Отсюда изначально невысокое значение собственно идеологической борьбы в постсоветской Беларуси. Промышленному комплексу Беларуси в принципе не очень важно, под какими лозунгами будут обеспечены его интересы. Идеология в данной ситуации была вторична, и стабильность власти вполне могла и может опираться в Беларуси на не слишком идеологизированную власть. Достаточно одного рационально понятого и рационально одобренного социальными группами, связанными с крупным производством, политического курса республиканского руководства, чтобы власть была устойчивой и стабильной.
Белорусская власть не нуждалась в "приводном ремне" сильной политической партии для того, чтобы иметь прочную поддержку на местах. Достаточно было набора административных мер, осуществляемых властью и понятных массам городского населения, близкого к крупным заводам, доверия к способности власти последовательно эти меры осуществлять.
Именно поэтому Александр Лукашенко выиграл выборы – его программа была не политической, а куда более "хозяйственной".
Белоруссия экстраполировала на всё государство ту систему власти, которая существует на крупном заводе в момент его кризиса. И эта система власти оказалась устойчивой: в РБ невозможно выдвинуть никакую политику, противостоящую интересам крупного производства.
"Беларусь – это прежде всего собравшийся в кулак крупный промышленный комплекс, который сумел сплотиться с органами республиканской власти в единый иерархически выстроенный организм, вокруг которого мобилизовалось все общество".
Показательно, что преобразования в Белоруссии не ограничились только крупной промышленностью.
Так, для белорусского сельского хозяйства была изначально характерна высокая степень индустриализации и концентрации производства. Особенно в западных полуаграрных Гродненской и Брестской областях. В сельское хозяйство этих областей были осуществлены очень масштабные инвестиции. Среди инвестиционных проектов особенно важное значение имели крупные животноводческие комплексы. В обеих западно-белорусских областях незадолго до распада СССР были построены 16 животноводческих комплексов, рассчитанных более чем на 50 тыс. голов скота каждый. Самый крупный из этих комплексов – Беловежский в Каменецком районе Брестской области – имел свыше 100 тыс. голов и был одним из самых крупных в СССР и Европе.
Каждый крупный животноводческий комплекс был вписан в экономику местности. Окрестные колхозы в значительной степени стали специализироваться на обслуживании потребностей "своего комплекса": выращивании кормов. По сути, крупные животноводческие комплексы стали превращаться в аналоги восточно-белорусских градообразующих экспортных промышленных предприятий, полностью изменяя под свои потребности структуру и характер сельскохозяйственного производства в Западной Беларуси. Появление крупных животноводческих комплексов влекло за собою резкий рост производства и экспорта мяса, повышение уровня и качества жизни сельского населения. При каждом комплексе возник свой городок для обслуживающего персонала, к комплексу подводились современные дороги и иные коммуникации от окружающих колхозов и к близлежащим транспортным узлам. Условия работы занятых в обслуживании комплекса работников напоминали работу на промышленном производстве, а не сезонную работу в обычном колхозе.
Внутренняя технологическая культура в западно-белорусских колхозах стала сложной, получаемые в результате доходы крестьян, условия труда и качество жизни крестьян были столь высоки, что образовался обширный слой сельского населения и местных органов власти, ориентированный именно на крупное сельскохозяйственное производство. Эта часть населения доминировала на селе и в целом противилась демонтажу колхозов и переходу к фермерскому хозяйству. Фермерское хозяйство в той форме, в которой оно пропагандировалось, могло повлечь за собою распад технологической культуры высококонцентрированных крупных и доходных сельскохозяйственных производств.
Обратите внимание: вся экономика Белоруссии направлена на государственное планирование в стратегических областях, укрупнение производства, сохранение как промышленности, так и сельского хозяйства.
Результат нагляден – качество и промышленной продукции, и сельскохозяйственной повышается, при этом сохраняя относительно низкую себестоимость.
Именно так надо проводить реформы, а не раздавать народные богатства олигархам и проч.
Продолжаем (точнее, заканчиваем) разговор о Белоруссии. Для завершения картины осталось разобрать внешнеполитические отношения Республики Беларусь. Начнем, пожалуй, с бесед с Лукашенко.
Интервью с Прохановым
В начале июня 2009 года редактор газеты "Завтра" А.А. Проханов был приглашён Президентом Беларуси Александром Григорьевичем Лукашенко в Минск. Состоялась весьма интересная беседа, с фрагментами из которой мы сейчас ознакомимся (цитирую слова Лукашенко).
