Э г и с т. Что ты сказал?
О р е с т. Ты слышал: Орест мертв.
Э г и с т. Так. Ты уверен в этом?
О р е с т. Я сам закрыл ему глаза. Я сам зажигал костер под его телом.
Э г и с т. Так, значит, мертв. Убили?
О р е с т. Зачем же было убивать его? Он никогда и мухи не обидел. Он был моим близким другом и преданным товарищем.
Э г и с т. Так почему ты думаешь, что смерть его меня радует?
О р е с т. На моих руках умирая, он сказал: пойди к царю Эгисту и скажи, теперь уж нечего ему бояться.
Э г и с т. Так. Значит, он думал, я его боюсь.
О р е с т. И еще он сказал: не стоило Эгисту опасаться. Ведь девушки лучше украшают жизнь, чем царская корона, а погонять коней гораздо веселее, чем господствовать над людьми.
Э г и с т. Как он умер?
О р е с т. На ипподроме. Отрицать не буду — голова его всегда была мутна. Спать он ложился на рассвете, и не один, конечно. Он вожжи мог едва держать. Но в лошадях он разбирался лучше любого, он был царем на ипподроме. Только никак не мог он сделать выбор, что лучше — женщины, вино иль лошади.
Э г и с т. Как он ошибался, бедняга. Я давно уже его не опасался.
О р е с т. Однако эта мысль его тревожила.
Э г и с т. Меня бы тоже встревожило, если бы Эгист меня боялся. Ну, мальчик, ты достоин награды.
О р е с т. Смею надеяться.
Э г и с т. В самом деле?
О р е с т. К чему мне лукавить? Путь был долгий и пыльный, постоялые дворы скучны. Но была причина, что в путь меня отправила.
Э г и с т. Меня пленяет такая откровенность.
О р е с т. Говорят, тебе каждый может высказать всю правду.
Э г и с т. Раз говорят, должно быть, это правда.
О р е с т. Единственная просьба у меня — хотел бы я жить при твоем дворе.
Э г и с т. По-твоему, это скромная просьба. Только я не переношу чужестранцев около себя. Почему ты хочешь остаться в нашем городе?
О р е с т. Не пойми превратно: не богатство дворца меня притягивает и не твоя государская мудрость. Слух идет, что нигде нет женщин краше, чем у вас.
Э г и с т. Я в этом не разбираюсь. Ты хорошо сказал: Орест погиб, ибо не мог сделать выбора между женщинами и скачками. Я выбрал, и поэтому я царь.
О р е с т. А не спросить ли нам у воина, у этого. Солдаты обычно хорошо разбираются в двух вещах: в обращении с оружием и в женских бедрах.
Э г и с т. Боюсь, мои солдаты понимают только в женских бедрах. Ну, говори.
Н а ч а л ь н и к с т р а ж и. Могу тебя заверить, господин мой, осведомленность чужестранца полная. В твоих владениях все самое лучшее: подданные твои — самые верные, благоденствие — самое завидное, и горожане довольнее довольных. И женщины здешние, конечно, самые красивые на свете.
О р е с т. И, знаешь ли еще одно, чтоб до конца быть откровенным: мне лучше пока не возвращаться в родной город.
Э г и с т. Так. Что ты сделал?
О р е с т. Беда не в том, что сделал, а в том, пожалуй, чего не сделал. Видишь ли, некая красавица полагает, что я обязан повести ее к алтарю. А меня совсем не вдохновляет такая идея, боги свидетели.
Э г и с т. Значит, ты просишь предоставить тебе убежище от женщины?
О р е с т. Пусть будет так.
Э г и с т. Скажи, юноша, ты был когда-нибудь влюблен?
О р е с т. Я? Я постоянно влюблен. Ничего не могу поделать — такова натура. Увижу красивое плечо или стройную ножку — и уже влюблен.
Э г и с т. Я не об этом спрашиваю. Тебя завлекают в постель прекрасные бедра — это естественно. Но любовь — это другое, как говорят, противоестественное чувство. Ненормальность, отнимающая разум у человека.
О р е с т. Царь, любовь — это чудная услада, она оставляет прекрасный вкус на губах.
Э г и с т. Мне подозрительны влюбленные. От влюбленного всего можно ожидать. Он и шкурой своей готов рисковать и законы ни во что не ставит.
О р е с т. Невероятно.
Э г и с т. Я хочу, чтобы мои подданные были счастливы. Все, что смущает их покой, им вредит. Всякая перемена пагубна. Счастлив тот, кто, просыпаясь, точно знает, что ожидает его днем. И знает также, что через двадцать лет дни его будут точно такими же.
Х о р. Люди, запомните хорошенько: всякая перемена пагубна. Не забывайте это, если хотите быть счастливыми.
О р е с т. Царь, ты мудрый человек.
Э г и с т. Я мудрый правитель. Основа всему — порядок. Пусть люди знают, что́ можно им делать, а чего нельзя. Тогда они привыкнут и поймут: все, что им дозволено делать, — для них полезно, а все, что не дозволено, — вредит им.
Х о р. Еще один урок, внимайте все. Люди, что вам можно делать, то хорошо для вас, а чего нельзя — то плохо. Только не спутайте, иначе горе вам.
Э г и с т. Влюбленных не люблю. Влюбленные способны на все. Они способны даже порядок поставить под сомнение.
Н а ч а л ь н и к с т р а ж и. Господин мой, тебе нечего их опасаться. С тех пор как ты повелел запретить любовь, в нашем городе нет влюбленных. Недавно последних четвертовали.
