По мнению Егора оба и Артур и Заур были выдающимися мастерами, исповедующими очень разные, но в одинаковой мере эффективные подходы к решению одной и той же задачи — достижение победы в бою.
— Ну как, понял? — Заур снова остановил удар ногой в нескольких сантиметрах от лица Егора и махнул ему рукой, давая понять, что урок закончен.
— Понял, конечно, что мне нужно еще работать и работать, — ответил тот.
— Вот! — торжествующе поднял палец Заур. — Именно работать, а не энергию по меридианам гонять или мысленные бои прокручивать.
Он сел прямо на пол скрестив ноги по-турецки, парни населись вокруг него и тогда Заур продолжил.
— Я тут недавно сидел в квалификационной комиссии на сдаче экзаменов на пояса. Работает перед нами худенький такой парнишка, крутит какие-то ката, и вроде бы все ничего, но как-то без души он это делает. Ну, нет наполненности в его действиях, так одна видимость. Я его потом спросил, как наносится прямой удар, так он мне без запинки оттарабанил что шар энергии «ци» собирается в «дань-тяне» и волновым импульсом посылается от бедра через корпус в бьющую руку. Вот ведь блин завернул, ему бы для начала просто научиться бить по правильной траектории и включать в удар большие мышцы тела, а он туда же куда и наши корифеи мастера внутренних стилей — «энергия ци», «дань тянь» «большой меридиан», малый… Тьфу!
Тесное общение с Зауром не повлияло на отношение Егора к словам Артура. Он понимал, что есть разные подходы к решению одной и той же задачи — скорейшее подавление противника в настоящем бою. Часто приверженность к тому или иному стилю рукопашного боя определяется личными пристрастиями бойца. Егору было ближе то, что давал Артур, но он не хотел замыкаться в каких-то рамках, охотно учился чему-то новому.
Глава 7
Теплым солнечным майским деньком Егор выбежал из подъезда со свернутым полиэтиленовым пакетом в руках. В пакете лежали туфли, которые давно уже надо было отнести в починку, но у него все никак не доходили до этого руки. Выбежав из подъезда, Егор быстрым шагом отправился в мастерскую, которая находилась в паре кварталов от его дома. Подходя к мастерской, он увидел, как туда уже входит длинноволосая высокая и стройная девушка с очень красивой фигурой. Он невольно прибавил шаг, желая успеть рассмотреть ее поближе, пока она не вышла от сапожника.
У Егора, которому уже исполнилось двадцать лет, до сих пор не было постоянной девушки. Как-то не складывались у него отношения с женским полом. Учеба и фанатичное увлечение каратэ не оставляли ему много времени для ухаживания за девушками, хотя основная причина была даже не в этом. Марик, например, всегда находил время для своей Алины, и не только для нее. Просто, наверное, Егору до сих пор не встретилась та девчонка, за которой ему было бы интересно ухаживать.
Егор вошел в мастерскую, показавшуюся ему совсем темной после яркого солнечного света. Заинтересовавшая его девушка стояла около окошка спиной к нему и мелодичным голоском объясняла что-то сапожнику. Егор остановился и с интересом стал ожидать, когда она закончит разговор и пойдет на выход, чтобы посмотреть, так ли она красива на самом деле, как ему показалось издали. Девушка взяла выписанную ей квитанцию и повернулась на выход. Егора как будто ударило током. Девушка действительно была очень красива, но главное — это была его бывшая одноклассница Яна, сидевшая с ним два года за одной партой. Та самая Янка-обезьянка, которую он когда-то дразнил и дергал за косички. Та самая, у которой он когда то давно списывал домашние здания по русскому языку и по математике и которая из вредности смешно закрывала ладошкой свою тетрадку. После седьмого класса она уехала из их города. Ее отец был военным и получил назначение в Германию. Егор уже совсем забыл про бывшую одноклассницу, и вот, через много лет он встретил ослепительную красавицу, с трудом узнав в ней прежнюю нескладную девчонку, когда то сидевшую ним рядом.
Сейчас, спустя шесть лет, Яна выглядела просто как модель с обложки. На ней было легкое синее платье с разрезами по бокам, которые открывали стройные ножки в красных туфельках. Ее красивое лицо, с большими синими глазами, в которых можно было утонуть как в море, обрамляли распущенные густые темные длинные волосы, спускавшиеся на высокую грудь, задорно торчащую под тонким платьем.
— Привет — с трудом выдавил из себя Егор.
— Здравствуйте. А мы разве с вами знакомы? — девушка остановилась и с удивлением вздернула вверх густые черные брови.
— Да Яна, ведь мы с тобой два года за одной партой сидели.
— Ой, Егор, это ты? — Яна всплеснула руками и оценивающе осмотрела его. — Столько времени прошло, ты так возмужал. Я ведь тебя действительно не узнала.
— А я тебя сразу узнал, — утопая в синих глазах Яны, ответил он. — Ты стала такой красивой. Я сейчас, глядя на тебя, прямо голову теряю.
— Егор, да ты прямо стал галантным кавалером, — кокетливо ответила Яна и повернулась так, чтобы лучи солнца лучше подчеркивали ее профиль и красивую стройную фигурку. — Пойдем на улицу, а то здесь в мастерской как-то неудобно разговаривать.
