Скорее всего, Мин не слышала его. Через секунду она горько добавила:
— Признания Хэнниш погубят Уордена. Даже если он победит Дракона, ему уже не оправдаться.
Голос Хэши снова стал тихим и неразборчивым. Наверное, он с радостью оборвал бы разговор и приступил к своей работе.
— Вероятно, этим и объясняется его ужасный риск на борту «Затишья».
Диос сел на хвост Фэснера? Морн не верила своим ушам. Она чувствовала себя маленькой и глупой девочкой. Уорден хотел уничтожить Дракона? Как много всего случилось! Сколько событий, о которых она ничего не знала! Хэнниш объявит Холта Фэснера преступником? О Боже! Кадзе атаковали Руководящий Совет и станцию полиции? Они были посланы Драконом? Хэши сказал, что верит в это. Но почему? Зачем?
Вектор оперся на консоль командного пульта. Морн не видела, как он подошел. Она не замечала его, пока генетик не прочистил горло. Глаза Шейхида сияли небесной синевой. На губах играла мягкая улыбка. Он тихо заметил:
— Возможно, сейчас наилучшее время для того, чтобы Совет услышал наши показания.
Он знал не больше Морн, но, похоже, неплохо улавливал ситуацию. А что, если он прав? И что, если Мин не ошибалась? Неужели Диос действительно решил избавить полицию от коррупции? Она не могла придумать другого объяснения. Конечно, Уорден обречен. Бросив вызов Дракону, он добровольно пошел на смерть. Он согласился стать заложником и подвергнуться риску мутации...
Диос приказал Койне Хэнниш выступить в Совете и выдвинуть обвинения против Фэснера. Затем он вывел себя из игры, чтобы Холт не смог остановить его и направить на совершение новых преступлений. Или уволить с должности главы полиции. Морн внутренне содрогнулась. Пропасть перед ней расширилась в обе стороны. Масштаб отваги и безумства в поступках Диоса ошеломил ее. Он не хуже Морн разбирался в тонкостях саморазрушения...
А вдруг у него ничего не получится? Что, если Фэснер не посылал этих кадзе? Что, если Хэши Лебуол и шеф Мэндиш не найдут необходимых доказательств? Что тогда? Тогда Дракон примет брошенный вызов и выиграет битву. И единственный человек во вселенной, способный противостоять ему, будет изгнан и предан позору. Если кто-то не вмешается... Если Морн не сделает того, что предложил ей Вектор.
Мин почти мгновенно восстановила душевное равновесие. Она была рождена, чтобы командовать, принимать решения и совершать поступки. Она была готова к любому кризису в жизни.
— Еще два вопроса, и я отпущу вас, Хэши, — сказала она в микрофон. — Этот сторожевик принимает данные сканерной сети?
Директор Бюро озадаченно хмыкнул.
— Конечно. Это же Земля, а не приграничный район. Сигналы транспортных буев доступны для приема. У нас пока не было причин для кодировки сетевой информации.
— Тогда отключите сканерную сеть, — велела Мин. — Пусть наши корабли пользуются собственными сенсорами.
— Они есть и у «Затишья», — возразил ей Хэши.
— Сделайте, как я сказала. Не будем помогать врагу.
— Вы правы, — согласился Хэши. — И ваш второй вопрос?
— Прикажите командному центру переключить на меня каналы связи с «Затишьем». И транслируйте мне все сообщения, приходящие из домашнего офиса Фэснера и с чрезвычайной сессии Совета. Информацию передавайте по узкому лучу. Исключите возможность прослушивания. Я свяжусь со станцией после того, как разберусь с небольшой проблемой, возникшей на нашем корабле.
Хэши явно торопился уйти.
— Удачи, директор Доннер. Ваши приказы будут исполнены.
Несмотря на спешку он добавил:
— Не завидую я вашей ответственности.
Лебуол отключил микрофон, и в динамиках остался лишь шум помех открытого космоса.
— Всего хорошего, Хэши, — прошептала Мин. — Я еще с тобой поговорю — если только мы доживем до такого счастливого момента.
Морн хотелось подражать ее поведению. Она ощущала бессловесную настойчивость Дэйвиса, понимание Вектора, прострацию Мики и безумие Сиро. Все они, как капитан Юбикви и его команда, заслуживали лучшего решения. Даже превращенный в киборга Энгус заслуживал того же самого — лучшего решения.
Она не верила, что Марк Вестабул позволит ей обратиться к Совету.
Крей отключила динамики, и тишина заполнила мостик. Все столпились вокруг командного пульта, ожидая решения Морн. Она не смотрела на лица людей. Ее взгляд был прикован к мигавшей метке на экране сканера — к маленькой точке, изображавшей корабль, на котором Уорден Диос встречался со своей судьбой.
— Я думаю, нам нужно спасти его, — произнесла Морн Хайленд.
Никто другой не мог бы сделать это.
Стивен ДональдсонПрыжок в катастрофу. Тот день, когда умерли все боги. Том 2
Койна
С возможной космической битвой над головой и политическими баталиями, ожидавшими ее впереди, Койна Хэнниш вошла в переполненное помещение, которое Эбрим Лен предложил использовать на время ремонта официального зала для заседаний.
