К концу 1980-х годов советский ВБК достиг принципиальных результатов в создании важнейших видов биологического оружия.
В военно-биологических центрах СССР были созданы эффективные боевые штаммы наиболее опасных патогенных бактерий и вирусов. Эти боевые штаммы обеспечивали полную смертность людей, даже в случае применения всего арсенала противобактериологической защиты. В частности, этим возбудителям была привита стойкость по отношению к общеупотребительным антибиотикам. Были разработаны также хорошо хранимые рецептуры и боеприпасы для их применения против войск и населения «вероятного противника» — времена возни с запасами насекомых и крыс отошли в прошлое. Были проверены варианты комбинированного биологического оружия (вирусы и бактерии, различные штаммы одного возбудителя и пр.) и отобраны наиболее эффективные комбинации.
Были выполнены необходимые исследования еще в одном направлении — в секретной части науки об аэрозолях (ее признанный центр — Новосибирск), то есть науки о способах создания и управления аэрозолями (дымами, туманами). Они закончились созданием эффективных аэрозольных генераторов, приспособленных для установки в различных боеприпасах — боеголовках ракет, авиабомбах и т. д.
Нашим националистам, наверное, будет особенно интересно знать, что не были забыты и их розовые мечты: работники самой гуманной профессии проработали самые различные виды избирательности советского биологического оружия — по полу, возрасту, расе и иным антропологическим признакам живой силы «вероятного противника».
Безусловное советское лидерство в подготовке к наступательной биологической войне США проспали — таким вот стал необъявленный асимметричный ответ Страны Советов на прекращение в США в 1969 году выпуска биологического и химического оружия. На этом фоне высшей формой бесстыдства выглядит заявление генерала С.В.Петрова, что якобы «на паритет с американцами мы вышли к середине восьмидесятых»(207). Повторяем — речь может идти не о паритете, а об очевидном военно-биологическом превосходстве СССР над США. А также военно-химическом.
Реальная жизнь причудлива. И реальная судьба разных видов биологического оружия складывалась по-разному.
2.4.1. Бактерии
Бактерии (сибирская язва, чума, туляремия и другие) легче других видов патогенов поддавались превращению в оружие. Хотя усилий потребовали немалых. Рассмотрим, далее, конкретные возбудители.
Чума нашла свое место в качестве оружия не сразу. Американцы отказались от применения чумы как оружия из-за быстрой утраты ею вирулентности, в результате чего аэрозоли, по их мнению, были по существу бесполезны. В отличие от США, Советский Союз подготовил чуму к активному использованию еще в 1940-х годах и всегда сохранял в сфере своего интереса — она может легко выращиваться в широком диапазоне температур и сред. Кроме того, удалось научиться применять чуму в виде аэрозоля без утраты «боевых» качеств. В Кирове сохранялись производственные мощности по выпуску 20 т возбудителей чумы в год (10). Производство и хранение оружия на основе бактерии чумы осуществлялись со времен войны вплоть до 1992 года.
Сибирская язва — предмет особого пристрастия советских военных биологов. Как уже говорилось, вопрос постановки оружия на основе сибирской язвы вставал еще на рубеже 1933–1934 годов (103). На рубеже 1970–1980 годов существовало три производства оружия на основе сибирской язвы — это был уже более эффективный штамм, созданный в 1950-х годах «совместно» с крысами г. Кирова. Выпуск оружия в подземелье Свердловска-19 шел непрерывно, и именно он закончился трагически для города в 1979 году (8,10). Ну а производства в Пензе (завод «Биосинтез») и в Кургане («Синтез») существовали в «спящем» режиме — их мобилизационные мощности были в состоянии постоянной готовности. Перенос обязанностей по выпуску спор сибирской язвы из Свердловска в Степногорск, осуществленный в течение нескольких лет после выхода в 1981 году соответствующего постановления ЦК КПСС и СМ СССР, не изменил общего числа заводов (10).
Как уже говорилось, последняя — наиболее эффективная — рецептура сибирской язвы была испытана в 1987 году. По состоянию на 1987 год общая мощность производственных линий по сибирской язве составляла: на заводе в Пензе — 500 т в год, на заводе в Кургане — 1000 т в год, на заводе в Степногорске можно было выпускать до 2 т сибироязвенной рецептуры в день. Необходимый посевной материал был запасен в охлаждаемых хранилищах. Реакторы для выращивания больших количеств спор посредством ферментации находились в боевой готовности (10). Техническая документация тоже покоилась в соответствующих хранилищах.