Он вышел вслед за ней, совсем забыв о туфлях, которые должен был сдать в ремонт.
— Ты давно вернулась?
— Да месяц как. Я, после возвращения из Германии закончила медучилище в Киеве, а теперь вот готовлюсь поступать в Саратовский мединститут ипока работаю медсестрой здесь в военном в госпитале, зарабатываю себе стаж перед поступлением. Но что это мы все обо мне, да обо мне, ты сам-то как? Чем занимаешься? — Яна искоса метнула лукавый взгляд на Егора. — Не женился еще?
— Да что ты! — протестуя, замахал руками Егор. — Какой там женился, слава Богу, меня пока еще не охомутали. Я сейчас учусь на четвертом курсе в нашем горнометаллургическом институте, занимаюсь спортом. Вот, пожалуй, и все обо мне.
— А каким спортом ты занимаешься?
— Каратэ.
— Ой, как интересно. Ну и как успехи? До черного пояса еще далеко?
— Пояс у меня простой — кожаный, чтобы штаны не падали. — Егор широко улыбнулся и хлопнул ладонью себя по плоскому животу. — Видишь, пока еще не наел трудовой мозоль, поэтому мне без пояса никак нельзя.
Яна залилась звонким смехом. За разговором они незаметно подошли к ее дому, обычной панельной пятиэтажке, которая находилась в нескольких кварталах от дома Егора.
— Ну вот мы и пришли. Приятно было увидеть тебя, — Яна протянула руку, прощаясь с бывшим одноклассником.
Егор, до этого почти всегда испытывавший смущение и неловкость в общении с противоположным полом, неожиданно для себя почувствовал прилив храбрости и решился.
— Яна, а могу я тебя увидеть еще? — краснея от смущения, спросил он. — Может быть, сходим вместе в кино, а потом погуляем? Как насчет сегодня вечером?
— Нет, сегодня я не могу, — Яна лукаво посмотрела на Егора, который не смог сдержать огорчения услышав начало ее фразы. — Сегодня у меня дежурство в госпитале, а вот завтра заходи часов в пять вечера. Тогда и сходим куда-нибудь.
Егор, услышав окончание фразы, поначалу не поверил своим ушам, а потом с трудом, поняв, что не ослышался, весь расцвел как майская роза.
— Здорово! Завтра ровно в пять я буду у тебя. Ты ведь в этом подъезде живешь?
— Да, в первом подъезде, на первом этаже, дверь сразу направо, — Яна вытянула руку. — Видишь этот не застекленный балкон? Там моя комната. Ладно, до завтра, я побежала, а то мне еще к дежурству подготовиться нужно.
Яна легко взбежала по ступенькам и, открыв растрескавшуюся от времени деревянную дверь, скрылась в подъезде. Егор проводил ее взглядом и как мальчишка-первоклассник, размахивая на бегу сумкой, вприпрыжку побежал обратно в мастерскую. Его переполняли эмоции. Еще ни одна девчонка никогда ему так не нравилась. Яна казалась ему богиней, сошедшей с Олимпа, и то, что он только что шел с ней рядом, разговаривал и дышал одним с ней воздухом, переполняло его счастьем.
— Завтра! — подпрыгнув на бегу, как полоумный заорал он, до полусмерти перепугав бабулек, чинно сидевших на скамейке.
Весь следующий день он постоянно смотрел на часы, подгоняя взглядом стрелки, тянувшиеся по циферблату с черепашьей скоростью. Без пяти минут пять, гладко причесанный, одетый по парадному — в белую рубашку и черные брюки, с наглаженными до бритвенной остроты стрелками, которые упирались в начищенные до зеркального блеска черные туфли, Егор, благоухающий отцовским дезодорантом, с букетом алых роз стоял около двери Яниной квартиры. Ему открыла дверь мама Яны — красивая женщина немного за сорок, очень похожая на дочь. При взгляде на нее Егор вспомнил отцовскую присказку. Хочешь посмотреть, как будет выглядеть твоя жена через двадцать лет — посмотри на ее маму. Увиденным Егор остался весьма доволен.
— Здравствуйте. А Яна дома?
— Дома, заходи, — женщина посторонилась, пропуская Егора внутрь. — А ты, наверное, Егор, Янин одноклассник?
— Да. И не только одноклассник. Мы с ней больше года за одной партой сидели. Я у нее постоянно списывал диктанты по русскому, а она из вредности прикрывала тетрадку ладошкой.
Женщина рассмеялась.
— Да, она не любит, когда списывают. Яна, к тебе Егор! — А меня Надеждой Ивановной зовут, — она снова повернулась к Егору.
— Очень приятно, Надежда Ивановна. Мое имя вам уже известно.
— Егор, привет. Проходи в комнату. Подождешь меня чуть-чуть, а то я еще не накрасилась, — Яна, одетая в расклешенные голубые джинсы и белую майку, волнующе обтягивающую ее высокую полную грудь, открыв дверь в свою комнату, стояла в проходе, смотря на него своими синими как небо глазами.
Егор, увидев девушку, чуть не задохнулся от переполнявших его чувств. Разувшись, он прошел по коридору.
— Здравствуй, Яна, прекрасно выглядишь. Это тебе, — он немного смущаясь протянул ей букет роз.