Его сердце бешено колотилось под моей ладонью, как будто хотело выпрыгнуть из груди прямиком мне в руки. Я не сдержала стон, когда Расмус сжал мои волосы и потянул голову вниз, заставляя меня открыть глаза и посмотреть на него.
Внимательно изучая моё лицо, он провёл другой рукой вверх по моей талии к рёбрам, задирая майку. Облизав пересохшие губы, я опустила взгляд, следя за его движением – выше, выше и выше, до тех пор, пока прохладный воздух не касается моей кожи. Светлые глаза вспыхнули, уставившись на надпись, которая была под левой грудью, а затем его лицо исказила гримаса боли и рука в моих волосах ослабла.
Большой палец погладил чернила, словно пытаясь стереть их – как будто это было возможно. Расмус наклонился к моему лицу и поднял взгляд, чуть прищурившись. Провёл носом по моей щеке, я вздрогнула от неожиданной ласки.
– Ты скучала?– шепнул чуть слышно, от дыхания пряди волос у моего лица пошевелились.
«Скучала» – чуть не выпалила я, но вовремя прикусила язык.
– Я тоже скучал, Агата. Очень скучал. И я тоже не могу тебя забыть, хотя пытался.
Я зажмурилась, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не броситься к нему на шею. Недоверие больно кольнуло грудь – можно ли верить его словам? Обманул ведь однажды – может обмануть и снова.
– Скажи хоть что–нибудь, не молчи,– раздражённо процедил он, обхватывая мои плечи руками и встряхивая меня.
Пришлось прочистить горло, прежде чем заговорить.
– Я не против, если ты будешь помогать с Витькой,– хрипло сказала я, стараясь держать голос ровным,– Но между нами ничего не будет, Расмус. Ты – не тот человек, который мне нужен.
Его брови медленно поползли вверх, собирая тонкие морщинки на лбу. Взгляд стал тяжёлым, недоверчивым. Так же медленно его лицо разгладилось и уголки губ тронула короткая улыбка. Погладив мои плечи руками, он поцеловал меня в лоб, широко улыбнулся и отступил на шаг.
– Как скажешь,– пренебрежительно пожал плечами, продолжая улыбаться,– Я не буду настаивать.
Я почти ненавидела себя в этот момент – и зачем я вообще это сказала? Внутри бились противоречия – хотела, чтобы он настаивал. Хотела, чтобы он не слушал и делал по–своему. Хотела, чтобы прижал к себе, держал крепко и не отпускал. Но в то же время боялась – если обманет вновь, я больше не смогу собраться и жить дальше.
***
My love is tainted by your touch
Cuz some guys have shown me aces
But you've got that royal flush
I know it's crazy everyday
Well tomorrow may be shaky
But you never turn away
Christina Aguilera «Save me from myself»
В декабре выпал первый снег – тонкой плёнкой укрыл посеревшую землю. Поблёскивал на солнце, звонко хрустел под ногами, когда я шагала по дорожке, привычно гуляя с ребёнком в обед.
В руке держала стаканчик горячего кофе с молоком и капелькой мятного сиропа – Витька наконец–то начал есть прикорм, и я сократила кормления днём. Теперь могла позволить себе маленькие кофеиновые радости. Делала второй круг по парку, когда сзади окликнули:
– Девушка!
Я поморщилась от громкого мужского голоса и по привычке покосилась в коляску, надеясь, что Витюшка не проснулся.
– Вы обронили,– сбоку нарисовался высокий мужчина в тонкой флисовой шапочке – из тех, кто спортивничает на турниках и бегает по дорожке.
Протянул мне мою перчатку и улыбнулся, потирая красный от холода нос.
– Наверное, из кармана выпала,– пробормотала я, убрав перчатку в сумку,– Спасибо.
– Не за что,– он пожал плечами, покосился на коляску и произнёс,– Сколько вас вижу, всегда одна гуляете. Вы не замужем?
Отрицательно покачав головой, я шагнула дальше, не зная, о чём с ним разговаривать. Все навыки флирта и вообще общения с противоположным полом за последние полтора года как–то растерялись, сами понимаете.
– Максим,– представился он,– А вы?
– Агата.
– Красивое имя.
– Спасибо.
Какой–то диалог нелепый получается…
– Агата, а вы ходите на свидания?– поинтересовался он с нескрываемым любопытством.
Я что–то промычала и нахмурилась, вцепившись одной рукой в стаканчик. Пожала плечами, поймала его озадаченный взгляд и тихо фыркнула.
– Если честно – не зовут,– ответила серьёзно и тихо рассмеялась,– У меня прицеп есть, как вы видите.
– Да, мужик нынче трусливый пошёл,– с фальшивой грустью протянул он,– Ну, а если позовут, пойдёте?
– Возможно. Всё зависит от свидания и спутника.
– Например, в кино? С попкорном, или конфетами. Ну, знаете, те, что на развес продают.
– На боевик?– я недоверчиво покосилась на него, отметив про себя подтянутые ноги в облегающих лосинах и широкие плечи, которые не скрывала плотная ткань толстовки.
– Нет, на мелодраму. Или комедию. Или, даже мультики,– быстро сказал он.
– Звучит неплохо,– я невольно улыбнулась,– Скорее всего, согласилась бы. Сто лет не была в кино.
– Скажем, в четверг?– спокойно говорит он, широко улыбаясь,– Вечером, часов в шесть?