"Нам говорят: "белорусская продукция слишком дешева, вы сбиваете нам цены на внутреннем рынке". Я спросил Путина: "Вы что, перекормили русский народ дешёвым белорусским молоком и мясом? Ваши люди, которые считают копейки, они ведь стремятся купить наши дешёвые продукты. Делайте свои продукты дешевыми". А нам отвечают: "Нет, дешёвых продуктов из Беларуси нам не надо. Вы своим демпингом обвалите наш рынок". Но почему российские сельхозпродукты дороги? Да потому, что на них взвинчивают цены ваши посредники, ваши сельскохозяйственные олигархи. Именно им невыгодны дешёвые белорусские продукты. Почему российские чиновники не устранят посредников между крестьянским хозяйством и магазином? Да потому что там у вас гуляют большие деньги, и чиновники знают запах этих денег. Почему не вернуться к опыту Советского Союза? Мы тогда своим продовольствием поддерживали Москву и Ленинград, и все западные области России. Нет, не хотят вернуться. Потому что нет откатов. У нас не может быть откатов, у нас государственная форма собственности. А у вас откаты. И цены на продукты запредельные. И завозите половину продовольствия из-за рубежа. Почему же не хотите купить у нас качественное и дешёвое? Мы проводим в Москве ярмарки и под них стараемся вывезти огромное количество товаров. Два часа торговли – и москвичи всё сметают. Потому что без посредников, дешёвое и высшего качества. Таким образом, из-за постоянных препятствий мы снизили товарооборот с Россией с 85 % до 47 %. Эту разницу мы перебросили в другие страны не потому, что хотели, а потому что Российская Федерация вытеснила нас со своего рынка".
Добавить к словам Батьки, собственно, и нечего. Я лишь отмечу показательную разницу: капитализм (РФ) заботится у прибыли у незначительной части населения; социализм (РБ) заботится обо всем своем народе и готов помогать другим – предоставляя товары по более низкой относительно рыночной цене.
Помните знаменитую либеральную страшилку о дефиците в Советском Союзе? Когда товары дёшевы и быстро кончаются, не хватает их на всех желающих? Какой ужас с точки зрения свободного рынка!
Мол, товары не продают, а "выкидывают" – настолько быстро разбирают.
На самом же деле всё просто: предположим, "выкинули" что-то – скажем, раков – по три рубля. Или по пять, но больших. Набежало много любителей раков к пиву – прилавок пуст, продавщица скучает, журналисты пишут фельетоны. А когда ещё раков "выкинут"…
При благословенном рынке всё не так. Там раки всегда есть! Если разметают маленьких по три и больших по пять – значит, маленькие будут по пять, а большие – по семь с полтиной. Всё равно разбирают? Ладно, маленькие – по тридцать, а большие – по 49.99. Лежат? То-то же! И никакого дефицита!
Ну а поскольку лежать им при таком раскладе до-о-олго, то они уже будут со свежестью, заявляемой как идентичная натуральной, и напичканы консервантами – поскольку лежат степенно на витрине.
"Я всегда говорил, Александр Андреевич, что при мне Беларусь не войдет в состав России на правах региона. Помните, когда Болгария просилась в состав Советского Союза? Брежнев сказал: "Зачем? Нам нужен лишний голос в ООН". Болгария и так была одной из республик Союза, так были выстроены отношения. Американцы финансируют Израиль, выдавая столько кредитов, сколько те могут переварить, а потом их списывают. И полностью содержат оборону Израиля. Давайте не буквально, но концептуально воспользуемся их опытом. Ведь мы же для вас больше, чем Израиль для Америки. Мы – часть вашей обороны, часть вашей безопасности. Вы, Александр Андреевич, недавно говорили, что России нельзя сокращать свои ядерные силы. Вы обвиняли либералов в подыгрывании Америке. Вы имеете право так говорить, кто-то ведь должен это сказать. Но Беларусь в обороне России играет не меньшую роль. Это коридор в натовскую Европу. Это балкон в пространство НАТО. Операция "Багратион" начиналась с этого выступа. И теперь он столь же важен в стратегическом отношении. Мы содержим здесь группировку, разведку, ПВО, систему слежения, заслоняя вас. Вы считаете, что мы должны делать это бесплатно?"
Замечу по поводу бесплатности – Лукашенко вовсе не требует плату на содержание белорусской армии. Просто некогда был запрос на закупку оружия по внутренним ценам – но эРэФия гордо ответила, что нет, только по рыночным. Это уже что-то из серии "выколю себе глаз, пусть у моей тещи зять кривой будет", а не союзнические отношения…
Передаю слово Лукашенко:
"Представляете, если бы мы взяли курс на "европейскую безопасность", на сотрудничество с НАТО. Под Смоленском стояли бы американские ракеты, были развернуты натовские группировки. Но я сказал: "Через Беларусь танки никогда спокойно не ходили к Москве, их били гранатами и пушками белорусы"… Вопрос безопасности – это вопрос жизни России. Всё остальное второстепенно. Если Россия не обеспечит свою безопасность, её не будет".
Действительно, подумайте, чем закончится для РФ разрыв союза с Белоруссией.
Придется выстраивать воинскую группировку под Смоленском и на границе с Украиной, начнется региональная гонка вооружений с Украиной и НАТО, российская торговля на Балтике резко осложнится, в регионе Каспия возникнет второй "европейский" фронт…