изни мешают воспринимать жизнь такой, какая она есть. Да что мелочиться, вся наша жизнь — иллюзия!
— Он никого не нашел. Обежал все вокруг скотобойни. Никого. Жан исчез, не было даже его трупа. В слезах граф де Невиль бросился к королеве. Та только посмеялась. Как все сейчас смеются надо мной…
Тьерри опять поджал губы и отвернулся.
— Нет, нет, — поспешила заверить его Вера. — Только не я. Я верю тебе, правда, верю.
Тот ухмыльнулся, по-прежнему глядя в сторону.
— Все считают, что мы, как девчонки из Энфилда. Про Энфилдский полтергейст, я надеюсь, ты знаешь? Страшилка из 70-х.
— Да, там две сестренки морочили головы профессорам психиатрии, изображая левитацию, и говорили утробными голосами.
— Это называется чревовещанием.
— Вот-вот. Совсем недавно попадалось какое-то видео о них в Интернете.
— Все думают, что мы тоже притворщики.
— Что значит — тоже? — напряглась Вера, вдруг поняв, что это вовсе не увеселительная беседа с чудаковатым подростком.
Возможно, за историями с призраками кроется тяжелая психологическая травма кого-то из них. Она внезапно осознала, что все очень серьезно, и на миг ее лицо омрачило темное облачко. Вера поспешила его согнать — нельзя терять связи с Тьерри, которую ей удалось наладить достаточно легко, почти с первого слова. Пусть он продолжает считать, что она на его стороне, сама совсем недавно была ребенком и верит в привидения. Ведь так можно забраться как можно глубже в подкорковые слои клиента и понять, что случилось на самом деле с ним и его однокашниками.
— Что значит — тоже? — повторила она, поскольку Тьерри продолжал сидеть насупившись.
— В полиции психологи, в школе. Никто мне не верит, что Адриена и Стефана уволок Живодер.
— Дай, я уточню, о ком ты. — Вера заглянула в бумаги. — Адриена Турно и Стефана Жаккара?
Он кивнул.
— Как это произошло? — тихо спросила она.
— На страницах книги астролога Екатерины Медичи, что я купил на блошином рынке в Сент-Уане, это за городом… но там классно, люблю гулять по узким улочкам с антикварными лавками, полными всякими интересными безделками. Напоминает Косой Переулок из Гарри Поттера, только большой… В общем, на этих страницах написано, как вызвать Жана Живодера. Астролог Косма Рюжери вызывал его и заставлял помогать советами для Екатерины… Ну как будто он такой крутой астролог, а на самом деле просто у духа все спрашивал. Потом книга Рюжери попала Наполеону Бонапарту. Ты думаешь, как он — безызвестный, бедняк, корсиканец — стал императором Франции? Все это из-за Жана Живодера! Я стал обладателем этой тайны.
— И поделился ею со своими товарищами?
Тьерри опустил глаза и покраснел.
— Чтобы вызвать его дух, нужно было пойти на кладбище Пер-Лашез… ночью! Найти его могилу…
— У него есть могила?
— Есть, ведь он упокоился в 1871 году.
— Человек из шестнадцатого века?
Тьерри закатил глаза.
— Жан Живодер превратился в ангела ада, его забрали духи, наделили силой. Астролог смог его вызвать и заставить себе служить. Теперь понятно? Потом его несколько раз вызывали другие люди, как джинна. Есть легенда, что ему подарили тело за какие-то заслуги. Он прожил простую жизнь до конца, умер как человек и был похоронен на Пер-Лашезе. Однако его сила пребывает с ним, и порой он является привидением в виде Красного человека в Тюильри. Его можно было вызвать, как обычно вызывают Вельзевула или Люцифера! Надо было найти его могилу и принести в жертву живое существо…
— Живое существо? — губы Веры похолодели, и она смяла кончиками пальцев уголок папки.
— Мы взяли кошку… Но эта тварь царапалась, кусалась и, в конце концов, вырвалась. — Глаза Тьерри заблестели слезами, голос задрожал, он с силой поджал губы, чтобы не заплакать. — Она дернула от нас, Стефан помчался за ней… И все… больше мы его не видели. Искали с Адриеном полночи, пока наши телефоны не разрядились… Надеялись, он домой пошел… Но на следующий день Стефан не явился в школу.
— Ты показал могилу Жана полиции? — Вопрос вырвался как-то сам собой, Вера прикусила язык, понимая, что сейчас спугнет мальчика.
— Нет, конечно! Ты что! Никто не должен знать!
— Ну мне хоть покажешь?
— Нет, — Тьерри кинул на нее укоризненный взгляд, — говорю, нельзя. Но все кладбище прочесала полиция, каждый сантиметр, так что нет надобности.
— Откуда ты знаешь! В полиции дураки не служат. Такая важная деталь наверняка дала бы какую-нибудь зацепку.
— Точно не дала бы, — упрямо мотнул головой Тьерри. — Только бы разгневали Живодера еще больше.
Вера откинулась на спинку стула. Вроде современный ребенок — в руке гаджет, пользуется им довольно умело. Почему верит в такую чушь? Кто ему внушил это?
Она постаралась спрятать недоверчивое выражение лица, чтобы не вызвать у мальчика неприязни. Но и через силу делать вид, что разделяет с ним веру в привидения, получалось все хуже. Ситуацию спас звонок с урока, заставивший ее подпрыгнуть на стуле и схватиться за сердце. Тьерри тут же поднялся.
