— Начальник Ван, вы самый опытный, как думаете, что нам делать дальше?
— Сяо Ван, я же сказал, что выигарать дело — это предпоссылка, однако не нужно заниматься альтруизмом и помогать просто так; во-вторых, не наша обязанность бороться с коррупцией; в-третьих, нужно сохранять хорошие отношения с судебной палатой; мы уже получили деньги за это дело, просто работай хорошо и на максимуме, чтоб заказчик понял, что ты делаешь всё возможное.
— Вы имеете в виду покончить с этим?
— Ну, ты и так уже хороший адвокат, а что ещё ты хочешь? — спросил Ван её.
Вчера она заранее пригласила Ху Ар пообедать. Она подошла к нему, он уже выпивал.
— Ты вчера тоже пил? — села она перед ним.
— Да, вчера на встречу одноклассников ходил, перепил на радостях, сегодня так паршиво было с утра. Пирожки с начинкой, конечно, хорошо, но я решил похмелиться, — ответил Ху Ар.
— Говорят, что похмелиться на утро — хорошо помогает, но если честно, я попробовала как-то и мне было ещё хуже.
— Да ты просто мало пьёшь, если б много пила, поняла бы всю прелесть этого способа. Хотя, конечно, для девушки это было бы некрасиво.
Цин Ни махнула рукой, чтоб принесли ещё бутылку. Когда она махнула рукой, это заметил директор Ван, который зашёл в этот момент в зал.
— Дружок, директор Ван говорил тебе о деле?
— Что за дело? Вообще ничего не говорил.
— Его дело приостановлено.
Она в подробностях рассказал про все их встречи с Ху.
Ху Ар послушал и расхохотался:
— Ни хрена себе паренёк, кто говоришь он? Председатель суда и на карте больше миллиона? Не хило, и никого не слушает… отчаянный тип.
— Да, а ещё в первый раз при первой встречи он взял у директора Вана двести тысяч…У него две тачки крутых в наличии, думаешь денег нет?
— Он взял у директора Вана двести тысяч наличкой? — изумлённо спросил Ху Ар.
— Да, именно так, кажется, вексель даже не дал.
— Ну, может, его семейка тогда расколется, не будет отрицать, — сказал хитро Ху Ар.
— Нет, так нельзя, всё-таки он работник суда, неважно, насколько он дрянной.
— И что? Он же тоже простой человек, просто поработал чуть-чуть и дослужился. В тигриной шкуре вроде крутой, а внутри — придурок настоящий.
— Вот такие дела. Может, у тебя мысли есть, что делать дальше? — спросила она.
— Что делать, спрашиваешь? На самом деле есть тут одна обидная вещь, в прошлом году я покупал квартиру и хотел занять у директора Вана, он сказал, что у него нет денег, а вот всяким Ху по двести тысяч давать так деньги нашёл. Ладно, не будем об этом. Ты спрашиваешь, что бы я сделал? Ты же знаешь, что я обычно делаю…
— Ха-ха, начальник управления по борьбе с коррупцией, — подпрыгнула она.
— Именно. Пиши письмо прямо в управление. Его дело слишком очевидное, они быстро проверят и тут же возбудят уголовное дело и выберут меры пресечения, — жевал лепёшку Ху Ар.
Она подвинулась к директору Вану, который присоединился к ним, и сказала: — У меня есть два беспокойства: первое, если мы так сделаем, это может вызвать отрицательное влияние всей судебной палаты, во-вторых, это может испортить мою репутацию как адвоката.
— По первому даже не беспокойся, они наоборот быстрее разрулят дело директора Вана, что касается второго, ну можно, чтоб директор Ван подписал жалобу, — ответил Ху Ар.
Цин Ни позвонила адвокату Вену и попросила прийти. Не прошло десяти минут, как появился Вен, весь в поту и запыхавшийся.
Ху Ар обратился к директору Вану:
— Говорят, вы суд подкупали, директор Ван? Это ведь приступное действие.
— Ну, ты же понимаешь, кто желает просто взять деньги и подарить другому человеку даром? — Ван поник головой.
— И ты не боишься попасть под привлечение к ответственности? Давать взятки и брать взятки — одно и то же, всё преступление.
— Этот Ху — мерзавец всё-таки, сказал — одолжить, на самом деле выудил взятку.
— Ну вот всё и раскрылось, в тот раз, когда я покупал квартиру и попросил у тебя, что ты мне ответил?
Ван покраснел и угрюмо ответил:
— Слушай, у меня, правда, нет денег, эти двести тысяч — последние крохи, что я насобирал ради дела, и то этот мерзавец меня облапошил. Если я в итоге не верну свои деньги, насобираю ещё и найму киллеров к чёрту.
Цин Ни перебила:
— Директор Ван, Ху Ар придумал хороший способ, и если вы согласны, то будем действовать согласно этому плану.
Цин Ни пересказала весь план от начала до конца. Он молчал, но когда услышал, что ему вернут деньги, то сразу обрадовался и пригласил их на ужин.
Цин Ни вернулась в контору, нашла адвоката Вена и заставила его как можно скорее написать жалобу, она хотела отнести её сегодня.
Вошла адвокат Ли. Цин Ни не любила её, считала сплетницей, которая лезет в частную жизнь других, а ради работы не остановится ни перед чем. Ли смотрела на экран, но ей не было видно, на кого составляют жалобу. Цин Ни изо всех сил прикрывала имя. После этого она поймала такси, доехала до прокуратуры и максимально быстро, чтоб никто не увидел, опустила жалобу в ящик.
