Такси прижали машину к обочине, не давая ей вырваться вперёд. Сердце Цин Ни бешено колотилось от сознания потенциальной опасности. Оба мужчины не показывали страха. Они одновременно открыли двери машины, вышли и пошли в сторону такси.
Из такси вышло пять человек. Во главе был пожилой мужчина с подтёками крови на лице, остальным четверым было около тридцати лет. В свете фонарей Цин Ни увидела, что трое из них держали в руках палки, а один — гаечный ключ, и они очень быстро приближались к их машине.
Увидев это, Цин Ни только успела выдохнуть:
— Осторожнее, у них — оружие!
— Стоять! Больше никто вперёд не идёт! — услышала она голос Эр Ху.
Но это было бесполезно. Те пятеро человек не только не остановились, но, наоборот, теперь уже бежали к их машине. Сердце Цин Ни бешено стучало. Она вся съёжилась, но при этом подалась вперёд.
Вдруг впереди раздался грохот.
— Давайте, подходите! — в руках Эр Ху оказался пистолет, который был за спиной.
Нападавшие были шокированы звуком выстрела, поэтому остановились как вкопанные на своих местах.
— Оружие сложили на землю, руки за голову и повернулись ко мне спиной!
Четверо молодых людей послушно выполнили приказ, бросив свои орудия на землю, положили руки за голову и отвернулись. Только пожилой мужчина с лицом, покрытым ранами, остался стоять неподвижно.
Эр Ху и второй молодой человек вернулись в машину, Цин Ни опять села на заднее сидение, где, похрапывая, спала судья Су. Эр Ху завёл машину, осветив фарами стоявших впереди людей, она загудела и сорвалась с места, едва не задев боком пожилого мужчину.
— Они не могут запомнить номер машины? — обеспокоенно спросила Цин Ни.
— У этой машины нет номера, — сказал Эр Ху.
Машина остановилась на сигнал светофора на перекрёстке. Судья Су проснулась. Она потянулась, потирая глаза, оглянулась по сторонам и улыбнулась.
— Эр Ху, ты знаешь, где мы живём? — спросила она.
— Знаю, — ответил он не оборачиваясь.
— Поворачивай, поворачивай! — закричала она. Машина, взвизгнув шинами об асфальт, повернула на сто восемьдесят градусов.
Фары высветили стоящих на дороге полицейских и два микроавтобуса.
— Останови! Останови машину, — закричала судья Су.
Машина, взвизгнув, остановилась рядом с полицейской машиной. Судья Су высунула сначала голову из окна, а потом вышла из машины. Цин Ни выглянула из окна с другой стороны. Она больше всего боялась, что машина и Эр Ху будут опознаны нападавшими таксистами. Она поняла, что этот наряд полиции вызван ими, поскольку увидела силуэт пожилого мужчины.
— Сестра Су, давайте не пойдём домой, а пойдём поедим, я приглашаю, — сказала Цин Ни, потряхивая судью Су за плечо.
— Пойдём, — ответила та.
Когда их машина проезжала по площади, Цин Ни увидела там недалеко улочку, где можно было поесть. Она посмотрела на часы, было уже за полночь.
Эр Ху остановил машину напротив уличного фонаря, на стоп-линии. На той улице было множество маленьких ресторанчиков, круглый год забитых посетителями, так что в залах никогда не было свободных мест. Судья Су указала на круглый стол, стоящий прямо на улице, сказав, что здесь достаточно светло. Все согласились, что это неплохое место. Эр Ху протянул меню судье, которая заказала пять горячих блюд и большое блюдо соевых бобов. Цин Ни спросила Эр Ху, будет ли он пить что-нибудь. Эр Ху сказал, что пусть решает судья Су. Она посмотрела на мрачное небо и, смеясь, сказала, что если Эр Ху не будет пить, то солнце завтра поднимется на западе.
Цин Ни подозвала хозяина и попросила принести десять бутылок охлаждённого пива. Судья Су спросила, какое есть пиво. Хозяин сказал, что есть пиво «Жёлтая река». Эр Ху попытался издать какой-то звук, но судья так на него посмотрела, что он сразу притих.
Хозяин открыл две бутылки. Ещё когда она была в Пекине, Цин Ни слышала, что пиво приятнее всего пить открытым на улице, но комнатной температуры. Если же пить в помещении, то надо добавлять лёд.
Эр Ху, видимо, страдал от выпитого прежде, и желудок уже плохо принимал поступающую пищу без последующей порции алкоголя. Он с громким хлопком открыл ещё одну бутылку и стал пить из горла. Судья Су тоже отпила немного, а потом попросила Цин Ни выпить вместе с ней. В желудке Цин Ни было как-то не хорошо, её подташнивало, но нельзя было отказать новой знакомой, и она подняла стакан. Эр Ху рассмеялся и тоже чокнулся с ней стаканом. После второго глотка Цин Ни стало намного лучше.
Этой ночью на небе не было звёзд, горели только уличные фонари, туда-сюда шатались пьяные, Всё это напомнило Цин Ни её ночной кошмар — гитлеровское нашествие. Ощущение было очень похожим — как будто это и сон и явь одновременно.
Это воспоминание заставило её почувствовать какую-то невысказанную грусть, которая усилилась с резким порывом ветра и раздавшимся звуком дождя, падающего на большой зонт, установленный над их столом.
— Сестра Су, вы когда спали, здесь произошло очень интересное событие, — Цин Ни решила нарушить тягостную тишину.
