— Зря задержали? Это ведь решение высших органов!
— Всё это очень опасно.
— Конечно, а разве деньги легко заработаешь?
— Ван, вы думаете эта ситуация разумна?
— Да причём тут разумно или нет? Мы живём, выживаем, богатеем, всё это неплохо, но нужно думать, что делаешь. А такие адвокаты, как этот, глупцы, как ещё их назовёшь! — начал разглагольствоваться Ван. — То, что установлено законодательством, и то, что совершается в обществе, — две разные вещи, надо учитывать национальные особенности. Молодёжь, выпускаемая из топовых университетов, думает, что всё знает, однако это не так, это всего лишь иллюзия. Ну, и зависит от того, что учишь: если это экономика, технология или управление, тогда не вопрос, но вот если это общественные науки, такие, как политика и право, — то реальность и теория сильно отличаются.
Цин Ни, слышавшая эту теорию Вана не один раз, улыбалась в душе. Но адвокат Вен не дал ей дождаться окончания высокой речи, схватил её под руку и вывел наружу.
— Ван, есть одно дело, не знаю слышала ты иди нет? — спросил он.
— Какое дело?
— Слухи… из районного суда Х.
— Суд? — Цин Ни подумала о тех людях в коридоре, когда она ходила к Лю, может, они наговорили что-то. — Говорите уже прямо.
— У них есть один судья в арбитраже, в прошлом секретарь, Ван Чэнь…
— Ван Чэнь? Да, я его знаю. И что там?
— Я тебе скажу, но ты не говори, что я тебе это сказал, оʼкей?
Цин Ни кивнула.
— Говорите. Конечно, я никому не скажу.
— Это всё так нехорошо звучит… — мямлил он.
— Ну же, говорите.
— На одном из совещаний он говорил, что есть одна девушка-адвокат, которая использует алкоголь для своих целей, она старается напоить, чтобы выяснить что-то для себя и переспать, но он отказал… и эта девушка — вы.
— Бестыжий урод! — она вспомнила тот случай, когда пошла к нему отнести бумаги по делу и как в итоге её спасал Ван Тао.
— Это вам Ван Чэнь сказал?
— Да, он… Вы в порядке? — встревожился Вен.
— Ничего, я в порядке, не беспокойтесь, — ответила она.
Этот человек никогда ничего не делал, потратил как-то огромную кучу денег, соврав, что доставляет один важный документ. Потом только все узнали от председателя суда Хао, что обвиняемый содержится в их районном суде и что информация Ван Чэня ложная. Ещё она вспомнила, как он был в бане голый и пьяный, когда её пришлось высвобождать.
Цин Ни вся дрожала.
Она вышла на улицу, свет ударил в лицо. Она покачнулась, будто пьяная, преградив дорогу такси. Машинально открыла дверцу, села и, не назвав места, махнула рукой водителю, чтобы он трогался. Они ехали какое-то время, пока водитель не остановился и не взглянул на неё.
— Девушка, мы уже больше часа катаемся, куда вас увезти?
— Туда же, где я села в машину.
— Оʼкей.
Через десять минут они снова были там. Она подумала: «Для чего я здесь? Надо сказать водителю, чтобы отвёз меня домой. После обеда мне ещё вместе с Ху допрашивать потерпевшую».
И тут ей пришла идея, как расправиться с Ван Чэнем.
Она позвонила председателю Лю, во-первых, чтобы справиться о продвижении по делу Линь Чуна, во-вторых, попросить взять материал суда по борьбе с коррупцией. Председатель Лю уточнил, какой именно ей нужен. Услышав, что за второе полугодие по арбитражным вопросам, пообещал отправить его по факсу.
Получив документы, она посмотрела речь Ван Чэня про женщину-адвоката, которая соглашалась на близкие отношения в качестве взятки. Вся его речь была выдумана, вместо имени женщины там значилось «адвокат ХХХ». Она-то предполагала, что в протоколе указано имя. «Ну хорошо, ублюдок, жди, ты у меня попляшешь», — произнесла Цин Ни. Немного успокоившись, она съела лапшу и прилегла ненадолго вздремнуть.
Допрос потерпевшей по делу Тэму проходил прямо в кабинете Ху.
Потерпевшая была далеко не первой свежести, лет тридцати пяти, однако милой наружности, но с каким-то свирепым взглядом.
Ху вместе с государственным обвинителем высшего ранга по имени Сяо Пан проводили допрос, секретарём была молодая девушка по имени Лю На, закончившая в прошлом году вуз. Цин Ни сидела рядом с Лю На.
— Ваши фамилия, имя, отчество? — спросил Ху.
— Ван Мэй Ли.
— Пол?
— Мужской.
— Что??
— Неужели вы не видите? Зачем такие вопросы?
— Что спрашиваем, то и отвечайте, — настойчиво произнёс Ху.
— Были ли у вас судимости? — спросил Сяо Пан.
— Какие судимости? Я вам что в качестве ответчика выступаю? — она вытянула шею.
— Ван Мэй Ли, посмотрите что это, — Ху протянул ей бумажку.
— Что это? Я не знаю этих иероглифов.
— Ну тогда я объясню… это протокол об исправительных работах, в котором указано, что Ван Мэй Ли много раз проходила подобное наказание.
— Ну и что с того? Причём тут это? Мне нужно как-то зарабатывать, я ведь тоже человек.
— Ладно, спрошу иначе, вы занимаетесь проституцией?
— Занималась. Ну и что с того? Как будто вы ни разу не развлекались?
— Воздержитесь от подобных комментариев. Вас спрашивают — вы отвечайте, — сказал ей Сяо Пан.
