— Ну да, есть немного, — кивнул Егор.
— Ну, тогда здесь не пропадешь. Не будешь дураком и пойдешь под крыло к Ляхову — будешь в шоколаде. — Сиротин повернулся к прыщавому и второму активисту, который уже оклемался от резкой боли и делал вид, что ничего особенного не произошло: — Ну что, конфликт исчерпан?
— Угу, — неохотным хором подтвердили оба, не глядя на майора и пронзая Егора исподлобья убийственными косыми взглядами.
— Так… оба быстро за мной, сейчас я с вами отдельно потолкую.
Сиротин развернулся и, уходя, бросил прощальный взгляд на Егора, одобрительно ему подмигнув.
Эта история получила свое продолжение через некоторое время, когда прибывший этап уже вышел в общую зону и Егора распределили в девятый отряд. При распределении на работу, Егор по собственному желанию вызвался работать в мебельный цех. Еще учась в школе, он практиковался на учебно-производственном комбинате по специальности деревообработка, и по окончании практики получил свидетельство сборщика мебели второго разряда. За время обучения на УПК, конечно, он особой квалификации не получил, но в итоге все же мог работать и на циркулярке, и на фуговальном, и даже на токарном станке. В те дни, когда занятия проходили не на мебельной фабрике, а в классах УПК, старшеклассники-мебельщики учились на резчиков по шпону. Егору тогда очень нравилось вырезать и составлять из разноцветных кусков натурального шпона ценных пород дерева целые картины на лицевую поверхность изделий. Эти заготовки назывались «рубашками». Впоследствии, «рубашки» запрессовывались на основу из простого дерева, шлифовались и покрывались лаком. В итоге, после всех этапов работы, получались очень красивые вещи — журнальные столики, дорогие подарочные наборы шахмат или нард. Мог ли предположить тогда Егор, что через несколько лет в здании бывшего учебно-производственного комбината будет находиться республиканский отдел по борьбе с организованной преступностью, а он вернётся в старые кабинеты уже в роли опасного преступника, доставленного туда под конвоем, в наручниках, через всю страну. Не то, что такой мысли, но даже возможности помыслить о том, что интересное, но не очень, на его мальчишеский взгляд, практичное умение набирать «рубашки» из шпона когда-то пригодится ему в далекой мордовской колонии, не было у того мальчишки… Эх, если бы знать заранее, куда нас приведет та или иная дорога, многое, наверное, было бы по другому…
В мебельном цеху Егора, как новичка, для начала поставили работать на шлифовальный станок, благо эта работа особых навыков не требовала. Правда, из-за древности оборудования и постоянно барахлящей вентиляции, за день у шлифовального станка мелкой древесной пыли наглотаешься вдоволь, но, как говорится — лиха беда начало. О том, что древесная пыль из лёгких практически не выводится, не думали ни в администрации колонии, ни сами зэки. Как-то вечером, вернувшись из «промки» после работы, он, как обычно, вышел размяться на неплохо оборудованную спортплощадку около небольшого стадиончика, на котором осужденные в свободное время могли погонять в футбол или позаниматься на сваренных из металлических труб турниках и брусьях. Егор аккуратно растягивался, высоко закинув ногу на перекладину стальной шведской стенки, забетонированной в землю неподалеку от турника. Увлеченный своим делом, он, тем не менее, краем глаза видел троих парней спортивного вида, с интересом наблюдающих за ним со стороны. Из этой троицы явно выделялся высокий светловолосый парень, одетый в черные джинсы, заправленные в высокие черные же кроссовки и форменную куртку от профессионально ушитой по фигуре робы, на рукаве которой красовался нашитый «косяк» — знак бригадира. Егор наметанным взглядом уловил перебитый нос блондина и ту неуловимую ленивую хищную грацию, которая отличает хорошего бойца от просто спортивных молодых людей. При этом, у блондина не было ни гипертрофированных мышц, ни пудовых кулаков, ни какого-то угрожающего вида, однако экономная скупость движений, уверенный взгляд голубых с искорками глаз и та неуловимая взглядом, но хорошо ощущаемая на подсознательном уровне энергия готовой в любую секунду взорваться бомбы, заключенная в обычном с виду человеческом теле, говорили опытному глазу о многом.
— Здорово, — блондин, отрываясь от спутников, сделал несколько шагов и протянул Егору руку.
— Привет, — Егор неторопливо снял ногу с перекладины и, доброжелательно посмотрев подошедшему в глаза, ответил на рукопожатие.
Несколько секунд парни мерялись, у кого кисть крепче, а потом, как бы признав боевую ничью, одновременно разжали руки.
— Что, тренируешься? — в голубых с серыми прожилками глазах блондина нет-нет, да и проскакивали лукавые чертенята.
— Ну да, — пожал плечами Егор, — после работы вышел немного размяться.
— А чем занимался, если не секрет?
— Да какой там секрет. Всем понемножку, но в основном каратэ.
— Так это ты, что ли, тот самый Каратила, который недавно в карантине отмудохал Исмаила и Тимоху?
— Получается, что я, — кивнул Егор.
— Это были пацаны с моего шестого отряда, — расплылся в улыбке блондин, — я там бригадир. Про Беса слышал? Так вот — это я.
