Вспомнил фразу из «Космических яиц», как президент Мудакер приказывает лорду Шлему (пародия на Дарта Вейдера): «Причешите пустыню!» В следующем эпизоде мудозвоны уже возят по песку огромной расческой. Адски креативен товарищ Мел Брукс, хотя и вторичен.
Вот ЮВе и принялся «причесывать» лес.
И нашел-таки Хорхе среди елок.
За один час двадцать минут до того ЮВе поспел к дому на Мальмвеген в тот самый миг, когда из подъезда вышла уже знакомая нам фигура Хорхе. Частный сыщик ЮВе, попятившись на несколько шагов, схоронился за углом. И надо сказать, вовремя. Выглянул. Заметил немалых габаритов детину, который как раз выбрался из-за руля меганавороченной тачки и пошел вслед за чилийцем. Но как-то странно. Не догнал, не поравнялся, а держался в нескольких метрах позади. Сомнения вскорости отпали — пасет.
Одет незнакомец был как классический югославский бандит: короткая кожаная куртка, шарф, черные джинсы, кожаные ботинки. Толщине его шеи позавидовал бы Халк. Плечищи не сходились на боках, а были косо расставлены, будто чувак по жизни таскал телевизор. Волосы русые с пепельным оттенком, прямая челка. Отечные скулы выдавали явный недостаток тестостерона.
Любопытно: за каким хреном Абдулкарим погнал его на такой шухер? Чтобы ЮВе побывал в шкуре проколовшейся полицейской ищейки? И хотя Хорхе был как на ладони, перехватить его ЮВе не решился. Еще любопытней, что за мебель этот югославский шкаф? Походу, сербская мафия тоже не прочь завербовать чилийского барыгу.
Пошел следом. Пришли на железнодорожную станцию. Стоя внизу у входа на эскалатор, ЮВе услышал, как подошла электричка. Влетел наверх, прыгнул в вагон. Сквозь дверное стекло соседнего вагона увидел серба. Отлично.
Все мысли ЮВе были поглощены преследованием. Про Камиллу он и думать забыл.
Серб сошел на Центральном вокзале. Чилиец наверняка тоже — раз серб его пасет. ЮВе спустился за ними в метро.
Доехал до «Технологического института». Замедлил ход, чтоб немного отстать от серба. Тут заметил Хорхе на автобусной остановке. Зашагал прямиком туда же. Всем видом показывая, будто маршрут 620 — единственная цель его жизни. Прошел в двух метрах от серба. Присоседился к чилийцу. Серб как будто не заподозрил ничего такого, а все равно ЮВе просто кожей чувствовал его присутствие: словно с глазу на глаз стоял с ним с тесном лифте. Чувак реально внушал.
Хорхе сел в автобус, там были еще люди, но серба среди них не оказалось. Куда девался? Хорхе сидел, припертый сбоку сорокалетней теткой. На коленях она держала сумку. На сиденьях впереди угощались мороженым два ее чада. Одно сиденье позади Хорхе было свободно, на соседнем расположился сельчанин в картузе. Обстановка не располагала к предметному базару с чилийцем — придется подождать, когда сойдет. ЮВе сел на самой галерке.
Сошли на одной остановке. Подождав, пока чилиец не отойдет метров на сто, ЮВе пошел за ним. Тут увидел, как мчится новый серб. Просек, что Хорхе сейчас примут. Не прошло и полминуты, как раздался вопль. ЮВе очканул. Как быть? Метнулся к деревьям. Прикинулся ветошью, не отсвечивал, вслушивался. Выждал. Теперь вот пришел на то место. Стал искать. Нет, не видать. Пройдя сотню метров с одного края дороги, ЮВе переместился на другой. Убить час-другой на поиски не вопрос, лишь бы найти.
Кто-то вскрикнул. Глуше, чем в первый раз, но так же жалобно.