— У меня следующий — французский. Учитель не любит, когда опаздывают.
Он, не попрощавшись, направился к выходу из столовой.
— Советую бежать отсюда как можно скорее, — бросил он через плечо. — Иначе затянет в центр торнадо. После звонка наступает время, опасное для жизни.
Дверь распахнулась, и его поглотила толпа школьников, устремившихся к буфету, где уже расставляли подносы с сэндвичами.
Вера продиралась сквозь гомонящую толпу очень активных мальчиков и девочек, тащила за собой застревающий на всех порогах чемодан, ловя себя на мысли, что французские школы (да еще такого порядка!) ничем не отличаются от любой другой в России. Те же переменки, тот же квест — добыть еды и съесть ее за пять минут, успев при этом обсудить все новости на свете. Или сколько здесь отведено на перекус?
Она вышла во внутренний квадратный дворик со статуями святых в центре и устремилась к холлу, который неизбежно придется пересечь, чтобы выйти на улицу. Алая дверь была распахнута, туда-сюда шныряли дети, одетые в очень яркие вещи — формы в лицее не было никакой. Перетащив чемодан через очередной порог, она поплелась — усталая, голодная и с пустой головой — в сторону Пантеона, не особенно понимая, куда идет и что будет делать. Она даже телефон не вынула, чтобы снять очередную сторис, хотя находилась в одном из исторических районов Парижа.
— Эй, — послышалось позади. Вера не придала значения, решив, что кто-то в толпе школьников окликает товарища.
Ее обогнал соцработник в черном костюме и анимешной футболке. Только теперь она разглядела иллюстрацию из «Тетради смерти» на груди, надпись «Death Note» и цветное изображение сидящего на корточках персонажа по имени Эл. Ему сколько лет. Двенадцать?
На вид не больше двадцати пяти: тощий, длинный, прическа иглами в подражание кей-поп звездам, на плече тяжелый рюкзак мешком. Он провел рукой по челке, убрав ее с глаз. Там, в столовой, под искусственным освещением его лицо казалось напудренным до мертвенной бледности, а глаза, утопающие в глубоких провалах, — подведенными тенями. На свету тени поблекли, выдав человека, которому не мешало бы выспаться и поесть.
— Эмиль Герши, — он протянул руку для знакомства.
Ошарашенная Вера встала столбом на углу массивного Пантеона и захлопала глазами. Эмиль тоже остановился, неловко улыбаясь. Она почувствовала себя обманутой. Тут новый начальник вдруг поднял руку выше, к ее шее и снял с воротника куртки нечто похожее на большую муху.
— Ваша беседа с подозреваемым была записана. Не терпится ее просмотреть на медленной скорости. Вы завтракали?
— Как эта штука оказалась на мне?
— Я велел Юберу прикрепить ее к вашей одежде.
— Юберу? Но вы… что же… — Вера в недоумении открывала и закрывала рот, невольно вспомнив кудрявого дядечку с внешностью Пьера Ришара, — просто вот так мной воспользовались?
— Это было ваше испытание. И вы его прошли. К тому же убили двух зайцев. Показали, что прекрасно ладите с детьми — разговорили этого скользкого спиногрыза. А еще добыли запись. Теперь нам будет проще узнать, что он скрывает.
Вера смягчилась.
— Идемте. — Эмиль зажмурился, как довольный кот, и указал куда-то против солнца. — Я знаю здесь рядом тихое место, где нам никто не помешает позавтракать и просмотреть отснятый материал. Вы позволите?
И галантно — это движение совершенно не вязалось с его видом не взрослеющего тинейджера-гота — указал на чемодан.
Глава 2Зоя
Уютное кафе «Le Comptoir du Pantheon» со столиками прямо на тротуаре под красной маркизой манило запахами кофе и свежей выпечки. Вера, мечтающая о круассане уже несколько часов подряд, отодвинула от круглого стола стул в красно-белую клетку. Ее новый начальник махнул рукой.
— Нет-нет, здесь мы ничего не сможем увидеть на экране в такой солнечный день.
Эмиль Герши пропустил Веру вперед, последовав за ней, грохоча колесиками чемодана. Пока она разглядывала полукруглую барную стойку из отполированного дерева и целую стену бутылок за ней, он выбрал маленький столик с диваном под портретом какого-то австрийского принца в напудренном парике. Интерьер здесь был каким-то плавным, закругленным: на стенах висели черно-белые виды Парижа вперемежку с портретами эпохи рококо, аккуратные полочки с книгами, с потолков свисали причудливые люстры, напоминающие пауков, у которых лапки оканчивались желтыми шарами.
Пристроив чемодан к стене, Эмиль тотчас вынул из рюкзака ноутбук с клубком проводов и распахнул его. После нажатия кнопки «пуск» ноутбук свирепо загудел, точно собирался истребителем взмыть в воздух. Видимо, для просмотра отснятых материалов ему требовался мощный процессор, или же он просто любитель компьютерных игр, о чем сообщали запавшие глаза и нездоровый цвет лица. Волосы он периодически убирал со лба и в эти мгновения еще больше походил на зомби. Все-таки сколько ему лет?
— Вы на Юбера не обижайтесь, — проговорил Эмиль, пока грузился компьютер, — он действовал по моей указке.