Когда Егор побегал мимо затаившегося на земле заморыша, сбитого ловким ударом Сэмэла в самом начале драки, тот, уже вполне оклемавшись, исподтишка, прямо с земли всадил ему перочинный нож в правое бедро, чуть повыше колена. Егор, почувствовав внезапную резкую боль в бедре, оглянулся и увидел радостную кривую ухмылку заморыша. Еще не поняв, что случилось, он с размаха ударил его ногой в лицо, вбив гадкую улыбку в его гнилые зубы. В горячке, совершенно не обращая внимания на боль в ноге, он спешил на помощь товарищу. Егор срубил мощным ударом одного из противников Сэмэла, а со вторым тот справился сам, отправив его на землю мощным апперкотом в печень. Сразу после этого, яростно крича, Сэмэл погнался еще за одним местным парнягой, драпавшим от него во все лопатки.
Остановившийся Егор, быстро оглядел поле боя. Местные либо со стонами ворочались на земле, либо разбегались кто куда. Наконец пульсирующая боль в ноге напомнила о себе, и он, потрогав намокшую штанину, с удивлением увидел кровь у себя на ладони.
— Егор нам валить надо! — подскочил к нему Сэмэл. — А то эти козлы подмогу или ментов приведут. Что это у тебя на руке?
— Да вот этот гад зацепил ногу чем-то, ножом, наверное. Я что-то на ней стоять совсем не могу, — растерянно ответил тот, тщетно в темноте пытаясь посмотреть, что же там у него с бедром.
— Стас, помоги, — Сэмэл и Стас дружно подхватили Егора под руки и бегом потащили его с пустыря в сторону дороги.
Он бежал, поддерживаемый с боков двумя товарищами, с каждым шагом прихрамывая на раненую ногу все больше и больше. Адреналин схватки уже ушел, и боль в ноге была очень острой. Егор перестал опираться на нее и старался помогать волокущим его парням, прыгая на одной ноге. Наконец, самый мощный из студентов — атлет Стас взвалил раненного себе на плечи, и они трусцой побежали дальше.
Через полчаса парни, из последних сил несшие на себе Егора, были уже в лагере. Там они занесли его в палатку и положили на кровать. Кто-то побежал за дежурным офицером. Раненый лежал на кровати и слабо улыбался. Всю дорогу он зажимал рану рукой, но все же штанина полностью намокла и сильно пропитавшись кровью. Наконец подбежавший дежурный офицер разрезал ее ножом, чтобы посмотреть, что там у него с ногой и не сдержавшись громко выругался.
— Бля… Это же надо в мою смену…Чтоб вас всех… Только этого нам не хватало. Андреев, что случилось? Как тебя угораздило?
— Товарищ майор, да я вышел погулять, хотел ногой по дереву ударить, а там, видимо, что-то торчало — вот я и пробил ногу.
— Не спалось значит, тебе спокойно каратист хренов. Решил бля, значит, на ночь глядя, в лесу ногами помахать?
— Ага.
— Ладно, потом разберемся. Быстро в машину его!
Раненого осторожно отнесли в видавший виды командирский «уазик». Рядом с водителем сел один из оставшихся на ночь в расположении части офицеров, собравшихся на шум, и машина с пробуксовкой рванула с места, навсегда увозя Егора из лагеря.
Через полчаса он уже лежал на операционном столе в Майкопском военном госпитале и думал об иронии судьбы, которая привела его точно в такое же травматологическое отделение, как и то, в котором он еще недавно пил чай с Яной. Не выспавшийся и злой дежурный хирург, поднятый с жесткой и неудобной кушетки, время от времени шумно зевая, колдовал около ноги Егора.
— Придется тебе немного потерпеть. Обезболивающего у меня нет, — сказал он раненному, осторожно вводя зонд в рану.
Егор стиснул зубы от острой боли в бедре.
— Почти насквозь ногу пробил. — озадаченно протянул врач — Ну и как же вас угораздило, молодой человек?
— Ночью по лесу гулял и наткнулся на что-то. Наверное, гвоздь из дерева торчал.
— Гвоздь? Молодой человек, что ты мне сказки рассказываешь, да у тебя же тут типичное ножевое ранение, — недоверчиво хмыкнул хирург.
— Ну, может, из дерева, нож торчал, — сразу нашелся Егор. — Темно было, я не видел.
— Хорошо, торчал, значит торчал — согласился с ним хирург. — Мне-то какая разница. Пусть военная прокуратура разбирается, что и откуда торчало. Леночка, вколи ему противостолбнячный. Хрен его знает, что там на этом «гвозде» было.
Медсестра сделала лежащему на кушетке парню два укола, и хирург снова занялся его ногой.
— Сейчас я тебе быстренько наложу несколько швов. Потерпи немного. Еще повезло, что лезвие воткнулось в этом месте. Чуть правее или левее проходят крупные кровеносные сосуды, и тебя бы просто могли не довезти, истек бы кровью.
Егор кивнул, закусывая нижнюю губу, чтобы не застонать от боли.
Глава 9
— Подъем. Всем измерить температуру.
В палату, где спал Егор, заглянула высокая длинноногая медсестра и принялась раздавать градусники больным, которые из озорства пытались заглянуть ей под короткий халатик, пока, наконец, медсестра шутливо не шлепнула по голове особо нахального парня, лежавшего прямо напротив Егора. Она быстро закончила раздачу градусников и пузырьков с таблетками, и не отвечая на двусмысленные шутки изголодавшихся по женскому обществу солдат, вышла из палаты.
