У третьей двери он остановился и прислушался.
Раздавалось ритмичное капанье воды.
Нэш и Клэр, затаив дыхание, остановились в нескольких шагах за ним.
Тиканье часов.
Правда, он не слышал спецназовцев. Спереди не доносилось ни единого звука.
Портер замедлил шаг, чтобы Нэш и Клэр его догнали.
— Что-то не так; не нравится мне это!
Откуда-то из недр здания послышался грохот, за которым последовали выстрелы.
— Пошли! — скомандовал Портер, бросаясь на выстрелы.
Клэр и Нэш побежали за ним, следуя за лучом фонаря.
Портер бежал на звук. Ему казалось, что он вот-вот задохнется от плесени. Они набрели на сломанный грузовой лифт; слева от него виднелась лестница, которая вела вниз. Голоса тоже доносились снизу.
Не колеблясь, они бросились вниз, перепрыгивая через две ступеньки, стараясь обходить кучи мусора и обломков и не поскользнуться при этом.
— Какого хрена! — послышался крик.
— Где они?
— Понятия не имею!
— Отойдите!
— Нет, постойте!
Ярко-красный свет осветил дверной проем у подножия лестницы. Кто-то пустил сигнальную ракету. Портер прищурился от яркого света и поднял ствол пистолета к потолку. Лучше не рисковать, если пистолет случайно выстрелит.
Снизу послышалось:
— Они разбегаются!
— Зажги еще одну. Вон там, в углу!
Нэш схватил Портера за плечо, когда они почти спустились, и громко крикнул:
— Эспиноза? Это детективы Нэш, Нортон и Портер! Мы на лестнице! Не стреляйте!
— Подождите, детективы! — ответил Эспиноза.
— Чисто! — крикнул кто-то другой.
— Проклятые твари, они повсюду!
Издали прилетела еще одна сигнальная ракета и с громким шипением приземлилась на нижнюю ступеньку.
В стороны брызнули не меньше дюжины крыс; они неслись не разбирая дороги, некоторые пробежали у них по ногам. Клэр взвизгнула.
— Вот гадость! — Нэш отскочил к стене.
Портер в благоговейном ужасе смотрел, как мимо пробежали еще шесть грызунов.
— Все в порядке — можете спускаться, главное, держитесь на свету! — крикнул Эспиноза.
— Я не…
Клэр подтолкнула Нэша в спину:
— Вперед, трусишка!
Они вошли в большой подвал — судя по всему, он шел под всем зданием. Освещенные сигнальными ракетами, бетонные полы и красные кирпичные стены тянулись во все стороны, куда бы он ни посмотрел. Пол был завален разным хламом: коробками, разрозненными бумагами, банками из-под газировки и…
— Никогда не видел столько крыс, — признался Портер, не сводя взгляда с пола на одном из освещенных мест. Пол как будто переливался и шевелился. Живое одеяло из грызунов. Они наползали друг на друга в попытке убраться подальше от света, только бежать им было некуда. Крысы скребли когтями бетонный пол и кусали друг друга, спеша убраться прочь.
— Я же говорил, чтобы вы подождали снаружи, — нахмурился Эспиноза. — По крайней мере до тех пор, пока мы не разберемся, что тут происходит.
— Тут у нас нашествие вредителей, — проворчал другой спецназовец, посылая на другой конец подвала еще одну ракету.
— Если будешь бросать туда, крысы побегут к нам. Надо их вытеснить.
— Куда вытеснить?
— Вы что же, их отстреливаете? — поинтересовался Портер.
— Это Броган стрелял, вот дебил.
— Эй, полегче!
— Проклятые твари повсюду. Их здесь тысяча, не меньше, — сказал Эспиноза, отшвыривая одну мощным пинком. Крыса перевернулась в воздухе и ударилась о дальнюю стену, потом отряхнулась и побежала в дальний угол.
Нэш стоял неподвижно; его лицо было бледным как мел, а крысы спешили прочь, скаля желтые клыки.
Клэр рассказала им о туннелях, предположив: возможно, именно так они попадали в этот подвал и выходили отсюда.
Эспиноза кивнул и заговорил в наплечную рацию:
— Проверьте стены по периметру. Мы ищем что-то вроде входа в туннель!
— Не нужно искать, — сказал Портер, глядя на убегающих крыс. — Надо идти за ними.
Броган убил еще одну прикладом винтовки.
Взгляд Портера устремился в дальний угол. Крысы бежали не наобум; они стремились в одно конкретное место. Утекали, как вода… как река, полная грязи и болезней.
— Можно мне ракету? — попросил он.
Эспиноза снял одну с пояса и протянул Портеру.
Портер сорвал колпачок и бросил ракету к противоположной стене. Она пролетела дугой и с глухим ударом упала футах в шестидесяти от них.
— Ничего себе! Ну у вас и бросок, детектив! — воскликнул Броган.
Портер побежал на свет.
Хотя крысы разбегались от вспышки, стараясь держаться от ракеты подальше, они все же двигались к определенному месту, к закрытой двери с небольшой дыркой в нижнем правом углу, достаточной, чтобы в нее пролезла крыса. Именно это они и делали. Выстроившись в аккуратную цепочку, они влезали в дыру одна за другой.
Портер потянулся к двери, но Эспиноза схватил его за руку:
— Отойдите, детектив! Нужно проверить помещение! — Он говорил глухо, еле слышно.
Портер кивнул и отошел в сторону.
