— У меня там сестра, — бросил он. — Работает в какой-то больнице.
Йовита спала на заднем сиденье, обняв сына. Мажена, как всегда бдительная, впервые с подозрением посмотрела на него.
— Это не подстава, — заверил он. — Случайность.
— Я не верю в случайности. Фамилия.
— Магда Прус, по мужу Мацкевич. Знаешь?
Она покачала головой, а потом задумалась. Куба понял, что она перебирает лица в памяти. Он готов был дать голову на отсечение, что ей знакома фамилия врача. Это был маленький город.
— Тогда нанесем ей визит, — решила Мажена. — Звони сестричке, чтобы подготовила нам теплые кроватки. Мы будем у нее через пару часов. И что-нибудь пожрать тоже не помешало бы. Мелкий не ел ничего горячего с тех пор, как мы выехали.
— Она не очень общительная, — начал выкручиваться Куба. — И явно меня не переносит. Она старше лет на двадцать.
— Да ты что?
— Ее удочерили. Меня случайно на старости лет сделали. В рубашке родился.
— Счастливчик?
— Как холера.
Магда застыла, увидев в глазок своего блудного брата. Каждое его появление сулило неприятности. Он никогда не звонил просто так. А если уж приперся сюда, то не слезет, пока она не даст ему удовлетворяющую его сумму. Исчезал братец всегда тоже в своей эксклюзивной манере. Он скитался по миру, постоянно менял места жительства. Для налоговиков и многочисленных кредиторов он был практически неуловим. Он в совершенстве овладел искусством заметания следов. Магда могла узнать, где находится ее брат, только от него самого, если у него как раз случилась депрессия и появилась необходимость в деньгах. Либо от судов, прокуратуры и приставов, которые на ее домашний адрес присылали повестки. Она постоянно просила, чтобы брат не впутывал ее в свои махинации, но все равно каждый раз помогала ему. Все-таки они были семьей, и она не могла отказать ему в поддержке.
Артур уже спал, поэтому она накинула халат и на цыпочках вышла на лестничную клетку. Только тогда она увидела, что Куба не один. Хуже того, обеих женщин она видела в городе. Более смелая из них походила на даму легкого поведения. Вторая, со спящим ребенком на руках, была даже очень симпатичная, и, если бы над ней поработать, из нее можно было бы сделать человека. Но раз уж она таскается в обществе ее брата-психа и проститутки, то инстинкт самосохранения у нее отсутствует напрочь.
— У меня нет возможности принять вас на ночлег. Мог бы и позвонить, — отчитала она брата.
— Телефона не было, — соврал он.
— Продал или потерял.
— Наверное, так и было, сестрица. — Он покорно склонил голову. — Но куда нам идти? Ночь на дворе.
— Здесь не деревня. Гостиницы работают круглосуточно.
— Мадя, ребенок ничего не ел. — Куба состроил жалостливую физиономию. — Как я могу бросить женщин на произвол судьбы?
— Неужели? — тяжело вздохнула Прус. — Я сейчас разрыдаюсь от сочувствия.
— Мы только разберемся с одним делом и завтра смоемся. А Гиппократ будет гордиться тобой, если ты поможешь ближнему.
— Я этого не вынесу. Вечно ты вляпаешься в какое-нибудь дерьмо.
— Это последний раз, — повторил он свою затертую фразу. Они оба знали текст на память, так же как и тон, каким Куба произносил ее. Поэтому он добавил для серьезности: — Даю слово.
— Подождите.
Сестра скрылась в квартире.
Они ждали на лестнице. Куба рассказывал анекдоты, Оса хохотала, а Иовита все более влюбленными глазами глядела на молодого красавца.
Наконец Магда вышла со связкой ключей в руках. Жестом позвала их следовать за ней. Села в свою машину, но, поскольку Артур редко позволял ей водить, ехала она исключительно осторожно. Тем временем Куба постоянно подрезал ее, демонстрируя свои водительские умения. Когда они доехали до старой инфекционной больницы, она отвела их в одну из палат, в которой вдоль стены стояли девять перекошенных кроватей. Принесла из кладовой несколько пледов и запретила включать свет.
— Завтра мы найдем что-то другое, — обратилась к ней более симпатичная блондинка. — Благодарю от имени сыночка.
Магдалена промолчала. Брат утверждал, что завтра они уедут, хотя она знала, что это полный бред. Она была обеспокоена, чувствовала, что Куба опять ввязался в неприятности, но единственным выходом было не задавать никаких вопросов. Только так можно было обеспечить себе непричастность.
Ребенок, которого они привезли с собой, спал как убитый. Наверное, он удивится, проснувшись в незнакомом месте, хотя, может, он и привык к кочевому образу жизни. Магда посмотрела на мальчика и спросила:
— Это твой?
На лице Иовиты появились гордость и забота. Мать погладила малыша по спине. Магдалена облегченно вздохнула. По крайней мере, она имела дело не с похитителями детей.
— Отдыхайте, — сказала она. — Только не устраивайте беспорядок, пожалуйста.
— Мы? — ужаснулся Куба. — Никогда в жизни!
— Именно тебя я и имела в виду! — грозно подчеркнула Магда, а потом отозвала брата в коридор. — Что тебе тут надо, мелкий?
— Бизнес, — улыбнулся он.
