошли такие вольности разрешать!
Драконы отреагировали сменой формы, яростным шипением и хлопками крыльев.
— Рада представить вам моего супруга и защитника, — голос Эльсы, вроде бы и негромкий, заставил драконов присмиреть, склонить головы. Арх и сам почувствовал желание лечь на брюхо. Вот, значит, как оно работает.
— Я надеюсь, что все поймут — ни королева, ни беднячка не могут противиться истинной связи и воле хранительницы наших душ, Ледяной Змеи. Мой супруг, отец моего ребенка, будет служить короне наравне с прочими драконами. Если он приблизится к алтарям скверны на Малом Аспиде, я самолично препровожу его в Хехильт и передам дело на рассмотрение Совета. А пока, в дни нехватки воинов и зарождающейся смуты, я поручаю ему охрану неприкосновенных стад. Вы слышали мою волю?
Как Арх ни сопротивлялся, а не выдержал: лег на ступени, потерся драконьей мордой о мягкий сапожок Эльсы, едва не сбив её с ног. На этом официальная встреча новобрачных и народа была окончена. Эльса извинилась, еще раз напомнила собравшимся о своей беременности и отбыла в тепло покоев. Арх полетел следом — как привязанный, не нашедший в себе сил переменить форму.
Поскандалить — «я же просил, не заставляй меня!» — не получилось. Притащились хлюпающие носами дядюшка и тётушка, наперебой радующиеся пророчеству о многочадии, Нантар с блюдом цветов, мандаринов и еще одной, очень маленькой, не замороженной виноградной гроздью. Как по волшебству появилось чай и легкие закуски. Все умилялись — будто и не случилось явления дракона смерти народу — спорили об имени для ребенка.
— Фарберт, — устав выслушивать идиотские предложения, заявил Арх. — Мы назовем его Фарберт. Он будет ледяным драконом, я знаю.
Эльса, внаглую подъедавшая мандарины с церемониального блюда — такое впечатление, что и листьями морозника не брезговала — только улыбнулась. Не оспорила, не придавила королевской волей. Арх немного успокоился и стащил со стола моченое яблоко. Сам добыл, сам съел. Хорошо, что остались.
Наутро сонная Эльса не позволила ему задержаться во дворце. Выпроводила в Гейзерную долину с наказом «калечить, но не убивать», чем Арх целый месяц с удовольствием и занимался. На исходе четвертой недели его вернули в супружеские покои, и это было очень вовремя — потрепанные мародеры перестали соваться к стадам и Арх заскучал.
Сначала показалось, что Эльса возжелала супружеских ласк. После пары бурных ночей выяснилось — не похоти ради, для дела. Эль — утренняя, мягкая, зацелованная, приятно округлившаяся — вдруг превратилась во властную королеву.
— Поднимайся, праздник закончился. Мы идем громить Хехильт.
— Это я всегда «за», — честно признался Арх. — Но как мы будем его громить? Ты же…
— Я всего лишь беременна, — сухо ответила Эльса. — Хвала богам, это не лишает всей магии. Сейчас проверим ее пределы.
— А что за срочность?
— Договор. Люди начинают весеннее наступление. Первая крепость, которую мы должны захватить — форт Ренкель в Ясконе. Я уже получила три корабля пшеницы в залог добрых намерений. Пора шевелиться.
Арх занервничал, потом напомнил себе, что магия никогда не позволит Эльсе навредить ребенку, и подставил чешуйчатую спину, принимая ношу, укутанную в меха. К Хехильту прилетели довольно быстро — как ни осторожничай, а крылья-то несут.
— Не превращайся, — велела Эльса, осторожно спрыгивая на снег. — Сейчас попробуем отработать взаимодействие.
Откликаясь на её слова, по стенам поползли тонкие, неуверенные стебли камнеломки. Арху сначала показалось: не осилят, завянут. Нет. Усики ныряли в невидимые глазу дыры — не только на стыках камня, каким-то образом просачиваясь в монолит. Там, где уже нырнули, крепли, вырастали толщиной с человеческую руку. А у подножия башни даже с драконью лапу.
— Она пьет защиту, — ответила на невысказанный вопрос Эльса. — Я не знаю, получится ли так же с кенгарской магией. Надеюсь, что получится. Иначе не видать нам ни поставок еды, ни добрососедских отношений с людьми.
Арх, повинуясь указаниям «ударь сюда», «вцепись вот в это сплетение», сначала с трудом, к последнему часу — легко, разрушил три пустующие башни и изрядный кусок стены. Опустился на вытоптанный снег, погордился собой и только потом сообразил:
— Ты что, собираешься идти на войну? К людям?
— Вы ведь мне сюда кенгарские крепости не принесете, — фыркнула жена. — И сами их взять не сможете. Придется мне делать свое королевское дело.
— Но ты же… — Арх закусил губу, посмотрел на живот, почти незаметный под тремя слоями одежды.
— Твоя задача — позаботиться о нашей безопасности, — поймав его взгляд, сказала Эльса. — Хватит пасти стада. Завтра полетишь к людям. Нантар с двумя ледяными отрядами уже отправился на границу Сороши и Ясконы. Ты возглавишь отряд яда. Я надеюсь, что вы с Нантаром не рассоритесь до драки, а найдете общий язык и будете делать общее дело. Его приоритетная задача — поддержка человеческой армии, твоя — разведка и подготовка к моему прибытию. Постарайся обеспечить уединение и возможность скрытного передвижения. Я не хочу слушать человеческие шепотки и демонстрировать уязвимость перед кенгарскими магами. Постараешься, Арх? Я не приказываю, я прошу.