Взмахнув свободной рукой, Эспиноза велел Брогану и еще одному бойцу встать по бокам двери. Сам он отошел на десять шагов, прицелился в проем и на пальцах отсчитал: три, два, один.
Броган выбил дверь ногой и, пригнувшись, нырнул внутрь. Второй спецназовец целил стволом у Брогана над головой; убедившись, что за дверью нет засады, он последовал за напарником. За ним в помещение ворвались еще двое.
— Чисто! — послышались издали приглушенные голоса.
Потом еще один:
— Чисто!
Держа оружие наготове, Эспиноза быстро зашел внутрь и скрылся из виду. Через секунду внутри загорелся яркий свет.
— Портер — сюда! — крикнул Эспиноза.
Мельком оглянувшись на Нэша и Клэр, Портер переступил порог и побежал, стараясь не наступать на крыс. В том месте встречались два серых потока: одни вбегали в комнату, другие выбегали оттуда.
Здесь было холоднее, чем в остальных подвальных помещениях, и сыро от плесени. Он сразу же узнал запах — тошнотворный сладковатый запах разлагающейся плоти. Стараясь спастись от всепроникающей вони, Портер прикрыл ладонью нос и рот, хотя это ничему не помогло.
Впереди стояли пять человек; все они смотрели в одну точку.
— Все вон! — скомандовал Портер, стараясь не дышать.
Эспиноза круто развернулся к нему. Сначала он, видимо, собирался поспорить, но потом благоразумно передумал. Он вышел через сломанную дверь и жестом позвал других спецназовцев за собой.
Портер пошел дальше.
На полу вдоль стен стояло несколько сотен свечей; большинство из них догорело, и от них остались только горки воска. Немногие оставшиеся распространяли слабый свет; они были едва заметны на фоне яркой вспышки сигнальной ракеты.
Ему хотелось все погасить: и ракету, и свечи.
Ему хотелось все прекратить и снова погрузить это место во мрак.
Он не хотел ничего видеть.
Ничего из того, что увидел.
Посреди комнаты валялась перевернутая набок больничная каталка; металлические бортики были изъедены пятнами ржавчины.
Под каталкой лежало обнаженное тело, прикованное наручниками к крестовине. Точнее, телом то, что он увидел, назвать было трудно, потому что останки стали добычей для нескольких тысяч грызунов, носившихся по комнате.
Перед ним лежала груда костей и ошметков мяса.
37Дневник
Наверное, миссис Картер поняла правила, потому что на этот раз не стала кричать, когда я вынул кляп. И ругаться тоже не стала. Если грязные мысли и появились у нее в голове, она держала их при себе. Зато посмотрела на меня усталыми глазами.
— Пить, — сказала она.
Я поднес стакан с соком к ее растрескавшимся губам и наклонил, чтобы жидкость (правда, теплая) попала к ней в рот. Потом убрал стакан, позволяя ее проглотить.
— Еще, пожалуйста.
Я дал ей еще, а потом еще немного. После того как она выпила весь сок, я поставил стакан на пол рядом с раскладушкой.
— Банан или хлопья?
Она глубоко вздохнула.
— Вам придется меня отпустить!
— Знаю, сухие хлопья выглядят не очень аппетитно, но гарантирую, они вкусные. Эти сахарные колечки — чудесная еда, обожаю их на завтрак. — Мне и самому хотелось съесть немного, но ей нужно было восстанавливать силы. Я утешался тем, что вознагражу себя полной миской хлопьев, когда вернусь наверх.
Миссис Картер наклонилась ближе. Я почувствовал на своей щеке ее теплое дыхание.
— Твои мать и отец собираются меня убить. Ты ведь понимаешь, да? Ты этого хочешь? К тебе я всегда относилась очень хорошо. Даже позволила тебе смотреть на меня… ну, ты помнишь, там, у озера. Тогда там были только я и ты, помнишь? И я старалась только для тебя. Если ты меня отпустишь, обещаю, что увидишь еще много, много интересного. И не только увидишь. Я дам тебе все, что ты хочешь. Буду делать такие вещи, о которых девочки твоего возраста, скорее всего, даже не знают. От тебя требуется только одно: отпустить меня.
— Банан или хлопья? — повторил я.
— Прошу тебя!
— Ладно, значит, банан. — Я очистил банан и поднес к ее губам.
Глаза ее блеснули, потом она наклонилась вперед и откусила кусок.
— Я говорил вам, это вкусно.
— Ты хороший, — сказала она. — Ты хороший мальчик, и я знаю, ты не допустишь, чтобы со мной что-то случилось, да?
Я снова сунул ей банан:
— Вам нужно поесть.
Она откусила еще кусок, медленнее, чем первый; ее красные губы скользнули по банану и ненадолго задержались, прежде чем отпрянуть.
38Портер — день первый, 17.32
Когда Эспиноза и его группа вышли, Портер прошел глубже в комнату.
— Нэш, Клэр, берите фонарь и идите сюда! — крикнул он через плечо.
Опустившись рядом с трупом на колени, он три раза хлопнул в ладоши что было сил. От громкого треска, усиленного эхом, снизу побежали новые крысы. Портер хлопнул еще, и еще две крысы выскочили из-под трупа и бросились искать убежище. Ладони у него раскраснелись и болели, но он хлопнул еще раз, и еще одна крыса выбежала из-под тела; из ее пасти свисали куски окровавленной плоти