– С вами?
– Прицепа я не боюсь, так что… – пожав плечами, Максим подмигнул мне,– Да, со мной.
– Я вас совсем не знаю.
– Вы гуляете здесь почти каждый день, всегда берёте в кафе стаканчик с напитком, и у вас очень грустное лицо, но при этом – красивая улыбка, когда вы смотрите на сына. Коляска голубая,– пояснил он, когда моё лицо удивлённо вытянулось,– Я наблюдал за вами весь этот месяц и всё не решался подойти. Спасибо перчатке,– он широко разводит руками в стороны и открыто улыбается.
– Кино в четверг,– протянула я,– Хорошо. Я согласна.
Обменявшись телефонами, мы попрощались почти у моего дома. Максим шагал рядом и рассказывал о своём милом хобби – мопсы. Да, он разводил мопсов. Показывал фотографии щенков и своих собак, а я только улыбалась – забавно. У меня никаких увлечений, кроме фотографии не было, поэтому я просто слушала.
В четверг встретил меня у подъезда, держа в руках большой букет красных роз. Пришлось быстро вернуться обратно и поставить их в вазу, проигнорировав любопытный взгляд матери, которая сидела с Витюшкой.
До центра города добрались на такси – машину, как пояснил Максим, поставить всё равно негде. В кино сходили, попкорн поели, выпили по бокалу вина в итальянском ресторане на первом этаже кинотеатра. Идеальное свидание – не приставал, не отпускал пошлых и сальных шуточек, если бы не одно «Но»…
Мыслями я была в другом месте.
Ладно, буду откровенной – мыслями была с другим мужчиной.
Дело в том, что Расмус держал слово – не настаивал. Проводил свободное время с Витькой, оставался с ним, если мне нужно было работать – к концу осени для фотосессий стала снимать студию, но все наши отношения сводились к: «Привет, как дела?» и всё.
Пока на большом экране мелькали кадры какой–то комедии, даже название не запомнила, я думала о том, можно ли что–то изменить? Можно ли как–то подтолкнуть его к действиям и вообще – нужно ли мне это? Нужно ли это ему?
Тот поцелуй на кухне никак не выходил из головы. Точнее не сам поцелуй, а те ощущения, которые я испытала – трепет, волнение, тяжесть в груди и лёгкость в голове. Они казались такими правильными, и меня разрывало на части от противоречий. В конце концов, в одну и ту же реку дважды не войдёшь, ведь так? Но рискнуть так приятно…
Вечер закончился, я ехала в такси домой, чувствуя незнакомый парфюм. Приятный запах, но мне оказалось привычнее, когда от мужчины пахнёт им – чистым телом и чем–то терпким, мужественным, а не какой–то химией.
– Остановите у этого дома,– попросила таксиста, поймав озадаченный взгляд Максима.
Да, до моего ещё две девятиэтажки, однако…
– Спасибо тебе за вечер,– сказала я,– Всё было замечательно.
– Но?– он понимающе улыбнулся и остановил мою руку, когда я полезла в кошелёк за деньгами.
– Но,– тихо ответила я, открывая дверь.
У подъезда два раза отворачивалась, порываясь уйти. Потом вытащила мобильный и набрала его номер, стуча каблуком по асфальту – нервы совсем ни к чёрту.
– Алло.
– Какой у тебя номер квартиры?– прохрипела в трубку и зажмурилась.
– Пятьдесят первый.
Нажав нужные цифры, я услышала домофонные трели на том конце провода и сказала:
– Открывай.
Дверь запищала и поддалась моей руке. Войдя в подъезд, я снова развернулась, съедаемая страхом, но услышала, как на верхнем этаже открылась дверь.
– Агата?– голос Расмуса прокатился по подъезду, пробежал по коже и волосам, отразившись от стен.
Неловко переступила с ноги на ногу и начала подниматься, игнорируя лифт. На четвёртом этаже застыла за углом, а потом шагнула дальше и вошла в квартиру, пряча взгляд на носках своих туфель.
– С кем Витька?– осторожно спросил Расмус.
– С мамой.
– А ты откуда?
– Со свидания,– сказала и посмотрела на него, тут же снова опустив глаза.
Он замолчал и сжал ладони в кулаки – хрустнули костяшки. Молчал недолго, а затем тихим голосом произнёс:
– И как прошло?
Я пожала плечами, не зная, что ответить. Прикрыла глаза на секунду и шагнула к нему навстречу. Ещё один раз. И ещё, пока не подошла вплотную. Почувствовав его дыхание на своём лице, я медленно выпрямила плечи и заглянула ему в глаза.
– Агата,– предостерегающе шепнул он, чуть хмурясь,– Что ты делае..
Я не дала ему договорить, прижавшись губами к его губам. Руками вцепилась в его плечи, чтобы не упасть, не сорваться в пропасть, если оттолкнёт.
Но он не оттолкнул. Напротив, прижал к себе и жадно поцеловал в ответ, чуть прикусив зубами. Сквозь слои своей одежды я чувствовала, как он дрожит, как перекатываются мышцы на его груди и руках.
И снова я растворилась, как тогда, в самый первый раз. Он сжимал меня в объятиях, неловко стаскивая с меня шерстяное пальто. Толкнул в сторону, развернул лицом к стене и обхватил затылок ладонью, запутываясь пальцами в волосах. Я почувствовала, как дрожат колени, когда он поднимал мою юбку вверх.