ЮВе пошел на крик. Осматривая все кругом. Черные деревья, тропинки, устланные хвоей. Кое-где ели склоняли свои юбочки к самой земле, не давая любопытному взору проникнуть под свой покров. ЮВе подлезал, задирал юбки, заглядывал. Елки в ответ кололись иголками. С лесным ориентированием у ЮВе был ахтунг, чего уж там. К тому же он чуть не усерался со страху.
Пошарившись так еще метров семь, наткнулся на авоськи со жратвой. Взял след. Чуть подальше кто-то лежал, свернувшись клубочком. Чилиец? Да жив ли?
Огляделся. Сербов не видать. Позвал. Не ответили. Приблизился. Чилиец лежал замертво. ЮВе сел рядом на корточки. Окликнул Хорхе по имени. Возиться со жмуром ему ну никак не улыбалось.
Наконец чилиец подал признаки жизни.
Не открывая глаз, промямлил:
— Вали!
ЮВе оторопел, не зная, что и ответить. Подумал: живой, это радует. Вот только сам сможет ли прочухаться? Неотложку вызывать — проблем не оберешься.
— Ну что? Ты как? Помочь?
— Сказал же: вали!
— Повезло тебе, жив остался. А я битый час тебя ищу. Я тебя знаю. Знаю, кто ты такой.
Хорхе приоткрыл глаз. Сказал с чуть заметным акцентом:
— А ты сам-то кто, мать твою?
— Юхан. Послушай, я вообще без понятия, кто тебя так и за что. Но отделали тебя — мама дорогая. Подлатать нужно. Но сперва выслушай. У меня для тебя шикарные новости.
— Блядь, да уйди же ты, тебе говорят. Я тебя знать не знаю. И в глаза не видел.
— А ты напрягись. Ты — Хорхе Салинас Баррио. Двадцать девятого августа бежал из Эстерокерской тюрьмы. С той поры тебя ищут, так что жизнь у тебя наверняка не сахар. Но ты большой спец по кокаину. В Стокгольме по этой теме тебе вообще равных нет. Ты слушаешь? Нет?
Хорхе не шелохнулся. Не ответил. Ну, молчание — знак согласия.
— Я работаю на араба. На Абдулкарима Хаджи, знаешь такого?
Хорхе снова поглядел на ЮВе. Мол, выкладывай дальше…
— Он подгоняет кокс. Я типа продаю его стурепланским мажорам, очень нехило с них имею. Не мелочатся, дают по тысяче сто за грамм. Круто, да? А ты прикинь, если мы закупочную цену еще собьем. А чтобы сбить, нам бы расшириться. Тебя мы знаем, жизнь у тебя того, хреновая, без помощников никуда. Охотятся за тобой, видимо, не одни копы, кое-кто еще. Забей. Будешь с нами, решим этот вопрос. Поможем подняться. Выправим паспорт, подкинем деньжат, все такое. Копам хрена лысого. Этим сербским гориллам тоже от винта. Согласишься работать на нас — будешь в шоколаде.
ЮВе перевел дух. Ему было до фени, что Хорхе валялся перед ним в полной отключке. Так раздухарился — несколько дней ведь вынашивал речугу. Как тут заткнуть фонтан красноречия?!
— Послушай, мы отслеживаем развитие в Стокгольме. Кокаин перебирается из центра в пригород. Это реальная тема, новый опиум для народа. Станет таким же доступным, как травка. Цены падают день ото дня. Когда тебя посадили, за грамм давали тысячу двести. Сейчас многие предлагают восьмидесятипятипроцентный кокс по восемьсот. Из-за этого оборот растет как на дрожжах, а у нас крутые замазки, так что берем оптом еще дешевле. Совокупная выручка вырастет в разы. Вот тут ты нам и пригодишься, поможешь увеличить оборот. Главным образом в пригороде. Ты и мы, мы вместе, будем королевать в Стокгольме. Сечешь? Королевать!
Хорхе взмолился:
— Maricon. Скройся.
