Она вышла из кабинета, и за ней выбежал адвокат Цао:
— Цин Ни, скажи ему, чтоб он молчал… иначе, иначе ты можешь пожалеть об этом…
Командир Чхэн отправил Цин Ни по факсу бланк банковских операций господина Ху, в котором она обнаружила, что последние сто восемьдесят тысяч пришли ему несколько дней назад из сельхозбанка. У неё был знакомый, земляк и просто хороший человек, который работал в сельхозбанке, в отделе ссуд. Она решила ему позвонить, чтобы узнать ситуацию отдела сельхозбанка в уезде W. Он сказал, что отдел банка за последнее время вернул четыреста тысяч юаней, при этом сто восемьдесят тысяч банк перевёл суду, вроде как банк спонсировал судебную палату.
Что за ерунда? Почему спонсирование на счёт физического лица, а не напрямую суду?
Ей было не по себе: этот господин Ху был председателем суда около двух лет всего, а уже такая смелость и наглость. Хоть информации было недостаточно для полноценных выводов, но у директора Вана он занял двести тысяч на обучение сына, а на его карте столько денжищ, вряд ли ему не хватает их. Она не знала, что делать дальше.
Она пообедала, и директор Ван заехал за ней и за адвокатом Веном, чтобы снова отвезти их в уездный центр W. Как только приехали, они сразу пошли в кабинет к председателю суда. Кабинет был не заперт, в нём всё было завалено делами. Но на деле директора Вана, к счастью, была специфичная печать, чем оно и отличалось.
Скоро послышались голоса с улицы, это закончилось собрание. Не прошло и пять минут, как вернулся Ху. У него был усталый вид, и от него пахло перегаром. Увидев своих посетителей, он быстро опомнился:
— Что делаем? Столько дней от вас ни слуху ни духу.
Цин Ни взяла инициативу на себя и как можно более мило сказала:
— Господин Ху, мы думали, вы слишком заняты, не хотели сильно вас отвлекать.
— Какой отдых, вы не приходите, выходит, мне самому вас звать надо, — сказал Ху.
— Господин Ху, мы, правда, думали, что вы слишком заняты. Вы присядьте, выпейте воды, а потом обсудим с вами работу, — сказала она.
Он ходил по кругу со словами:
— Значит, дело обстоит так. Сейчас у Ху Ар нет никакой собственности, если хотите, придётся ждать, пока у него появятся деньги.
Директор Ван засуетился:
— Господин Ху, но у Ху Ар есть деньги, есть машина, земля, ресторан и даже караоке-бар.
— Это всё не на его имени, и даже не на имени жены, это записано на брата, — ответил Ху.
— Ну получается, он прячется от обязательств, — сказал Ван.
— Директор Ван, всё не так безнадёжно, просто нужно ждать. Я уже издал приказ, и как только у него появятся деньги, счёт будет заблокирован, а если он осмелится противостоять мне, я его арестую.
Уже прошло полтора года, как директор Ван заплатил за его сына, однако Ху не упоминал об этом, да и с делом никак не помогал. Говорил только, что у Ху Ар нет ни денег, ни собственности, и что скоро они обязательно появятся.
Слушая Ху, они не знали, что сказать, самым разумным было отправиться домой.
Цин Ни дала новые поручения командиру Чхэну, узнать о ситуации с машинами и жильём Ху Ар. Затем пошла к начальнику Вану, чтобы узнать насчёт дела Линь Чуна.
Начальник Ван развалился на стуле и снова разглагольствовал о великих истинах, вокруг сидели другие адвокаты, они думали, что статус адвоката у Цин Ни — это заслуга Вана. А то, что Ван познакомился с начальником уезда, — заслуга её.
— Цин Ни, я связался с кем нужно, начальник согласился со мной и сказал, что надо санкционировать это дело. Нужно ещё чуть подождать, все эти формальности…
Цин Ни была довольна тем, что всё это вопрос лишь времени. Она вернулась в свой кабинет, набрала Линь Чуна и передала хорошую новость. Услышав это, он обрадовался и начал её слёзно благодарить.
Линь Чун был воодушевлён. Он был хороший человек, со своими стремлениями и идеалами, абсолютно невиновный, он докатился до состояния судимости, получив такое оскорбление. Он не был вершиной горы, скорее, цветком или ростком дерева, который при столкновении с сильным ветром упадёт наземь. Она обожала его, хотела помочь ему и покровительствовала так, будто он был маленьким ребёнком.
Позвонил командир Чхэн, сказал, что у Ху Ар в собственности машина и квартира, общей стоимостью семь-восемь миллионов, если нужно более точно, придётся делать оценку стоимости капитала. Она тут же позвонила директору Вану и сказала, чтобы он заехал за ней и адвокатом Веном, через десять минут Ван был на месте. Они посмотрели документ о его собственности, который предоставил Чхэн, и остались не в восторге: оказывается, ещё несколько человек подавали на него в суд в провинции Хэйлунцзян. Неважно, насколько всё было сложно и запутано, у них появилась надежда, и они помчались в известном направлении.
Сегодня им повезло, Ху гулял на заднем дворе с собакой, хотя собакой это трудно было назвать — больше похожа по размерам на свинью. Цин Ни любила животных, собака оживилась в присутствии новых людей и радостно прыгала из стороны в сторону, мрачное лицо Ху, казалось, тоже стало светлее. Она воспользовалась его улыбкой и пропихнула ему распечатанный документ с имуществом Ху Ар.