Штамм сибирской язвы, который был поставлен в 1989 году на поток на заводе в Степногорске, имел фантастическую боевую эффективность — в 3 раза более высокую, чем стандартный боевой штамм 836. Каждый реактор мог выращивать от 20 до 60 т биомассы. На выходе с завода получалась янтарно-серая тончайшая пудра, которая разлетается в виде невидимых частиц, способных дрейфовать по воздуху в поисках «вероятного противника» многие километры без выпадения на землю (10,160). Этот штамм обеспечивал преодоление последствий сплошных прививок войск и населения известными вакцинами от сибирской язвы, а также преодоление иммунной системы людей (8). Последовавшая после распада СССР утрата завода в Степногорске мало что изменила. В Пензе и Кургане цеха по выпуску сухих форм сибирской язвы оставались в XX веке в мобилизационной готовности.
Известно, что, в отличие от чумы, легочной формы сибирской язвы и сапа, смертность людей от туляремии не доходила до 100 %. И штамм туляремии с эим недостатком прошел боевое крещение в 1942 году на полях сражений Отечественной войны. Впоследствии этот «недостаток» был исправлен, и штаммы всех облюбованных нашими военными возбудителей уже обеспечивали полную смертность. А чтобы «вероятный противник» не уповал на будущее лечение, этим штаммам генетически была привита стойкость к антибиотикам. Оружие на основе такой безотказной туляремии было испытано на острове Возрождения в 1982–1983 годах. На заводе в Омутнинске был налажен выпуск боевых рецептур (10). Запасы хранились здесь же, на территории Кировской области, скорее всего в Стрижах.
2.4.2. Вирусы
Как уже говорилось, по сравнению с бактериями патогенывирусной природымного труднее поддаются использованию в виде оружия.
Производство биологического оружия на основе вируса натуральной оспы было организовано в Загорске-6. В подземной части в мобилизационной готовности находились мощные производственные линии по выпуску боеприпасов. Стандартный советский запас «оружейной натуральной оспы» в Загорске-6 составлял 20 т. Производственная линия в корпусе 15, построенном в институте в Кольцово в 1990 году, была способна производить от 80 до 100 т вируса оспы в год (10). Знающие люди уверяют, что были даже проведены работы по преодолению защиты против оспы, в отношении которой ВОЗ сообщила миру об ее ликвидации на всем земном шаре.
В Степногорске зимой 1989–1990 годов была изучена боевая эффективность нового оружия на основе вируса геморрагической лихорадки Марбурга, созданного в институте в Кольцово. В начале 1990-х годов в Загорске было закончено создание вирусного оружия — на основе оспы обезьян, а также вирусов геморрагической лихорадки Ласса и лихорадки Эбола (10). Эти виды оружия были особенно привлекательны для наших военных. Среди способов распространения лихорадки Ласса значатся не только воздушно-капельный и контактный (от человека к человеку), но и пищевой. Способы использования оружия на основе лихорадки Ласса и Эбола — распыление рецептуры в воздухе (76).
2.4.3. Индустрия биологической войны
Все эти опасные возбудители не только были поставлены на вооружение армии. Был организован их массовый промышленный выпуск. О боевых возможностях советской промышленности дает представление нижеследующая таблица, подготовленная на основе данных книги (14). В ее основе лежит, естественно, информация советского происхождения (10).
К этой таблице есть, однако, и комментарии.
Выше уже упоминалось, что за достижения в создании биологического оружия на основе Ку-лихорадки генерал Н.Н.Ураков получил награду (10). А вот промышленный выпуск оказался той команде не по зубам.
То же можно сказать, по-видимому, и о токсинном оружии. Хотя институт Загорск-6 и лично генерал А.А.Воробьев пытались организовать промышленный выпуск токсинного оружия, однако тамошние военные биологи скорее всего с этим не справились. Это не помешало, впрочем, рассматривать этот вид оружия в качестве террористического. В последнем случае террористом могло быть только государство, причем не только советское, если учесть, что ампулы с токсином ботулизма были обнаружены во время первой чеченской кампании в 1994–1995 годах.