Часть II(четыре месяца спустя)
Протокол
заседания Суда первой инстанции гор. Стокгольма
Дело № Т 3245-06
Председательствующий по делу:
судья Патрик Ренбек
Протокол:
секретарь судебного заседания Оскар Хевермарк
Стороны:
ИСТИЦА:
Анника Шеберг, 17.02.1969 г. р., проживающая по адресу: 117 69, СТОКГОЛЬМ, Грендальсвеген, д. 172.
Присутствует лично.
Представитель и помощник истицы по правовым вопросам:
адвокат Йоран Инсуландер, адрес: 112 21, СТОКГОЛЬМ, а/я 11244.
Присутствует лично.
ОТВЕТЧИК:
Мрадо Словович, 03.02.1967 г. р., проживающий по адресу: 116 39, СТОКГОЛЬМ, Катарина-Бангата, д. 37.
Присутствует лично.
Представитель ответчика:
адвокат Мартин Томассон, адрес: 112 31, СТОКГОЛЬМ, а/я 5467.
СУЩЕСТВО ДЕЛА:
родительские права, совместное проживание, общение и т. п.
___ ___ ___ ___ ___ ___ _____
Председательствующий изучил следующие материалы дела:
ТРЕБОВАНИЯ СТОРОН:
Йоран Инсуландер сообщает, что Анника Шеберг впредь требует передать дочь Ловису на ее единоличное попечение.
Мартин Томассон сообщает, что позиция Мрадо Спововича состоит в следующем. Он не согласен с требованием Анники Шеберг. Со своей стороны, он требует впредь предоставить ему разрешение на общение с дочерью Ловисой еженедельно с 18.00 вторника до 18.00 пятницы.
Йоран Инсуландер сообщает, что Анника Шеберг не согласна с требованием Мрадо Слововича. Она согласна выделить Мрадо Спововичу следующее время для общения с дочерью Ловисой: раз в две недели с 18.00 вторника до 18.00 среды.
ОСНОВАНИЯ и пр.
Йоран Инсуландер изложил следующие основания для иска Анники Шеберг и обстоятельства по существу дела. Анника Шеберг и Мрадо Словович заключили брак около девяти лет назад. Через два года у них родилась общая дочь Ловиса. Для блага Ловисы предпочтительней ограничить ее общение с отцом Мрадо Слововичем, поскольку последний оказывает вредное влияние на дочь, а кроме того, оставлять ее с отцом опасно для ее здоровья. Вдобавок М. Словович не может нормально забирать дочь для общения и отдавать ее обратно из-за проблем общения с А. Шеберг. При передаче Ловисы М. Словович неоднократно угрожал матери ребенка. Тем не менее А. Шеберг не против ограниченного общения Ловисы с отцом, поскольку в интересах ребенка поддерживать контакт с обоими родителями. Ловиса не спрашивает об отце в его отсутствие. С 2002 года отношения между сторонами начали портиться. М. Словович не ночевал дома, а днем в основном спал. Он злился на дочь, когда она кричала или шумела, не занимался ее воспитанием. А. Шеберг единолично кормила дочь и следила за ее гигиеной. Из-за непрекращающихся контактов М. Слововича с уголовным миром весной 2004 года А. Шеберг решила подать на развод. М.Словович был крайне рассержен этим решением и стал угрожать матери, в частности сказав, что увезет дочь к себе в Сербию. Еще он дважды угрожал «свернуть шею» А. Шеберг за то, что она не позволяет ему проживать совместно с Ловисой. С 2004 по 2006 год у М. Слововича возникали трудности в общении с дочерью. Так, он мог подолгу, однажды до четырех месяцев, не видеться с Ловисой. Часто М. Словович не возвращал дочь в установленное время, без разрешения А. Шеберг оставляя ее у себя дольше, до трех дней свыше положенного срока. После общения с отцом Ловиса выглядит взбудораженной, плохо спит. Находясь у отца, она весь вечер проводит за просмотром видео, не получает нормального питания, поскольку отец не умеет готовить. Он продолжает поддерживать преступные связи, ранее был судим за тяжкие преступления. По словам знакомых А. Шеберг