Когда она уже была на пути в адвокатскую контору, ей позвонили с неизвестного номера. После того, как однажды ей устроили ловушку полицейские, она относилась настороженно ко всем незнакомым номерам. Она никогда и подумать не могла, что работа адвоката может оказаться столь опасной.
Цин Ни взяла трубку, но никто ничего не сказал. Через несколько минут позвонили снова. Раздался грубый мужской голос, похоже было, будто говоривший из деревни. Он сказал, что ему нужен адвокат. Она пригласила его в контору, но он сказал, что там будет неудобно. Цин Ни пыталась выяснить, что за дело, но человек говорил неясно, и у неё возникли догадки. Любопытство подтолкнуло её согласиться на встречу. Мужчина, колеблясь с местом, назвал один пригородный ресторанчик, он был довольно известным, поскольку рядом находился крематорий. Надо сказать, крематорий никак не испортил бизнес ресторанчика. Хоть сейчас и не время обеда, он пригласил её выпить чай и поговорить.
Она позвонила командиру Чхэну, в трубке послышался звук соединения, но никто так и не ответил. Она подумала и набрала номер Ту Ге, сердце сильно забилось, в трубке послышался его голос, и она попросила сопроводить её.
Он сразу же согласился и сказал, где его ждать. Она приехала в назначенное место, но его ещё не было. Обычно это место было переполнено людьми, особенно торговцами фруктами и овощами, но сегодня не было ни души. На сердце было неспокойно, она отчего-то переживала. До ресторана оставалось ещё километра два, этот человек не мог знать, что она тут.
Вдруг из будки, находившейся рядом, вышло пять-шесть человек. Это была команда Ту Ге, он был, как всегда, без единой эмоции на лице.
— Вы давно здесь? — спросила она.
— Нет, недавно, — ответил он.
— А ваша машина?
Он указал на деревья вдали, оттуда выехал микроавтобус. Они подъехали к зданию ресторанчика в три этажа, выглядел он вполне сносно. Но самым неприятным было то, что между рестораном и крематрием была одна перегородка. На часах ещё не было одиннадцати, официанты в национальных костюмах бегали между столиками. Ту Ге приказал водителю остановить машину. Рядом с рестораном было много машин, больше десяти. Они заехали на стоянку вместе с другими машинами.
— Цин Ни, ты выходи первая, дойдёшь до середины, остановись и позвони ему, поняла?
— Он недавно звонил, я перезвоню ему сейчас.
Она пошла по направлению, указанному Ту.
— Я уже на месте, вы где?
— Уже подъезжаем.
Она положила трубку, отошла несколько метров и остановилась. Вскоре подъехала машина, вышли двое, лет тридцати, тот, что был повыше, подошёл к ней. Она нервничала вплоть до того, что дрожали колени.
— Девушка, вы Цин Ни Ван?
— А вы кто?
— Мы? Мы — насильники, насилуем примерно таких девушек, как ты, — расхохотались оба.
В этот момент в ней проснулась такая ярость, что не было страшно ни капли, она послала их и влепила тому, что повыше, пощёчину. Он вскрикнул, и сбежался народ, какая-то рука ухватила Цин Ни и запихала в машину. Прошло несколько секунд, как из машины выскочили парни, уложили их на землю и начали бить. Их затолкали в машину и увезли, охранники ресторана даже не успели сообразить, что произошло. Эти трое стояли на коленях, один из парней Ту Ге начал допрос, помахивая каучуковой дубинкой.
— Слышь, вы откуда? — спросил Ло ПуГань.
— Не спрашивай, братец, мы просто кочуем и бездельничаем, — ответил высокий, вытирая кровь со лба.
— Кто это тебе тут братец? — Ло ударил его ногой. — Говори! Откуда, кто отправил?
Тот, что ниже по росту, трясясь сказал:
— Я говорю, мы из уезда W.
— Кто вас отправил? Зачем вы договорились о встрече с адвокатом Ван?
— Нас отправил председатель суда Ху, говорит, есть одна… сучка, которая может его дело испортить.
— Это твоя мамаша сучка, — Ло ударил низкого так, что он упал навзничь. Затем повернулся к их водителю:
— Теперь ты говори.
— Да, да, это Ху нас отправил, — ответил водитель.
— Что вы хотели с ней сделать? — спросил Ло.
— Ху сказал нам, чтоб мы обманом затащили её в наш уезд, затем немного избили, чтоб заставить её молчать. Но он говорил, чтоб избили не сильно, а так, может, кость одну сломать и все, хватит, — с запинкой говорил водитель.
Цин Ни слушала, и у неё перехватило дыхание. В каком ещё государстве есть такие судебные чиновники? Взятки, обман, превышение полномочий, коррупция, теперь ещё и похищение, и избиение человека.
— Цин Ни, куда этих троих? — спросил Ту.
— Как куда? В полицию.
— Но мы не можем…
— Почему?
— Ну, мы тоже их схватили так-то… — ответил Ту.
— Тогда как нам поступить? — спросила Цин Ни.
— Ладно, мы сами всё уладим.
— Ту, будьте осторожнее и сами не нарушайте закон.
Она обернулась и на мгновение его взгляд показался особенным, через секунду он стал как всегда: