— Мне нравятся горки и качели, — призналась Сьюзи, и Джудит согласно улыбнулась.
— Помню, как водила своих детей в парк, — сказала Бекс, — еще когда мы жили в Гринвиче. Сэм однажды забрался на вершину очень большого деревянного домика. Не знаю, как ему удалось туда залезть, но это было очень опасно.
— Я уверена, он смог спуститься, не поранившись, так ведь? Детям всегда море по колено.
— Он упал и сломал руку. Это был почти худший день в моей жизни.
— Ох, — выдохнула Сьюзи, пытаясь не рассмеяться, и Джудит тоже не смогла сдержать улыбку.
С любовником или без Бекс оставалась сама собой. Любой пустяк заставлял ее волноваться сверх меры, особенно когда дело касалось ее детей.
— Это не смешно. Почему вы смеетесь?
— Нет, конечно, не смешно. Простите, просто только вы можете увидеть в детской площадке смертельную ловушку.
— Но дети тут действительно могут пораниться, если за ними не присматривать.
Женщина средних лет в пуховике длиной до колена увидела Сьюзи и подошла к ним.
— Вы Сьюзи Гаррис? — спросила она. — Со станции «Марлоу ФМ»?
Сьюзи мгновенно будто стала на дюйм выше.
— Да, — ответила она.
— Я каждый день слушаю ваше шоу! Вы потрясающая ведущая! Можно взять у вас автограф?
— У меня? — спросила Сьюзи с впечатляющей скромностью, одновременно вынимая из кармана визитку и ручку. — Во мне нет ничего особенного, — продолжила она, размашисто расписалась на задней стороне визитки и передала ее женщине. — Все дело в слушателях. Именно вы — главные звезды нашей станции.
— Спасибо большое, — поблагодарила ее женщина и повернулась к Джудит и Бекс. — Ваша подруга очень знаменита, — сказала она так, словно в мире не было ничего важнее, затем развернулась и пошла прочь.
Когда она ушла, Джудит посмотрела на Сьюзи. Она видела, как много эта встреча значила для ее подруги. Та мгновенно распушила перышки, словно гордая курица-наседка.
— И часто к вам подходят поклонники? — спросила Бекс.
— Нет, — ответила Сьюзи, задрав нос от гордости. — Это был мой первый автограф.
По мнению Джудит, лесть от совершенно незнакомых людей едва ли служит лучшим способом повышения самооценки. Но Сьюзи всегда любила находиться в центре внимания. Даже во время их первой встречи Сьюзи разговаривала с журналистами с местного телевизионного канала, хотя Таника строго-настрого запретила ей это делать.
— Всем привет, — раздался голос сбоку, и, обернувшись, женщины увидели, что к ним присоединилась Таника. — Спасибо, что согласились встретиться со мной.
— Мы всегда рады помочь, — сказала Джудит. — Но ради чего такая скрытность?
— У меня забрали дело сэра Питера.
— Что? — одновременно воскликнули все три женщины.
— Ну, не совсем забрали. Меня понизили в должности.
Женщины пришли в ярость.
— Но вы идеально справляетесь со своей работой, — сказала Бекс.
— Мне очень приятно слышать вашу похвалу.
— Похвалу? — спросила Джудит. — Это абсолютная правда.
— Но все это время я было только и. о.
— И. о.?
— Исполняющим обязанности. Это значит, что, если бы старший инспектор Хоскинс захотел вернуться с больничного, он смог бы это сделать.
— И теперь, когда в городе произошло новое убийство, он внезапно вернулся на службу? Он не смог вынести того, что все лавры вновь достанутся вам?
— Стечение обстоятельств весьма… неудачное, — сказала Таника, не желая грубо говорить о своем начальнике. — Он думает, что сэр Питер погиб в результате несчастного случая, и это меня тревожит еще больше.
— Вот зараза!
Женщины растерянно посмотрели на Джудит. Что она сказала?
— Но вы согласны с тем, что это убийство? — спросила Бекс у Таники.
— Если честно, я почти с самого начала думала, что сэра Питера убили.
— Вы могли бы сказать нам, — пожурила женщину Джудит.
— Не могла. Особенно пока я была старшим инспектором. Но теперь, когда меня понизили, уже неважно, что я думаю. Дело все еще будет открыто, ведь Хоскинс слишком умен, чтобы сразу его закрыть, но никто не будет вести расследование всерьез.
— Мы должны поймать убийцу! — воскликнула Сьюзи, и неподалеку четырехлетняя девочка с разбегу остановилась, зарыдала и бросилась обратно через игровую площадку к маме на руки.
— Упс, — произнесла Сьюзи. — Простите.
— Дело в том, — продолжила Таника, — что я не могу нарушать приказы начальства.
Джудит наконец стала понимать, к чему клонит женщина.
— Ясно, — сказала она. — Поэтому по телефону вы сказали нам, что не возражаете, если мы продолжим искать завещание в Белом коттедже. И по той же причине вы захотели тайно с нами встретиться.
— Я не могу формально о чем-то вас просить. Я пришла сюда не как полицейский. Но, возможно, вы могли бы и дальше продолжить разнюхивать? Посмотрите, сможете ли вы нарыть хоть что-то на сэра Питера и его семью, потому что полиция даже близко не подобралась ко всей правде.
