– Спасибо, Куп, – сказал Эдди, – я очень давно никого не убивал. Я думал даже с этим завязать, но ты все упрощаешь. Последний выстрел на дорожку. – Быстрый Эдди вытянул руку и прицелился Купу между глаз. Спустил курок.
Стоило Жизель сказать «твою мать» и сделать себя и Купа невидимыми, как Быстрый Эдди взорвался. Не пистолет взорвался. Сам Эдди. Это было очень громко. И очень грязно. И очень, очень неожиданно.
Куп и Жизель рухнули на диван, глядя, как ошметки Эдди падают с потолка и шлепаются на пол.
– Ты как? – спросил Куп.
– Нормально. А ты?
– Вроде цел. Ты видела того парня у дверей?
– Да.
– Кто он?
– Не знаю.
– Он не из Департамента?
– По-моему, нет, – сказала Жизель.
Куп протянул руку и задвинул пистолет Эдди – и, кажется, пару пальцев – под диван, подальше от растрепанного человека в грязных штанах и чистой куртке с эмблемой Калифорнийского университета.
– Рад, что я вовремя, – заметил растрепанный человек.
– Я тоже, – согласился Куп, – кто ты, мать твою? И что ты сделал с Эдди?
– Как его звали полностью? – спросил таинственный человек.
– Быстрый Эдди.
– Необычное имя. Я помолюсь за него потом, но сейчас у меня нет времени.
– Это еще почему? – спросила Жизель.
– Я должен поговорить с человеком рядом с тобой. Меня зовут Кассиил. А тебя?
– Барни Рабл. Что, ты говоришь, ты сделал с Эдди? Я не заметил ни пистолета, ничего.
– Я не пользуюсь оружием, Барни, – Кассиил покачал головой, – и я лишился большей части сил, так что я просто лишил его тела.
– Ты его взорвал.
Кассиил огляделся.
– Да, не очень аккуратно. Простите. Может быть, это компенсирует уборку? – Он наклонился и положил пригоршню золотых монет на чистое место у кофейного столика.
Куп и Жизель переглянулись.
– Замри, – сказал Куп, вынул у нее из волос что-то красное, сморщился и выкинул его.
– Что это было? – спросила Жизель.
– Не спрашивай.
Куп посмотрел на золото, потом на Кассиила:
– Оно настоящее?
– Конечно. Я уверен, что этого хватит, чтобы покрыть ущерб.
– Я бы предпочел чек.
– Мне кажется, этого вполне достаточно. – Кассиил сложил руки на груди.
Куп вдруг понял, что они с Жизель держатся за руки. Он отпустил ее и подобрал пару золотых. Протянул ей одну монету, повертел в руках другую.
– Ты о чем? Ты ворвался сюда, взорвал человека, а потом высыпал передо мной кучу золота. Это что, какое-то шоу?
Кассиил оглянулся и прикрыл дверь.
– Строго говоря, я никуда не врывался. Дверь была открыта. Когда я постучал, она распахнулась, и я увидел, что происходит.
– А зачем ты влез? – спросила Жизель. – Любой другой убежал бы.
– Да. Согласен. Просто я не любой, – сказал Кассиил. – Я ангел.
Куп вздохнул.
– Как бы тебе сказать… за последние пару дней я взял заказ у мертвеца, тусил с полтергейстом, вампирами, оборотнями, людьми со щупальцами, людьми с жабрами и побывал внутри субдерьмины. Я, наверное, не должен удивляться, если кто-то говорит, что он ангел, но ты знаешь, кто я?
Кассиил смел куски Эдди с кресла и протер его рукавом куртки. Подтащил кресло поближе к Купу и Жизель.
– Ты должен кое-что узнать, Барни.
– Меня зовут не Барни, а Куп.
– Ты солгал? Завидую. Ангелы не могут лгать. Если я бы мог, жизнь была бы намного проще.
– Я очень странно себя чувствую, Куп, – прошептала Жизель.
– И я. – Он посмотрел на Кассиила. – Погоди минутку. Ты ангел, который случайно забрел в квартиру.
– Я не забрел. Я же сказал, что дверь была открыта, так что…
– Я имею в виду, что ты просто проходил мимо и решил заглянуть?
– Нет, я тебя искал.
– Зачем?
– Шкатулка.
Куп и Жизель снова переглянулись.
– Куп прав, – сказала она, – мы видели много интересного в последнее время. Чем докажешь, что ты ангел?
Кассиил подумал секунду. Он уже забыл, с каким трудом современные смертные верят в то, что среди них могут оказаться небесные создания. Их воображение ограничивалось тем, что кошки – идеальные животные, внеземная жизнь существует, Джим Моррисон и Амелия Эрхарт до сих пор живы и что рептилоиды, живущие в центре земли, контролируют все мировые правительства. Из всего этого списка верен только один пункт, но попробуй объясни это смертным. Кассиил понимал, что бесполезно доказывать свою божественную природу в дешевых пластиковых тапках и старой куртке, медленно погружаясь при этом в кресло-мешок.
– Я только что взорвал человека, – сказал он, – это довольно хитрый фокус.
– Недостаточно, – Куп покачал головой.
– Ладно, – ответил Кассиил. Он встал и снял куртку, высвободив крылья. Спросил громоподобным голосом: – А это вам как?
– Отлично. Особенно голос. Пожалуйста, не делай так больше, – сказал Куп, – я не буду говорить, что купился на эту историю про ангела, но ты нас спас и поэтому мы тебя потерпим. Кстати, надень, пожалуйста, куртку. У тебя на крыльях куски Эдди.
Кассиил оглянулся и действительно увидел красные пятна на крыльях.
– У вас душа нет? – спросил он.