— А что вы имеете в виду? Меня вообще-то изнасиловали, я — потерпевшая.
— Больше не насилуют? — злобно ответил Сяо Пан.
— Ван Мэй Ли, взгляните на сумку, она ваша?
— Да, это моя, я когда убегала, оставила её в квартире.
— После того как вы вызвали 110, сколько к вам ехала полиция?
— Да минут семь-восемь всего.
— Когда полиция приехала, в каком месте вы находились? — спросил Ху.
— Я тоже пошла с ними в квартиру, но парни напились и уже спали.
Ху достал из её сумки уйму вещей, среди которых были помада, туалетная бумага, тетрадь, ножик и ещё какое-то письмо.
— Это всё ваше? — спросил Ху.
— Моё… а вот это письмо не моё.
— Посмотрите ещё раз, может, вы что-то вспомните, откуда оно взялось? — сказал ей Ху.
— Я не могу вспомнить, но это точно не моё, у меня не было такого.
Цин Ни взглянула на Ху, он кивнул ей и она взяла в руки эТу Ге бумажку. Она была из банка и о каких-то деньгах, это факт. На письме была красная печать и несколько подписей. Цин Ни посмотрела на подписи на свеТу Ге и поняла, что эта бумажка для Тэму о получении зарплаты. Как она попала к ней?
Цин Ни предположила, что Ван Мэй забрала её у Тэму сама. Ведь из бумажки было понятно, что она, взяв деньги у них троих, ходила покупать алкоголь и продукты. В это время Ху передал ей другую записку. Там было написано, что она обязуется сходить в магазин и купить на пятьдесят юаней (две бумажки по двадцать и одна по десять) продуктов и алкоголя, а ниже стояли подписи.
Цин Ни поняла, что это серьёзное доказательство того, что Тэму давал Ван Мэй деньги. На душе у неё стало светло и отрадно: в деле определённо не было никакого факта насилия. Ван Мэй два раза ходила в магазин, у неё была возможность сбежать и избежать этого ужасного преступления, но она этого не сделала, значит, всё было не так.
— Ван Мэй Ли, ну ведь тут всё понятно, Тэму платил вам деньги, так? — сказал чётко и размеренно Ху.
— Нет, не было такого, — лицо её побледнело.
— А как вы объясните этот расчётный листок с подписями?
— А откуда я знаю, кто лазил в мою сумку? Он и подкинул, наверное.
— А вы разве не говорили, что, когда нагрянули с полицией, они спали?
— Да… это он дал мне деньги, двести юаней, но он не должен был меня бить, — расплакалась она.
— Ван Мэй Ли, то есть вы говорите, что они купили ваши сексуальные услуги, затем один ударил вас и вы вызвали полицию?
— Но ведь у всего есть свои пределы. Он тоже должен был сразу заплатить мне и не должен был бить.
— Посмотрите в протокол и, если всё, что вы говорили, записано верно, подпишите.
…
Цин Ни пришла в районный суд к председателю Хао с иском на Ван Чэня, заявив, что ответчик покушался на её честь и достоинство, и требованием от него публичного извинения и компенсации.
Он смеясь сказал:
— Сяо Ван, ты серьёзно хочешь подать в суд на Ван Чэня?
— Да, он говорил, что я домогалась его и использовала секс в качестве взятки. Я обязана прояснить эту ситуацию.
— Цин Ни, я тебя не критикую и не помогаю, но мы не сможем возбудить дело.
— Господин Хао, вы обдумайте ещё раз, хорошо?
— Хорошо, мы поднимем все нужные данные, ещё раз проверим. Но ты так сильно не надейся, — сказал Хао.
Цин Ни пришла на работу. В кабинете сидело несколько адвокатов, и было видно, что они в курсе всего по делу с Ван Чэнем. Не поздоровавшись с ними, она направилась в кабинет начальника Вана, там тоже были люди, человек пять-шесть, завидев её, они тут же замолчали.
Адвокат Джан странно на неё посмотрел.
— Господин Ван, я выдвинула иск секретарю суда Ван Чэню, не знаю, слышали вы об этом или нет, — она присела на диван в его кабинете.
— Председатель Хао и господин Ван — хорошие друзья, ты уже ходила к Хао, думаешь он не сказал?
— вмешался адвокат Вен.
— Да, я ходила, чтобы возбудить дело, — ответила она Вену.
— Ты знакома с председателем Хао через господина Вана?
— А какая разница? Разве он не представитель судебной власти? — вмешался адвокат Ли.
— Цин Ни, мне кажется, ничего с этим делом не выйдет! — вмешался наконец начальник Ван.
— Даже если и не выйдет, это ответ ударом на удар, — ответил адвокат Джоу, поддерживая Цин Ни.
— Цин Ни, я тебе только хорошего желаю, но, мне кажется, этим ты всё только усугубишь, — ответил Ван.
— Я не боюсь, этот идиот заслужил. Если не получится, я найду другой способ, — ответила Цин Ни.
— Да Цин Ни слишком красива, зачем ей угождать какому-то там Ван Чэню, растрачивая свою красоту? — вмешался Ли.
— Господин Ван, мы советом адвокатов можем как-то поддержать это дело? — спросил Джоу.
— Цин Ни ещё и не получила статус адвоката. Ну а если говорить об этом деле, то при отсутствии конкретных доказательств, вся наша ассоциация адвокатов ударит лицом в грязь, — многозначительно посмотрел Ван. — Да и по сравнению с судейскими чиновниками мы менее защищены, чтобы им противостоять. Их работники зачастую входят в партийные структуры, кто осмелится против них идти в суд? А с приходом реформ ещё хуже станет, — продолжил свою речь Ван.