В большом помещении, где обычно проводились брифинги и пресс-конференции, установили полуовальный стол. Информационные терминалы и оборудование глобальной видеосети перекодировали для нужд советников и их помощников. Двадцать один избранный представитель человечества, их секретари и консультанты склонились к экранам терминалов, с тревогой просматривая новости и сводки командного пункта полиции. Президент Лен, носившийся по залу, как напуганный заяц, суетливо рассаживал людей в соответствии с установленными нормами субординации и своими личными симпатиями. Койна решила, что он намеренно занялся этим, желая избежать особых просьб, эгоистических жалоб и попыток вмешаться в повестку дня чрезвычайного заседания.
Хотя, в общем-то, никто не обращал на него внимания. Все присутствовавшие находилась во власти
истерии, которая кипела и перекатывалась от стены к стене независимо от действий президента. Утробный ужас, как прогорклый пот, пропитал атмосферу помещения.
Койне поначалу показалось, что для нее не осталось места. Несмотря на ограниченный доступ, зал был буквально заполнен людьми. Затем она увидела три пустых кресла около помоста, на них во время интервью и конференций восседали советники. Места, отведенные почетным гостям, не имели терминалов, но Койна в них не нуждалась. Хэнниш сопровождали две помощницы, одна из которых контролировала ее личный канал связи, а вторая следила за новостями, поступавшими из командного пункта полиции Концерна. Помощник шефа Индж и его охранники могли постоять у стены.
К сожалению, три пустых кресла находились рядом с местами, занятыми группой первого исполнительного помощника Концерна рудных компаний Клитуса Фейна. Наверное, Эбрим Лен - не без участия Фейна - решил, что в минуты тяжелейшего кризиса полиция и Концерн должны были сплотиться друг с другом. Любимец Дракона тоже не нуждался в терминале. Его люди принесли с собой аппаратуру связи, шифраторы и транскодеры. Клитус держал в руке пульт, управлявший ларингофоном и наушниками. Очевидно, он получал сообщения от различных служб офиса Концерна рудных компаний и личные инструкции Фэснера - впрочем, Койна могла лишь догадываться об этом.
Ее еще трясло от последних новостей из Центра. Подумать только! Диос отправился на «Затишье»! Кроме того, перспектива оказаться рядом с Фейном вызывала у Хэнниш нервный зуд. Он был самым опасным ее оппонентом более худшим врагом, чем Максим Игенсард. Чтобы отсрочить момент неизбежной близости с ним, она остановилась в дверном проеме и осмотрела зал.
Желая увидеть хотя бы одно дружелюбное лицо, она попыталась найти капитана Вертигуса. Однако старшего советника от Объединенного западного блока еще не было. Его младшая коллега Карсин, напряженно тасовавшая пачку документов, сидела между советником от Рудной станции Вест Мартингейл и старшим советником от Восточного союза Сеном А6-дуллом. Все трое, в той или иной мере, являлись оппонентами Койны. В принципе, Сигард Карсин критиковала полицию на основании тех же причин, по которым Вертигус не доверял Холту Фэснеру. Вест Мартингейл настояла на назначении Игенсарда особым советником для проведения служебного расследования по делу Энгуса Термопайла. Ее рейтинг среди избирателей напрямую зависел от компрометации полиции Концерна. Фанатичный и тощий Сен Абдулл, с ястребиным профилем, острой бородкой и неизменной презрительной усмешкой на темном лице, вел личный крестовый поход против Уордена Диоса. Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что эта вражда объяснялась какими-то религиозными суждениями или предрассудками. Но, судя по слухам, ненависть Сена имела отношение к деньгам, а не к религии. Несколько лет назад его влиятельные избиратели потеряли огромные суммы, когда Диос помог Холту Фэснеру «захватить» контроль над «Копями Стрельца».
В конце концов Койна отыскала капитана Вертигуса. Она вначале не заметила его, поскольку тот сидел за Игенсардом. Максим, как всегда, разыгрывал из себя робкого чиновника. Его почтительная поза казалась такой неприметной, что не могла служить достаточным прикрытием. Однако Вертигус сполз в кресле до самых подлокотников. Его глаза были закрытыми, а нижняя челюсть безвольно отвисла. Похоже, он спал.
Койна уныло пожала плечами и продолжила осмотр помещения. Она лишь недавно вступила в должность, но успела изучить досье на каждого члена Совета. Панджат Силат, старший советник от Объединенных островов и полуостровов Азии, был, на ее взгляд, одним из немногих здравомыслящих людей, присутствовавших в зале. Он относился к панике своих коллег с вальяжной снисходительностью. Еще одним приятным исключением была Блейн Мэне - советник от «Примы Бетельгейзе». Судя по ее скандальной репутации, она ставила секс выше политики. Хотя согласно отчетам Хэши - более точным, чем мнение Годсена, - ее амурные грешки служили ловким прикрытием для незаурядного ума и четких целей. Тел Барниш, советник от «Вэлдор Индастриал», обычно не принимал участия в спорах о Концерне рудных компаний и полиции. Но теперь - после того как «Затишье» угрожало его станции - он должен был занять чью-либо сторону.