– Мы не могли бы поговорить в другом месте? – спросила Жизель, зажимая нос. – Тут воняет.
– Я могу удалить все останки, если хотите, – сказал Кассиил, – это поможет?
– Если ты можешь убрать Эдди, зачем ты дал нам денег на уборку? – спросил Куп.
Ангел пожал плечами:
– Смертные любят золото. А ты к тому же вор. Мне показалось, что это логично.
Куп поднял руки.
– Если ты можешь это исправить, шмыгни носом, или моргни, или как ты там колдуешь.
– Конечно. – Через секунду беспорядок исчез. Комната выглядела точно так же, как до появления Кассиила. Если не считать запаха. Слабый аромат «О-д’Эдди» все еще витал в воздухе. Куп встал и открыл окна.
– Как вам? – спросил Кассиил.
– Сойдет на время, – ответил Куп.
Жизель провела рукой по волосам и осталась довольна, не обнаружив там ничего… анатомического.
– Значит, шкатулка.
– Шкатулка, – сказал Кассиил, – шкатулка. Я ищу ее четыре тысячи лет. Я должен получить ее.
– А что ты с ней сделаешь? – спросил Куп.
Кассиил смутился:
– Нам обязательно это обсуждать? Вам может не понравиться ответ.
– Тогда, – сказала Жизель, – нам абсолютно необходимо знать, зачем тебе шкатулка.
– Как бы вам объяснить… В шкатулке хранится то, что вы назвали бы Апокалипсисом.
– Что это значит? – спросил Куп.
Кассиил оглянулся, поднял руку и с силой опустил ее.
– Ну, Апокалипсис. Армагеддон. Четыре всадника. Конец всему.
– Так, подожди. Департамент говорит, что это какая-то технобомба, – сказал Куп.
– А Вавилон – что в шкатулке удача, – добавила Жизель.
Куп посмотрел на Жизель, потом на Кассиила:
– Значит, у нас есть три версии насчет этой шкатулки. Должны ли мы знать что-то еще?
– К сожалению, да, – сказал Кассиил, – прямо здесь, в Лос-Анджелесе, есть две группы… вы бы назвали их сектами… которые верят, что шкатулка призовет их темных демонических божеств обратно в мир, чтобы уничтожить землю и поработить человечество.
– Вероятно, это объясняет присутствие сборища дебилов в здании Блэкмур. Видимо, они тоже искали шкатулку.
– То есть, если кто-то откроет шкатулку, мир погибнет? – спросила Жизель.
– Да.
– А зачем нам тогда помогать тебе ее достать? – спросил Куп. – Ведь ты же наверняка первым принес ее на землю, чтобы нас уничтожить.
– Да.
– А что случилось? Почему Земля цела? – спросила Жизель.
– Я потерял шкатулку. – Кассиил смотрел в пол.
– Повезло нам.
Кассиил поднял взгляд.
– А мне не повезло. Меня изгнали на Землю на много тысяч лет, и я не могу вернуться на небеса, пока не найду шкатулку и не уничтожу человечество.
Куп кивнул и наконец сказал:
– Ладно. Тогда давайте забьем на это.
– Что?
– Забудь. Спасибо за уничтожение Эдди, и все такое, но я повторю тебе то же самое, что и ему: иди в задницу.
Кассиил задумался.
– Я предлагаю тебе сделку. Если ты поможешь мне найти шкатулку, я не стану ее использовать. По крайней мере, прямо сейчас. Я подожду еще, скажем, лет сто. Я уверен, что смогу договориться на небесах. За сто лет человечество сможет исправиться, и Земля будет спасена.
– Знаешь, это, может быть, странно звучит… Я ненавижу почти всех людей на Земле, но почему-то не хочу, чтобы этот мир погиб. Даже через сто лет.
– Двести?
– Все равно не поможет.
– Почему?
– У меня нет шкатулки, – пояснил Куп, – она у Департамента, и мне ее никак не вернуть.
– Должен быть способ. Ты отличный вор. – Кассиил повернулся к Жизель: – Ты тоже, правда ведь? Наверняка вы вдвоем что-нибудь придумаете.
– Куп прав, – не согласилась Жизель, – даже если бы мы знали, где шкатулка, отбить ее у Департамента невозможно.
– Ты слышал, что дама говорит, – сказал Куп, – кстати, там она в безопасности. Они считают ее бомбой. Никто ее никогда не откроет.
– А если откроют? – спросил Кассиил.
Жизель положила руку на плечо Купа.
– Ну вообще-то они могли бы. Им страшно интересно, что внутри, и если они сочтут, что смогут обезвредить бомбу…
– Погоди-ка, – сказал Куп, – ты утверждаешь, что ты ангел. Что ты провел на Земле четыре тысячи лет. Ты взорвал человека и уничтожил потом то, что от него осталось. Почему ты тогда просто не перенесешься в Департамент и не заберешь оттуда шкатулку?
– Потому что я ангел, – ответил Кассиил, – я не могу красть.
– А почему ты пришел ко мне? – спросил Куп. – В Лос-Анджелесе миллион воров.
Кассиил встал и снова сказал голосом, от которого сотряслись стены:
– Потому что ты Избранный. Спаситель человечества.
– Правда, что ли? – спросил Куп.
Кассиил сел.
– Нет. Я пошутил. Прости. Я очень редко разговариваю с людьми.
– Никогда бы не подумал.
– Ты просто человек, но не первый встречный. Ты тот, кто на вечеринке толкнул другого, который толкнул третьего, который толкнул четвертого, который пролил выпивку на хозяина. Понимаешь? Ты часть цепной реакции, которая длится тысячи лет. К тому же ты единственный вор, которого я знаю. И ты кажешься довольно честным.