. Учёные создают впечатление полностью функциональных членов братства людей. Они могут трепаться, работать, самостоятельно одеваться и обладают, или кажутся обладающими, мыслительной способностью, столь же ясно и опьяняюще, как мы с тобой.
— То есть, Учёный — это Лакуна, который может заказать доставку пиццы. Не понимаю. Почему они такие особенные, что о них никто не знает?
— Первая, самая очевидная причина, это паника. Признание существования вида восставших, невидимых даже для адептов Саб Роза, имело бы неприятные последствия. История человечества усеяна трупами тех, кто был втянут в устроенные толпой панические бойни. Это особенно справедливо в том случае, если человек или люди воспринимаются широкими слоями населения как другие. Согласна, маленькая цыганочка?
— Точно.
— Это была очевидная причина. А другая?
— Сапиры особенные, потому что природа, Бог или какая-то другая сущность решили сделать их такими. Видишь ли, в любой конкретный момент времени в мире их ровно двадцать семь. Ни больше. Ни меньше. Если уничтожен один из них, где-то ещё появляется новый. Тогда на тех из нас, кто, выражаясь твоими словами, в теме, ложится бремя найти его. Это мало чем отличается от того, как буддийские монахи ищут каждое новое воплощение ламы после смерти старого.
— Это всё?
— Ты одна из тех тёмных душ, которых невозможно удовлетворить, да?
Он хочет вступить в полемику. Я лишь улыбаюсь и пожимаю плечами.
— Количество Сапиров, по всей видимости, неслучайно. Если сложить два и семь, получится девять. Девять — святое число. Три раза по три. Троица раз Троица. Я мог бы продолжить, но ты видишь закономерность.
— Что это значит?
— Понятия не имею. И никто не имеет. И это ещё одна причина, по которой существование Сапиров так тщательно держится в тайне. Мы понятия не имеем, как они вписываются в повседневную жизнь этого мира.
— Как знание всего этого поможет нам найти вчерашних Бродячих или того, кто ими управляет?
— Мы заботимся о Сапирах, стратегически рассаживая их по всему земному шару. Если одного из них уничтожают на Суматре, остальные будут оставаться в безопасности, пока мы прочёсываем земной шар в поисках его замены. Три ближайших Сапира находятся в Нью-Йорке и Мехико. Догадываетесь, где третий?
— В Лос-Анджелесе, — отвечает Бриджит.
— Белиссима. Уверяю вас, эти двадцать семь городов были выбраны не как попало. Каждый представляет собой магический перекрёсток. Каждый — место силы, а Лос-Анджелес явно активное.
— Думаешь, если мы найдём этого Учёного, он нам поможет?
— Если захочет.
— Как нам заставить его захотеть?
Кабал ухмыляется, как скверный мальчишка.
— Дайте ему то, что он хочет. Чего хотят все восставшие.
— Грёбаный шутник.
— Я не говорю тебе выпотрошить какую-нибудь несчастную душу. Ступай на скотобойню. Ступай к буше[379]. Они жаждут просто свежей плоти. Люди, конечно, более предпочтительная плата, но свинья довольно близка к человеческой плоти.
— Как нам найти этого Учёного? — спрашивает Бриджит.
— Позвоните по номеру на том клочке бумажки, что я вам дал.
— Ты сказал, что это номер Регины в Мумбаи.
— Я солгал.
— А где Регина?
— Ну, она определённо не прикована цепями в моём подвале. Это было бы неправильно с моей стороны. Тем не менее, Регина склонна вызывать желание запереть её где-нибудь глубоко в темноте с более чем излишним количеством пауков.
Я смотрю на Бриджит. Она качает головой. Я снова смотрю на Кабала.
— Если ты посылаешь нас в западню, это не сработает. А даже если и сработает, то, что я буду мёртв, вовсе не означает, что не смогу добраться до тебя.
— Я прекрасно осведомлён о твоей репутации, Сэндмен Слим. Телефонный номер настоящий, и не ведёт ни в какую известную мне ловушку. Ты скоро захочешь позвонить. Если кто и может указать тебе направление на истинный север, так это Джонни Сандерс[380].
— Певец?
— Нет. Зомби, тупица. Джонни Сандерс и есть ваш Учёный.
— Няньки Джонни всё объяснят. — Он устало машет на меня рукой.
Если Кабал лжёт, то заслуживает плюшевого мишку с верхней полки и приза тотализатора «Паблишерс Клиринг Хаус»[381]. Мне доводилось слышать наглую ложь мирового класса, да и самому несколько раз озвучивать, но этот парень способен сделать из говна конфетку.
А может, он открыл нам с Бриджит один из самых загадочных секретов в мире. Если он лжёт, это послужит весёлым предлогом вернуться и наделать дырок в замке Серого Черепа[382]. Но если говорит правду, это сильно облегчит жизнь.
— И ещё, — говорит Кабал. — Есть ещё кое-кто, с кем вы могли бы поболтать о восставших. Ренье Гействальд, сын Яна и Коралин. Он умный мальчик, хотя и настоящий негодник, и его мозги гораздо острее, чем он хочет показать. Однажды он станет важным человеком.