— Как давно ты не работаешь в телефонной компании?
— Ой, и не помню уже.
— На что живешь?
— То тут, то там что-то перепадает, — пробормотал он. — Как обычно. Но с хакерством и подслушкой покончено. Не бойся.
— Тебя ищут. Ко мне приходила полиция. Ты устроил в моем подвале склад краденой обуви. Знаешь, сколько у меня было неприятностей из-за тебя? Надо было сказать. Я бы дала тебе ключ от подвала в клинике.
— Сорри, сестра. Это было не очень удачное время.
Магда, как всегда, попалась на мину номер четырнадцать:
«пожалейте меня маленького».
— На этот раз избавь меня от лишних хлопот, будь любезен. Свою жизнь уничтожай, сколько хочешь, но не рассчитывай, что я опять буду вытаскивать тебя из тюрьмы. Я тебе не мать.
— Ясно, как солнце. Я больше не собираюсь на отдых. Одного раза вполне достаточно.
— Я борюсь здесь за кресло директора, в худшем случае зама. Сечешь?
— А что я должен сечь? Как всегда, успешная женщина.
— Кто эти девки?
— Подружки.
— Та косая — проститутка. Я узнала ее. Вторая тоже?
— У меня с ними ничего общего! — Он ударил себя в грудь. — Только бизнес. К тому же я тут инкогнито. И, если не трудно, называй меня Мареком.
Магда решила не продолжать допрос.
— Делай что хочешь, но подальше от меня.
Куба положил руку ей на плечо. Так, как это делал отец, стараясь поддержать детей.
— Ты всегда можешь на меня рассчитывать.
Она прижалась к нему.
— Я просто беспокоюсь о тебе.
— Помни, — подчеркнул он. — Я просто хочу, чтоб ты знала.
— Я знаю.
Глаза Магды наполнились слезами. Кубе хотелось рыдать со смеху, но он твердо держал мину номер двадцать два: «Я как Завиша. Завиша Черный. Твой брат». Она всегда действовала. И сейчас тоже. Магда сунула руку в карман и протянула ему несколько банкнот.
— Купите ребенку молока, когда он проснется.
— Да, мамочка. — Он подмигнул ей.
— Попрощайся от меня со своими дамами. — Магда потрепала его по щеке и пошла ровным шагом, не оборачиваясь.
Мажена проснулась первой и разбудила остальных. Йовита, как всегда, долго потягивалась. Они с Томеком безмятежно дурачились в кровати, словно это было рождественское утро и им сейчас предстояло заглянуть под елку и раскрыть подарки. А ведь у них была уйма работы и всего несколько дней на подготовку.
— Марек! — Она еще раз потрясла за плечо крепко спящего парня. С закрытыми глазами и ртом он напоминал херувима. Пухлые губы, прямой нос, выразительные скулы. Он был в ее вкусе. Ей нравились брутальные мужики с детскими лицами и темным прошлым. Она была немного зла на него, потому что слышала, как ночью он пытался приставать к подруге, абсолютно игнорируя ее, Осу. Дело было даже не в ревности, потому что если бы он даже влез в ее постель сегодня ночью, то она бы его оттуда быстро вышвырнула. Но завтра, кто знает, может, и согласилась бы. Сегодня ей просто хотелось выспаться. Неужели он думает, что она глухая? Только после того, как она бросила в него подушкой, он оставил Иовиту в покое. Сейчас херувим открыл один глаз, и по его лицу она сразу поняла, что прервала эротический сон. Почему ее это не удивило?
— Ничего не говори. — Мажена остановила его жестом.
— Ты злишься?
— Нет, — буркнула она. — Пусть Йовита с малым приводят себя в порядок, а мы за это время встретимся кое с кем.
— А сама не справишься?
— Вы посмотрите, какой занятой! — Она наклонила голову и засмеялась. — Я тебя на работу взяла, а не на отдых в санатории. Мне нужны финансы, в том числе, чтобы заплатить и за твои услуги. Идем за деньгами.
Мотивация подействовала. Он скинул одеяло, протер глаза. При виде ребенка и Йовиты слегка смутился и побыстрее натянул на голый торс майку. Когда он вышел в коридор, Мажена уже стояла у входа в здание и считала монеты.
— Давай мелочь.
Он вытащил наружу пустой дырявый карман.
— Неизлечимый нищеброд. Я тебя сразу расшифровала, — припечатала Оса.
Она подошла к машине, долго копалась в бардачке. Наконец наскребла горсть монет и телефонную карточку.
— Аллилуйя! — широко улыбнулась она. — Мы спасены.
Телефонная будка располагалась у самой дороги. Он не понимал, почему должен стоять в стороне и смотреть, как она трещит в трубку.
— Ты на шухере. Если кто будет идти, отвлеки. Никто не должен меня видеть.
— Зачем все это? — промямлил он. — Я есть хочу.
Она подошла к нему и задрала голову.
— Я не буду с тобой нянчиться, ясно? Ты должен быть мужиком. Не устраивает — гудбай.
Куба поднял руки.
— Ладно, ладно, — капитулировал он. — Но раз уж я организовал ночлег, ты сообрази что-нибудь пожрать. Только безо всяких там вегетарианских глупостей. Я хочу мяса.
— Если все пойдет по плану, то сегодня мы будем приглашены на шикарный банкет. Причем не абы к кому.