Впрочем, будем справедливыми, мир от неуспеха этих генералов лишь выиграл.
Биологическое оружие — не огурцы, засаливать впрок не было необходимости. Достаточно было приказа, чтобы заработал конвейер по наполнению боеприпасов сухими формами патогенных возбудителей самых чудовищных видов, в том числе не известных. Боеприпасы, в том числе кассетные, тоже были наготове. Научная и техническая документация, которая необходима для возобновления производства биологического оружия, была заложена на длительное ожидание в специальные защищенные хранилища.
Такие патогенные бактерии, как сибирская язва и чума, были подготовлены к размещению в стратегических ракетах с 10 разделяющимися головными частями, каждая из которых имеет свою цель (10). Системы охлаждения сохраняют возбудитель живым при входе в земную атмосферу. На определенной высоте из каждой боеголовки вырывается дождь кассетных элементов. В свою очередь эти элементы разлетаются на какое-то расстояние и раскрываются, выпуская облако биологических частиц (160).
2.4.4. Средства и способы нападения
В отношении техники применения ограничимся парой примеров.
Для эффективных и хорошо хранимых рецептур биологического оружия, созданных в военно-биологических центрах, были разработаны подходящие боеприпасы. Поэтому так или иначе все эти работы заканчивались в Свердловске.
Выше уже говорилось, что в НИИ особо чистых биопрепаратов (С.-Петербург) был выполнен расчет эффективности применения боевых аэрозолей с борта крылатых ракет. Речь шла о емкостях, в которых боевые смеси должны были сбрасываться над целью (10). Один из способов донесения рецептуры до цели — применение крылатых ракет Х-22 (AS-4 Kitchen). Они запускались на дальние расстояния со стратегических бомбардировщиков ТУ-22М. Старт работам над ракетой Х-22 задало постановление ЦК КПСС и СМ СССР № 426–201 от 17 июня 1958 года. Ракеты разрабатывались в двух вариантах — против точечных целей, а также для более близкой сердцу «биологов» и «химиков» стрельбы по площадям. Дальность стрельбы по площадям зависит от скорости и высоты самолета-носителя и могла составить 400–550 км, вес головной (боевой) части — 1000 кг. Длина ракеты Х-22 — 12 м, максимальный диаметр — 0,84 м, крыло стреловидное, размах крыла — 3,0 м. Крылатые ракеты предназначались для ударов по наземным целям без захода в зону поражения сил ПВО противника. Изготовитель всех модификаций ракет — ОКБ «Радуга». Во второй половине 1970-х годов ракетами Х-22 стали оснащать сверхзвуковые самолеты Ту-22М2 и Ту-22М3, которые могли нести по три ракеты. Модификации ракет, которые были предназначены для стрельбы по площадям, принимались на вооружение в 1971–1976 годах (208).
Второй пример относится к более поздней эпохе. Зимой 1988–1989 годов в Оперативном управлении Генштаба в практическом плане рассматривался способ применения боевой рецептуры сибирской язвы в боеголовках стратегических ракет Р-36М (SS-18, Satan; вес головной части 8800 кг) в связи с только что принятым решение оснастить эти мощные ракеты средствами биологического нападения (10). В ту зиму как раз началась замена ракет Р36МУТТХ, находившихся на боевом дежурстве в Домбаровском (Оренбургская область), на более новые Р36М2. Они имели дальность 11000 км и были оснащены 10 разделяющимися головными частями типа 15Ф173 (по 550–750 кг «полезного» груза в каждой). Потом эти ракеты встали на боевое дежурство также в еще трех дивизиях РВСН — в Алейске (Алтайский край), Карталы (Челябинская область) и в Ужуре (Красноярский край) (208).
Данные о кассетных авиабомбах в снаряжении биологическими рецептурами в прессу пока не попали. Поэтому укажем 3 типа кассетных авиабомб с родственным — химическим — наполнением, чей выпуск был налажен в период «перестройки». Это партия кассетных авиационных бомб БКФ-П, выпущенных в 1983–1987 годах: в каждой бомбе помещено 12 кассетных элементов с ОВ, всего же в бомбе залито 5,76 кг ОВ. Партия бомб БКФ-КС была выпущена в 1986–1987 году: в каждой залито 2,16 кг ОВ. А еще в 1987 году была произведена партия разовых бомбовых кассет РБК-500, в каждой из которых 54 кассетных элемента с ОВ (всего в бомбе 23,5 кг ОВ).