— Господин Ху, мы обнаружили, что у Ху Ар есть кое-какая собственность, примите меры, пожалуйста.
Он пришёл в ярость:
— Как вы, адвокаты, смогли это проверить? Это не входит в ваши права.
Она старалась улыбаться:
— Это не относится к секретной информации, и адвокаты имеют право делать запрос и получать подобную информацию.
— Неправда. Это противозаконно, следовательно, я не могу ничего делать с этой информацией.
Он вошёл в свой кабинет. Директор Ван поник головой, но Цин Ни не отступала, она пошла за ним:
— Вся информация достоверна, посему примите соответствующие меры.
Он вдруг изменился, брови его задвигались в гневе:
— Адвокат Ван, сколько он вам заплатил?
— Нисколько, обычную норму для адвокатов.
— Х-ха, нужно лишь, чтоб ты меня сопровождала, и я всё сделаю с этим делом, — сказал он.
— У меня нет времени. Давайте в следующий раз я захвачу к вам подружек, — пыталась она сдержать гнев.
— Ты имеешь в виду этих курочек? Большинство из них слишком грязные, поэтому я хочу, чтоб была ты.
Она хотела влепить ему пощёчину, этому бесстыжему ублюдку. Но не могла, поэтому лишь вежливо ответила, что им пора. Лишь отойдя, она выругалась.
Цин Ни начала думать, неужели с ним никто не может справиться? Ведь есть же вышестоящие инстанции над ним.
Она вспомнила о начальнике уезда Байе и набрала его номер:
— Господин Бай, это Цин Ни Ван, как вы?
— Если есть какие-то указания, говори, — энергично ответил он.
— Вы знакомы с руководителями уезда W?
— Да, знаком, начиная от секретариата и до самого начальника.
Она рассказала ему всю историю и попросила позвонить этому начальнику уезда. Он согласился, через полчаса перезвонил и сказал, что связался с секретарём У и что завтра он будет ждать Цин Ни.
На следующий день они с директором и адвокатом Веном выехали пораньше. Проехав меньше часа, машина остановилась у здания правительства уезда. Секретарь У был приятным человеком в возрасте за пятьдесят, с румяными щеками. Он ещё раз расспросил всё, затем взял трубку и набрал судебную палату, переговорил с начальником Дзином и попросил его самого взяться за это дело. Секретарь У заверил, что теперь они могут спокойно идти в палату и найти начальника Дзина. И вообще они с начальником уезда Байем — хорошие друзья, для него он сделает всё, что может.
Они нашли начальника Дзина, он был средних лет и тучный. Кабинет его тоже был вкривь и вкось, однако обставлен чуть лучше. Дзин был культурный и воспитанный, услышав всю историю из уст директора Вана, он сказал, что Ху вообще-то хороший работник и обычно со всем справляется, значит, у Ху Ар действительно нет собственности.
Цин Ни в тот же момент передала ему распечатку документа о собственности Ху Ар. Он внимательно посмотрел, вернул обратно и сказал, чтобы после обеда они зашли к Ху.
На обед эти трое пошли в ресторан насладиться бараниной, директор Ван снял в гостинице двухкомнатный номер с почасовой оплатой, они немного полежали и отдохнули, но никто из них не смог уснуть. Как только наступило два часа, они пошли в судебную палату. Затем услышали, как во двор въехал грузовик.
Ху протянул руку директору Вану:
— Это всё посторонние люди дали Ху Ар в займы, его семья поместила это на счёт Ху Ар, посмотрите товар.
Это была обувь. Цин Ни взяла её посмотреть, для детей трёх-четырёх лет.
— Директор Ван, ну что вы думаете, пойдёт?
Он лишь опустил голову.
— Господин Ху, а нельзя это на деньги поменять?
— спросила она.
— Менять или нет — ваше дело, у него сейчас есть только это. Если вы откажитесь, то вообще ничего не получите.
— А как же его машина и квартира?
— Если вы это смогли проверить, то и я тоже. Эта собственность была конфискована уже для другого кредитора.
Они вернулись в гостиницу. Цин Ни сидела на подоконнике и плакала, неужели никто не может ничего сделать с этим Ху? Так, надо возвращаться в город.
— Директор Ван, довезите нас прямо до конторы, мне нужно посовещаться с коллегами.
Она зашла в кабинет к начальнику Вану. Он, как обычно, развалился на стуле, а в комнате было полно людей. Она хотела обсудить дело со всеми.
У начальника Вана лицо не изменилось. Адвокат Джоу в гневе стукнул по столу:
— Это никуда не годится, сяо Ван. Неужели есть такие работники суда? Почему никто его не контролирует.
Адвокат Джен обвинил Цин Ни:
— Разве ты не понимаешь? Работники суда остаются, а вот все эти стороны — истцы, ответчики меняются.
Вмешался начальник Ван:
— Первое правило — мы должны стремиться выиграть дело; второе — нужно сохранять хорошие отношения с судебными органами, нужно сохранять хорошую репутацию.
Адвокат Ли спросил, произошло ли это в суде уезда W. Цин Ни быстро сменила тему, чтобы не уточнять район при всех.