Егор, не зная что сказать, только молча кивнул в ответ. Несмотря на то, что с бригадиром шестого отряда он еще не сталкивался, он уже был немного в курсе происходившего в лагере и знал, что Бес, или Вова Бессонов, был правой рукой Ляха — смотрящего по зоне. Ходили слухи, что Бес в прошлом был весьма приличным боксером, чуть ли не чемпионом Союза.
— Может, поработаем с тобой немного в охоточку? — улыбка блондина стала еще шире. — Очень уж мне охота собственноручно пощупать, того кто Исмаила наказал.
— Отчего же не поработать, — Егор, прищурив глаза, улыбнулся в ответ. — Только вот по каким правилам? Ты, как я слышал, боксер. Я — каратист. Надо бы заранее решить, как мы с тобой работать будем.
— А давай по вольным правилам, — с деланной ленцой предложил Бес, испытующе глядя на собеседника. — Ты будешь работать как ты умеешь, ну и я, в свою очередь, буду делать то, что я могу — а там уже как фишка ляжет.
— Хорошо, — согласился Егор.
Бес оглянулся назад и кивнул сопровождавшим его парням, которые молча слушали весь разговор.
— Макс, перчатки нам, живо.
Низенький крепыш в черной майке тут же наклонился к пакету, лежавшему на земле, и достал оттуда две пары потрепанных боксерских перчаток. Выпрямившись, он протянул их Егору и Бесу.
— Выбирай первым, какие нравятся, — Бес доброжелательно смотрел на Егора.
— Да любые, — Егор решительно взял черную пару перчаток и начал натягивать их на руки. Он знал, что перчатки сузят его возможности и облегчат работу его привычному к толстым перчаткам сопернику, но отказываться от защиты в дружеских «постукалочках» было неудобно, а некоторый опыт работы в перчатках у него всё же был.
— Макс, помоги ему одеть перчатки, — кивнул спутнику Бес и, скинув свою куртку, с помощью второго спутника стал деловито натягивать себе на руки — оставшуюся в пакете синюю пару перчаток. В какой-то момент он снова взглянул на Егора и, как бы извиняясь, заметил: — Только ты извини, брат, капа-то у меня одна.
— Ладно, обойдусь, — махнул рукой Егор, уже натянувший свои перчатки.
Он попрыгал на ногах и немного «пораскидывал» руки, отстраняясь от окружающей обстановки и настраиваясь на предстоящий поединок. Бес, надев свои перчатки, сделал несколько качков корпусом вправо-влево и, выстрелив великолепную скоростную серию ударов руками, приглашающее махнул рукой своему сопернику, как бы показывая, что он готов к бою. Егор только кивнул в ответ и вышел на площадку. Он решил для начала поработать только руками, чтобы доказать Бесу, что каратисты тоже не плохи в бою на руках.
Когда противники разошлись в разные стороны, все, кто находились на площадке, побросали свои дела и расселись поудобней, чтобы понаблюдать интересный спектакль, разворачивающийся прямо у них на глазах. Жизнь на зоне более богата событиями, чем на «крытке», но от такого зрелища и на воле немногие отказались бы. Противники легонько стукнулись перчатками в знак приветствия, и бой начался. Бес был повыше Егора на полголовы и обладал очень длинными руками, он первым пошел вперед, прощупывая своего противника тяжелыми джебами левой. Егор пропустил пару чувствительных ударов, приняв их на опущенный лоб, и стал закручивать в сторону, сбивая удары противника подставками правой перчатки. Кулак в перчатке был в два раза больше голой руки, и ловить удары Беса, не вкладывавшего в удары всех своих немалых сил, было нетрудно. Выждав момент, он, уклоняясь от прямого удара правой, качнул корпус в сторону и на возврате быстро пробил боковой удар слева, целя Бесу четко в челюсть, но тот будто ждал этого, и, перекрывшись подставкой локтя, тут же ответил мгновенной серией ударов руками в корпус и в голову. По вскинутым в защите рукам Егора как будто прошлись кувалдой — опытный Бес явно ожидал такой атаки и контратаковал уже в полную силу. Мгновенно разорвав дистанцию, Егор только крякнул, представив себе, что бы с ним стало, не успей он в последний момент спрятать челюсть за плечо, в которое и пришелся завершающий серию боковой правой. Скорее всего, на этом бой для него был бы закончен — достаточно «поплыть» на две-три секунды, и Бес наверняка не упустил бы шанса добить противника. Да, опыта Бесу явно не занимать, играть с ним на его поле — верный путь к поражению. Уловив, что Бес частенько норовит сократить дистанцию, чтобы поработать в плотном обмене, Егор решил попробовать поймать его на неиспользуемый в боксе удар рукой с разворота. Дернув Беса прямым левой, он специально открылся под ответный прямой правой, и когда тот кинулся вперед, Егор быстро развернулся вокруг своей оси, нанося круговой кикбоксерский удар ребром правого кулака в голову противника. Однако Бес, в отличие от чистых спортсменов-боксеров, обладал опытом работы против разных противников. Прочитав намеренье Егора как с листа, он легко нырнул под бьющую руку и