Ночью, когда его привезли и положили на кровать, Егор, измотанный предшествующими событиями, даже не стал особо осматривать свою палату. Теперь, при свете солнца, пробивавшемся из-за задернутых белых занавесок, закрывающих высокое окно, Егор с интересом рассматривал свое временное место жительства. В палате было еще три кровати, на которых потягивались больные, разбуженные медсестрой.
— Здорово! — поприветствовал новичка сосед с кровати, стоящей напротив, тот самый которого шлепнула медсестра. — Меня Сергеем зовут. Ты из какой части?
— А я Егор. Я студент, сейчас прохожу двухмесячные военные сборы.
— А к нам чего попал?
— Гулял по лесу и наткнулся на гвоздь, — осторожно ответил ему Егор.
— Понятно. У нас тут все на что-то наткнулись. Я — на нож в пузо, — задрал он майку, демонстрируя повязку на животе. — Мишка, это который справа от тебя, по пьяни с ментовским патрулем подрался, и они ему из «Макара» плечо прострелили. А Семен у нас местная знаменитость, он пострадал за любовь. Ему местные рожу начистили и сломали челюсть за то, что он со здешней девчонкой встречался. Представь, какая хохма! Она здесь в госпитале медсестрой работает, так он теперь еще ближе к ней очутился. Она нынче его всячески обхаживает, бульончиками через трубочку поит. Правда, Сема?
— Угу, — добродушно отозвался симпатичный парень с кровати, стоящей у окна.
— Да, кстати, тебе тут костыли принесли, так что осваивай, — Сергей указал рукой на костыли, стоявшие в изголовье кровати.
Еще немного пообщавшись с соседями по палате, Егор почувствовал «голод» мышц. Он уже давно заметил, что тело, привыкшее к физическим нагрузкам и ежедневной утренней зарядке, постоянно требует этого допинга. Стоило ему одно утро сачкануть и не выполнить обычный комплекс упражнений, и он целый день чувствовал себя разбитым и вялым. Поэтому он, сидя на кровати и стараясь не потревожить раненую ногу, стал выполнять упражнения, доступные ему в таком состоянии. Он вращал шеей, руками, плечами, делал скручивания корпусом и выполнял изометрическую тренировку, двигая конечности с максимальным напряжением всех мышц. Соседи по палате смотрели за новичком во все глаза, удивляясь, зачем все это нужно.
Под конец разминки случился казус. Егор решил прокачать пресс. Лежа на кровати, и закинув руки за голову, он стал резко поднимать и опускать корпус с максимальной амплитудой движения. Металлическая кровать мерно раскачивающейся стальной сеткой, стала издавать весьма характерные звуки, разносившиеся далеко по отделению. Буквально через тридцать секунд в палату влетели перепуганные дежурный врач и старшая медсестра. Увидев Егора качающего пресс на кровати, врач — худой усатый мужик в синем халате облегченно выдохнул.
— Фу, а я думал, что здесь среди бела дня кого-то имеют в извращенной форме. Ты бы раненую ногу поберег спортсмен, а то швы разойдутся.
— Да все нормально, я ее не задействую — не прекращая качать пресс, ответил под хохот соседей по палате тот.
После обеда Егора вызвали в кабинет начальника хирургического отделения, где его уже ждали начальник сборов и еще какой-то мужик с неприятным лицом землистого цвета одетый в штатское.
— Следователь военной прокуратуры капитан Макаров, — представился мужик в штатском, когда он сел на кушетку. — Расскажите нам, пожалуйста, при каких обстоятельствах вы получили ножевое ранение в ногу.
Егор изложил им свою версию событий.
— Что-то мне мало верится в ваши фантазии, молодой человек, — усмехнувшись, сказал ему следователь, выслушав рассказ. — Я уже уточнил у хирурга. У вас именно типичное ножевое ранение, а отнюдь не банальная дырка от гвоздя.
— Ну, значит, там из дерева нож торчал.
— Лезвием вперед, — ехидно уточнил Макаров. — Объясните, как вы ухитрились ударить ногой в дерево так, чтобы повредить внешнюю сторону правого бедра, а не ступню, как это было бы, если все же предположить, что нож действительно торчал из дерева лезвием вперед.
— Я отрабатывал отводящий блок коленом, набивая ногу об дерево, — вдохновенно врал Егор. — Во время одного из ударов изнутри наружу и наткнулся на торчащий нож.
— Ты мне кончай ваньку валять! — вскочил со стула разозлившийся следователь. — Я тебе сейчас сам расскажу, как все было. Ты недавно на занятиях по тактике поссорился со студентом Семелиди, тоже находящимся на военных сборах, у вас с ним было даже выяснение отношений. Припоминаешь, ночью на поляне?
Егор вздрогнул. «Вот ведь суки, надо же уже кто-то стукнул», — с тоской подумал он.
— А-а, задергался! — торжествующе заметил Макаров, внимательно наблюдавший за ним. — Так вот, после того как ты ему навалял, он затаил на тебя злобу. Вчера вечером вы решили продолжить свои разборки, и он во время драки пырнул тебя ножом. Так все было?