Джудит ответила не сразу, но Таника видела, что старушка молча раздумывает над ее предложением. В конце концов, если Джудит и ее подруги оказали полиции такую неоценимую помощь в прошлом году, то почему сейчас Таника должна относиться к ним как к начинающим сыщикам-любителям?
— Что вы узнали об оливковом масле, которым были смазаны петли на двери в кабинет сэра Питера? — спросила Джудит.
Таника кивнула, понимая, что Джудит хотела проверить честность ее намерений.
— Мы провели расследование: оливковое масло на дверных петлях совпадает с оливковым маслом из масленки, которую вы нашли на кухне.
— Из масленки, с которой были стерты все отпечатки.
— И вы должны знать, что отпечатки также были стерты со всего научного оборудования, упавшего со стеллажа. Но когда я сообщила об этом инспектору Хоскинсу, он только сказал, что у Бейли, вероятно, работает очень хорошая уборщица.
— Хотя Дженни правильно заметила, — вмешалась Бекс. — Даже очень хорошая уборщица оставляет отпечатки пальцев на вещах, которые чистит, когда ставит их на место.
— Я тоже так подумала, — согласилась Таника. — Кто-то специально стер все отпечатки с научного оборудования и начисто вытер масленку. Но я хочу попросить вас разузнать кое о чем конкретном. Незадолго до Рождества сэр Питер четыре раза снимал со своего счета пять тысяч фунтов наличными в разные дни. Каждый раз за день до снятия он получал сообщение с телефонного номера, зарегистрированного в Вануату. Их все он удалил. Ответы — тоже.
— Звучит чертовски подозрительно, — заметила Сьюзи.
— Когда именно это произошло? — спросила Джудит.
Таника оглянулась вокруг, чтобы убедиться, что на них никто не смотрит, и передала Джудит листок бумаги, на котором были написаны все даты. Джудит положила листок в свою сумочку и вытащила из нее маленькую баночку со сладостями. Открыв крышку, она протянула баночку Танике.
— Леденец? — спросила она, и обе женщины поняли, что Джудит предлагает куда больше, чем простую конфетку.
Таника знала, какую сделку собиралась заключить.
— Спасибо, — сказала она, — буду очень рада.
Она взяла леденец и положила его в рот.
— Вы уже проверяли семью сэра Питера? — спросила Джудит.
— Мы проверили всех ближайших родственников, но, боюсь, они чисты. Агентство, которое прислало Дженни Пейдж, сообщило, что она эффективный и надежный работник, полностью заслуживающий доверия. Она работала на них почти пятнадцать лет. За все это время они не получили ни одной жалобы на нее.
— А что насчет Розанны Бейли?
— Я поговорила с несколькими людьми, которым довелось с ней работать, и все они назвали ее очень способной. Она терпеть не может дураков, а один человек назвал ее безжалостной. Она из тех работодателей, которые могут уволить постоянного сотрудника в пятницу, а в понедельник нанять временного, если только это поможет сэкономить несколько фунтов.
— Типичная начальница, — констатировала Сьюзи. — А что насчет Тристрама?
— О Тристраме я получила смешанные отзывы. Некоторые говорят, что он высокомерный и эгоистичный — типичный богатенький мальчишка, которому ни дня в жизни не приходилось по-настоящему работать. Но я смогла связаться с его классным руководителем, и, по ее мнению, все его высокомерие — это просто ширма, а на самом деле он глубоко не уверен в себе и сделает что угодно, лишь бы заслужить чужое одобрение.
— Вам удалось узнать, есть ли у него девушка? — спросила Джудит.
— Нет, — ответила Таника. — А она есть?
— Розанна рассказала, что прошлым летом она услышала, как он по телефону шептал кому-то «всякие нежности».
— Раз это случилось прошлым летом, быть может, их отношения уже закончились?
— Это возможно. Но, по словам Розанны, Тристрам просил своего собеседника немного подождать. Вы поняли, как убийце удалось выбраться из комнаты?
— К сожалению, пока это остается загадкой. А вы что-нибудь узнали?
— Нет, эта тайна по-прежнему окутана мраком. Это так меня злит. Сэр Питер был убит, я в этом не сомневаюсь…
— Я не так в этом уверена, — перебила ее Бекс.
— Не сейчас, Бекс, — возразила Джудит, останавливая подругу.
— Вот что я вам скажу, — произнесла Таника, — если кто-то и может раскрыть эту тайну, так это вы трое. Теперь мне пора возвращаться в офис, иначе меня могут хватиться. У вас есть номер моего телефона на случай, если вам удастся что-нибудь отыскать. Звоните в любое время дня и ночи.
Таника развернулась и зашагала к выходу из парка. Подруги молча смотрели ей вслед.
— Вы должны перестать говорить, будто думаете, что сэр Питер не был убит, — попросила Сьюзи.
— Знаю, — ответила Бекс. — Простите.
— Поверить не могу, что Танику понизили в должности, — произнесла Джудит. — Глупый и опрометчивый поступок.
— Теперь мы обязаны поймать убийцу сэра Питера, чтобы вернуть ей ее работу, — заявила Сьюзи.
— Согласна. И считаю, мы должны начать с поисков тайной девушки Тристрама. Что-то подсказывает мне: есть человек, который поможет нам узнать о ней больше.