Кабал встаёт. На этот раз он не протягивает руку.
— Я мог бы сказать, что это было очаровательно, но сегодня уже выдал вам одну ложь. Я не вынес бы, если бы вы полностью утратили веру в меня. Вы знаете, где выход. Не стесняйтесь не задерживаться. Та-та.
Он поворачивается, и не оглядываясь скрывается за занавесом с колесом Солнца.
— Думаешь, он посылает нас к людям, которые попытаются нас убить? — спрашивает Бриджит.
— Даже не знаю. Что его больше повеселит? Сразу убить нас или посмотреть, как мы врезаемся в предметы и обдираем колени?
— И правда. Хочешь, чтобы я позвонила по этому номеру?
— Лучше я. Это мой город. Я должен первым входить в закрытые двери.
— Какое рыцарство.
— По-французски это значит «глупость», не так ли? Всё нормально. Если у нас будет время, я покажу тебе рыцарский поединок в чистом виде.
Мы выходим через Комнату и возвращаемся к её машине. На этот раз она не задаёт вопросов.
Когда мы снова оказываемся у дверей «Макс Оверлоуд», Бриджит наклоняется поцеловать меня, и на этот раз я, не стесняясь, целую её в ответ. Представление Кабала высосало из меня весь параноидальный мандраж. Иногда раздражение продолжает держать тебя, когда и выпивка, и страх, и надежда умерли, как Биг Боппер[383].
— Если хочешь, я могла бы ненадолго подняться к тебе, — говорит Бриджит.
— Я-то хочу, но тебе это не понравится. У меня есть сосед по комнате.
Она улыбается.
— Ему нравится подсматривать?
— Он был бы в восторге. Но в некотором роде он шпион, а это значит, что и Люцифер тоже будет подсматривать за нами.
— А мне-то что? У Люцифера в его кабинете в аду скорее всего есть мой календарь.
— Мне было бы неловко.
Как объяснить кому-то, кого ты хочешь трахнуть, что не можешь делать это на глазах у дьявола, потому что не хочешь, чтобы твой папочка следил за тобой?
— Ладно. Наверное, мне всё равно пора возвращаться. Но ты мне должен.
— Пока не забыл, моему соседу по комнате ты нравишься больше, чем пиво и сигареты. Не подпишешь это для него?
Я протягиваю ей DVD-диски. Она улыбается и достаёт ручку из бардачка.
— Для кого подписать?
— Для Олдоса.
— Какое милое старое имя.
— Я передам ему твои слова. Это возбудит его на неделю.
— Там есть кое-что для тебя под сиденьем.
Я протягиваю руку и ощупываю ковёр, пока не натыкаюсь на коробку. Вытаскиваю её и открываю. Внутри лежит сложенное металлическое оружие.
— Подарок на все времена.
Бриджит протягивает мне DVD-диски.
— Я собираюсь в ближайшее время вернуться в дом Спрингхила и осмотреть его. Хочешь со мной?
— Там есть спальня?
— Не видел, но ты можешь помочь мне поискать.
— Тогда рассчитывай на меня.
Она посылает мне воздушный поцелуй, выжимает сцепление и под визг резины выруливает обратно на Голливудский бульвар.
Когда я возвращаюсь, Касабян просматривает онлайн-каталоги видео. На другом мониторе идёт «Смерть скачет на коне»[384].
— Не забыл про сигареты?
— Мы не дошли до магазина. Стрельнул сигаретку у одного из парней на кассе.
— У кого именно?
— Понятия не имею. Они для меня все на одно лицо.
Я кладу DVD-диски ему на стол.
— И не говори, что я никогда тебе ничего не давал.
Он хватает их своими маленькими металлическими лапками.
— Чувак, ты мой чёртов герой.
— Вычёркиваю ещё один пункт из своего списка, что нужно успеть сделать в жизни.
Диски приводят Касабяна в хорошее настроение, и я пока не хочу его портить. Не буду торопиться сообщить ему, что Уэллс уволил меня, и что либо я начинаю грабить бензоколонки, либо мы открываем магазин в мусорном контейнере по соседству.
— Как прошло свидание?
— Это было не совсем свидание. Мы беседовали с парнем, который ныл так, словно его хором трахали динозавры. Сплошное представление, но он много практиковался. Не думаю, что я раньше встречал человека, который мог бы так уныло тянуть кота за яйца. Однажды я убил демона, говорившего подобным образом, просто чтобы он заткнулся.
— Когда Бриджит тебя бросит, может, ты не захочешь включать в свою персональную рекламу «убиваю людей, которые много умничают».
— С чего ты взял, что Бриджит собирается меня бросить?
Он наклоняет голову в мою сторону.
— Даже и не знаю. Она встречается с миллиардерами, а ты живёшь на чердаке над видеомагазином. Она хочет попасть в большое кино, а ты можешь предложить ей бесплатное пиво и тако. Ты чудовище, а она человек. Если хочешь увидеть остальные пятьсот причин, могу отправить тебе табличку на электронную почту.