В Советском Союзе были сделаны принципиальные шаги в изменении способов применения патогенов.
Ход и исход тяжкой эпидемии 1979 года в Свердловске показал, что новые виды биологического оружия могли быть только комбинированными. И это не только западные теории, о чем пишется в общедоступном учебнике (76). По прошествии многих лет приходится признать, что беду в Свердловске вызвал не обычный штамм сибирской язвы, будто бы вышедший из-под контроля военных. Речь — о неизвестном наступательном биологическом оружии, которое в основном уничтожает людей по половому признаку — мужчин зрелого возраста. Адрес очевиден — армии, состоящие из профессионалов-мужчин. После Вьетнама так строилась армия США.
Комбинирование могло быть и механическим, и генетическим.
Например, речь могла идти о боевой рецептуре, в которой механически были соединены разные возбудители. Во всяком случае легочная форма сибирской язвы, о которой обычно идет речь при упоминании о трагедии в Свердловске-19 (кожную форму сибирской язвы, происходящей от мяса дохлой коровы, оставим на совести генералов П.Н.Бургасова и В.И.Евстигнеева — пусть себе развлекаются этими байками дальше), могла быть лишь одним из компонентов этого оружия Причем в боеприпасе мог оказаться не один штамм сибирской язвы, а несколько (8).
Сама по себе идея одновременного использования в биологическом боеприпасе нескольких штаммов одного возбудителя, позволяющая резко осложнить проведение «вероятным противником» противоэпидемических мероприятий, к 1979 году была зафиксирована в качестве секретного изобретения (один из авторов — глава Биопрепарата» генерал Ю.Т.Калинин) (6). Идея та не пропала втуне — недавно одной из лабораторий США было доказано наличие одновременно нескольких штаммов сибирской язвы в образцах тканей людей, погибших во время эпидемии в Свердловске в 1979 году (68).
Другой возбудитель мог иметь иную природу — это мог быть вирус (Марбурга, Эбола, клещевого энцефалита и т. д.) или же риккетсия (Ку-лихорадки и пр.). Совместное действие на людей вирусов и бактерий в процессе биологической войны к тому времени уже было исследовано, составив предмет секретной докторской диссертации генерала Н.Н.Уракова (6). Что касается упомянутых вирусов, то их особенности в это время изучали в Загорске-6 и в Кольцове, а боевые свойства познавали на острове Возрождения на Аральском море во время ежегодных летних испытаний. Подготовка испытаний, таким образом, не могла обойти цеха по созданию биологических боеприпасов, существовавшие в Свердловске-19.
В подтверждение укажем, что именно из Кольцова поступила недоработанная антивирусная вакцина, которую, похоже, опробовали на жителях Свердловска в процессе эпидемии 1979 года (по официальной версии, это была эпидемия не вирусной, а бактериальной природы) (46). Во всяком случае сибиреязвенная вакцина, разработанная за много лет до 1979 года и безвредная для людей, до них не дошла.
Трудно отказаться от мысли, что могло быть реализовано также и генетическое комбинирование. В основе могла быть бактерия легочной формы сибирской язвы, у которой была модифицирована наследственная молекула ДНК, например, путем вшивания в нее новых патогенных звеньев. Во всяком случае уже известно, что хотя по морфологическим признакам свердловский патоген 1979 года диагностировали как сибирскую язву необычной формы (поверхность палочки была не гладкой, как в природе, а «дефектной»), в отношении его специфических проявлений, таких как рост, размножение, питание, у специалистов возникали многочисленные сомнения (45).
Такая вот получилась советская военно-биологическая империя. И продолжался этот ее карнавал вплоть до 1991–1992 годов.
А потом Советский Союз исчез с карты мира. А с ним советская власть.
И начали рушиться генеральские империи. Первой пошла на слом военно-биологическая. Потом дошел черед до военно-химической. А потом начали медленно скукоживаться и другие — военно-космическая, военно-ядерная… Далее везде.