О р е с т. Ты мудрый повелитель.
Э г и с т. Завтра приходи на Праздник Истины. Своими глазами увидишь, как довольны люди в моем царстве.
О р е с т. Я слышал об этом празднике, царь.
Э г и с т. Тем более тебе стоит посмотреть. Это в своем роде бесподобно. Прекрасное доказательство тому, как порядок делает людей счастливыми. Такими счастливыми, что нет у них сильнее желания, чем прославление порядка.
О р е с т. Действительно, бесподобно.
Э г и с т. Видишь, юноша, я настолько уверен в своей власти, что даже истины не опасаюсь. Моя власть — истина сама.
О р е с т. Ты уверен в себе или в своих подданных?
Э г и с т. Когда ты станешь старше, поймешь, что властитель уверен только в самом себе.
О р е с т. А я могу быть уверен в твоей милости, царь?
Э г и с т. Каждый, кто мне служит, может рассчитывать на мою милость.
О р е с т. Я могу остаться при твоем дворе?
Э г и с т. Я сказал, юноша, кто служит мне, может рассчитывать на мою милость.
О р е с т, Э г и с т, К л и т е м н е с т р а, Х о р, Н е м о й, н а ч а л ь н и к с т р а ж и.
К л и т е м н е с т р а. Добрый вечер, любовь моя. Я больше не могла без тебя — несколько часов уже тебя не видела.
Э г и с т. Ты ошибся, достойный стражник. Есть еще влюбленные в городе. Вот. Царица. Но ей простительно, она влюблена в меня.
О р е с т. Ты — Клитемнестра?
К л и т е м н е с т р а. Я Клитемнестра. Счастливая Клитемнестра, которая может любить Эгиста. А ты кто, юноша?
О р е с т. Я весть принес царю. И тебе также.
К л и т е м н е с т р а. Добрую весть?
О р е с т. Для Эгиста добрая. Хороша ли будет для тебя — не знаю.
К л и т е м н е с т р а. Что хорошо Эгисту, хорошо и мне.
О р е с т. Так знай же: сын твой умер.
К л и т е м н е с т р а. Кто умер?
О р е с т. Орест, царица.
К л и т е м н е с т р а. Орест, мой сын. Мой мальчик умер. Это неправда.
О р е с т. Это правда.
К л и т е м н е с т р а. Умер Орест. Это правда, любовь моя?
Э г и с т. Кажется, правда.
К л и т е м н е с т р а. Умер мой мальчик. Если ты подтверждаешь, — значит, это правда.
О р е с т. Прежде чем его оставила душа, он просил передать тебе последнее прости. Он прошептал: скажи моей матери, я всегда ее любил. Она оттолкнула меня от себя, изгнала на чужбину, но я никогда не забывал ее поцелуя. Так он сказал, бедняга, и умер.
Х о р. Я сейчас расплачусь.
К л и т е м н е с т р а. Я оттолкнула. Я изгнала на чужбину. Подлые друзья Агамемнона похитили его из дворца, чтобы я больше его не видела.
О р е с т. Орест рассказывал, его похитили потому, что опасались за его жизнь.
Э г и с т. Ты не представляешь, какая бывает сумятица, когда умирает царь. В такую пору легко головы летят.
К л и т е м н е с т р а. Бедный мой мальчик. Как быстро его настигла смерть.
О р е с т. Пятнадцать лет он все-таки еще прожил. Это не мало, как подумаю, что он мог бы лишиться головы четырех лет от роду.
К л и т е м н е с т р а. Прожил, но как? Я ведь знаю: по кабакам, за шлюхами таскался, в картежных притонах проигрывал деньги Агамемнона.
Э г и с т. Бог дал — бог и взял, с этим делом покончено. К чему голову ломать над тем, чего уж не изменишь.
Х о р. Один мудрец учил так: размышлять следует только над тем, чего изменить не дано. Конечно, может, он не мудрец был, а глупец.
Э г и с т. Не забудь, юноша, завтра мы ждем тебя на Празднике.
О р е с т. Я приду. Будь уверен.
О р е с т, Х о р, Н е м о й.
О р е с т. И это моя мать. Странно. Медведь в берлоге — и тот роднее, чем такая мать.
Немой молчит.
И я должен любить ее только потому, что она произвела меня на свет?
Немой молчит.
Одному богу ведомо, кто мне мать. Та, что родила меня, или мне ты мать, ты, воспитавший меня? Она, из плоти которой я вышел на свет, или же тот, кто выпестовал из меня Ореста?
Немой молчит.
Говорят, она помогала нашим друзьям, похитившим меня из дворца. Но говорят, она и глазом не моргнула бы, если бы Эгист отдал меня в руки палача.
Немой молчит.
Узнаю ли когда-нибудь правду? Да если и узнаю, что из того?
Немой молчит.
Да ладно, что мне до нее. Неинтересно. Сейчас мне нужно разделаться с мордастым тираном.
Немой молчит.
А я похож на нее? Безусловно. Когда я лгу, я всегда уподобляюсь тому, кому я лгу.
Немой молчит.
Никогда еще не было так тягостно. Как мне это опротивело! Черт его знает почему.
Насколько проще было бы бросить ему в лицо, кто я, чем притворяться. Ах, как легко тем, кто может высказать всю правду. Очень легко. Но я ведь ловко все это проделываю, не так ли?
Э л е к т р а, О р е с т, Х о р, Н е м о й.