— Дождь усиливается. Пойдёмте вовнутрь, — Эр Ху быстро сменил тему, и Цин Ни сразу же пожалела, что заговорила об этом. Она ведь знала, что не надо много болтать в кругу малознакомых людей.
— Что за событие? — судья Су навострила уши.
— Да что могло произойти? Сестра, вы проспали только несколько минут, за этого время ничего не могло произойти, — мягко сказал Эр Ху.
— Замолчи! — сказав это, судья повернулась к Цин Ни. — А ты давай рассказывай, что произошло.
Цин Ни оказалась в очень трудном положении, не зная, что делать. Как раз в этот момент сработал её телефон, что было просто счастливой случайностью, потому что она всегда отключала его в десять часов вечера. Звонил Дзин Зонг. В другой ситуации она бы не ответила ему, но сейчас она перешла на другую сторону улицы, чтобы поговорить с ним и избежать расспросов судьи Су. Дзин Зонг был где-то рядом, судя по голосу, он тоже выпил немало. Цин Ни посмотрела на судью, но у той ничего не было написано на лице. Тогда она посмотрела на Эр Ху, но он отвернулся. Цин Ни сказала Дзин Зонгу, что они недалеко, и пригласила его присоединиться к ним. Не успела она положить трубку, как он уже был у них перед глазами.
Он был с застывшим взглядом на красном лице, уже на восемьдесят процентов пьян, а его белоснежная рубашка была неправильно застёгнута на пуговицы. Пошатываясь, он стоял около стола, уперевшись животом в его край. Увидев суп из зелени, у него разыгрался аппетит.
— Чем это вы здесь занимаетесь?
Эр Ху прикрыл глаза, чтобы не видеть Дзин Зонга. Тот парень, который был с Эр Ху, понимал его настроение без слов и поэтому уже был готов побить Дзин Зонга.
— Дзин Зонг, сядь. Уважаемые, это мой друг, — Цин Ни твёрдой рукой заставила его сесть за стол.
— Разве вы ещё не знакомы?
— Виделись недавно, — улыбнулась судья Су.
— Притворщики, — Дзин Зонг махнул на них рукой, — несколько часов назад пили водку вместе, а теперь претворяетесь, как будто не знакомы.
Лицо Эр Ху стало темнее тучи. Он поднял глаза и внимательно посмотрел на Дзин Зонга, а парень, который был с ним, скрестил руки на груди.
— Начальник Эр Ху, я пошутил. Я давно уже слышал о вас. И я восхищаюсь вами, — Дзин Зонг поднял бокал. — Разрешите выпить вместе с вами, для меня это будет огромная честь.
И он залпом выпил всё содержимое бокала.
— Начальник Эр Ху, я уже давно хотел пригласить вас вместе отобедать, познакомиться, поговорить.
Лицо Эр Ху смягчилось, и стоящий рядом парень опустил кулаки.
— Эр Ху, ты чего такой суровый? Или это уже профессиональное заболевание — в каждом человеке видеть преступника? — судья Су толкнула его в бок. — Все и так боятся попасть в твои руки.
— Совсем не обязательно, — Дзин Зонг опять наполнил себе бокал. — На днях Ван И передал партийному чиновнику взятку деньгами и попал в руки начальника Ху.
— О, это мелочи. Мог бы и ещё больше дать, и ничего бы не было, — пошутила судья Су.
— Сестра Су, вы опять шутите над своим братом? Как ваша фамилия, Дзин? Я тоже слышал о вас, что вы открыли гостиницу, но я ещё там не был. А ещё слышал, что вы дружите с нашими руководителями, верно? — спросил добродушно Эр Ху.
— Вы имеете в виду генерального прокурора? Так он мой старый знакомый, но сейчас занимает очень высокий пост.
— Дзин Зонг, ты слишком много выпил. Генеральный прокурор — тот ещё хитрец, ни с кем не бывает в хороших отношениях, — судья Су отпила из своего бокала.
— Сестра Су, прокурор ко мне хорошо относится… мы… нельзя же о человеке плохо говорить, — улыбнулся Дзин Зонг.
Цин Ни терпеть не могла Дзин Зонга. Она с самого начала была уверена, что этот белолицый красавец — коварный льстец, говорит каждому только то, что тот хочет услышать. Он сам себя назначил главным юристом своей фирмы, а при знакомстве с начальником Ху вёл себя так, как будто он — его старый знакомый, сразу подписал контракт и получил другие привилегии. Ей он звонил часто в середине ночи, и сейчас этот разговор на нетрезвую голову подтвердил его нечистые намерения.
Все уже выпили по несколько бокалов, расслабились и слушали шутки Дзин Зонга. Вдруг из находящегося рядом ресторанчика донёсся звук драки. Раздался грохот, потом одно из оконных стёкол вылетело со звоном и разбилось о землю, как это всегда показывают в фильмах, а из разбитого окна выглянул человек. Ему было лет сорок на вид, он был явно пьян, а его лицо было вымазано кровью.
Стол, где сидела Цин Ни, был лишь в пяти метрах от места драки. Не прошло и несколько секунд, как дерущиеся уже были рядом с ней. Цин Ни сначала хотела отбежать, но потом увидела, что они не шевелятся, и стала наблюдать за развитием событий. Через некоторое время все опять переместились от её стола дальше метров на десять. Теперь за этим столом оставаться было безопасно. Но как только они почувствовали себя в безопасности, справа прилетела пивная бутылка и разбилась у ног Дзин Зонга. Его затрясло, и он подобрал обе ноги под себя.