Ситуация кардинально поменялась. В противных лагерях бойцов было поровну, трое на трое, барыги в счет не шли. При паритете сил и явной неправоте барыг охране не хотелось переть на рожон. По всему видно, что приезжие — явно парни непростые.
— Что ж ты, Ахмед, нас перед нормальными пацанами позоришь?! — бритый моментально прокачав ситуацию, злобно сверкнув глазами, пнул носком лакированного полуботинка барыгу, скрючившегося на земле. — Я тебя сгною у себя в подвале!
— Вай, не бэй, Серега. Я больше нэ буду, — жалобно завыл тот.
Бритый развернулся к машине.
— Тимур, мудак сраный, а ну быстро дай мне сто тысяч! — заорал он в окно боязливо сжавшемуся напарнику Ахмеда, я все эти бабки с вас гандонов вычту.
Из машины высунулась дрожащая рука с пачкой денег.
Бритый взял ее и протянул Руслану.
— Держите, пацаны. Это вам компенсация за возникшую непонятку.
Руслан кивнул и спокойно взял деньги.
— Все, замяли дело. Вопросов больше нет. Удачи вам, братва! — он пожал руку бритому, развернулся и потащил друзей к стоянке такси.
Уже в машине Егор недоуменно спросил у Руслана, который сидел с ним рядом, на заднем сиденье:
— Рус, а как ты просек, что этот азер нас кинуть хотел? Я лично ничего такого не увидел, да и Заур все это дело тоже проморгал.
— Да это старый известный трюк ломщиков на базарах, — со смехом ответил ему тот. — Ты покупаешь какую-нибудь дорогую вещь и даешь продавцу немного меньшую сумму, чем вы изначально договорились. Пересчитав деньги и, естественно, заметив недостачу, он тебе об этом говорит. Ты забираешь деньги и начинаешь пересчитывать их сам, прямо у него на глазах. Когда выясняется, что денег действительно не хватает, ты с извинениями возвращаешь ему пачку, достаешь недостающую сумму и, торжественно пересчитав ее при нем, вручаешь в дополнение к уже полученным деньгам. Вроде бы все в ажуре, и вы расходитесь, довольные друг другом. Суть данного трюка в том, что ты специально недодаешь ему в первый раз, чтобы он заметил недостачу и вернул тебе пачку. Когда ты сам пересчитываешь ее, то незаметно, одним пальцем отделяешь приблизительно четверть. Когда ты передаешь эти деньги продавцу, солидная часть первоначальной суммы остается у тебя. Дальше идет уже чистая психология. Увидев, что ты доложил недостающее, человек вряд ли будет пересчитывать возвращенную пачку денег во второй раз. Этот азер проделал все довольно ловко. Будь на моем месте кто-то другой, он обязательно попался бы. А на случай шума, который может поднять вернувшийся обманутый клиент, там есть «крыша», которая, конечно, в курсе игр своих подопечных. Просто они люди битые, хорошо знают, когда нужно переть до конца, а когда лучше сдать назад, как это произошло в нашем случае.
Глава 9
На следующее утро, пока Заур с Русланом еще спали, Егор, тихонько вышел из номера гостиницы «Севастополь», в который они заселились вчера поздним вечером. Он направился к станции метро Каховская, расположенной неподалеку, и уже через двадцать минут был на Тверской, около центрального телеграфа. Зайдя на переговорный пункт, парень заказал разговор с Владикавказом, продиктовав молоденькой симпатичной телефонистке номер Марика. С утра людей на телеграфе было совсем немного, поэтому ждать соединения долго не пришлось.
— Владикавказ — четвертая кабина, — послышался голос телефонистки, усиленный громкоговорителем.
Егор быстро прошел в указанную кабину и снял трубку.
— Алло, — в трубке раздался заспанный голос Марика.
— Ну ты и здоров дрыхнуть! — вместо приветствия возмутился Егор. — Уже девять утра, а ты все еще массу давишь.
— Егор, ты, что ли? — сразу же проснулся Марик. — Вы куда делись? Я вам с Зауром вчера весь вечер названивал и даже ночью, но никто из вас почему-то не брал трубку.
— А куда ты звонил?
— Как куда? Естественно, к вам на квартиру в Киеве.
— Э брат, ты отстал от жизни. Со вчерашнего вечера мы уже в Москве.
— Да не гони!
— С чего бы мне гнать! Я тебе точно говорю. У нас там по старым делам Руслана вышла небольшая стычка с местными бандюками. Вот мы и снялись, чтобы не искушать судьбу. Так что записывай наш новый телефон. — Егор продиктовал другу телефон их номера в гостинице. — Как дела во Владике?
— Да во Владике-то все нормально, а вот в Калининграде менты вчера хлопнули нашего Виталика с фурой водки. Я именно по этому поводу тебе вчера и звонил.
— Как это хлопнули?
— Да вот так. На въезде в город гаишники остановили нашу фуру и придрались к документам. Потом они арестовали весь товар. Говорят, что будут делать экспертизу водки на содержание в ней вредных примесей. Виталик вчера пытался что-то сделать, но у него ничего не получилось. Теперь ему придется самому все расхлебывать с этой чертовой водкой.
— Вот ведь гадство какое! — с досадой выругался Егор. — Ну что за непруха. У Виталика засада, у меня пока еще никакого результата.
— Ты в Киеве по часам что-нибудь нашел?
— Да когда мне было искать? Мы же там всего два дня были. В Москве и начну шевелиться и думать, куда бы эти часы пристроить.
— Ладно, ты смотри, осторожней. Если и у тебя с часами выйдет какая-нибудь лажа, то нам вообще кранты. Из чего кредит отдавать будем?
— Да сам знаю. Не переживай, все будет нормально. Ладно, давай, до связи. Я здесь делами займусь, а вы там с Виталиком порешайте вопрос. Может быть, еще получится водку вернуть.
— Ага, сделаем. Давай, удачи.
С этого дня Егор принялся методично обходить московские ювелирные салоны, ища крупных покупателей на золотые часы. Так же, как и в случае с продажей газовых плит, найти оптового покупателя на весь товар оказалось весьма сложной задачей. В некоторых магазинах у него были готовы взять пару-тройку часов по двести пятьдесят долларов, но о чем-то большем пока нигде речь не шла. Отдавать весь товар на реализацию с неизвестными сроками получения денег Егор пока не хотел. Он продал несколько часов за живые деньги, чтобы получить наличность на ежедневные расходы, и продолжал активные поиски покупателей.
При таких темпах продажа всей партии могла затянуться на неопределенно долгий срок. Деньги были кредитные, поэтому набегающие проценты заставляли парня работать поактивней. Прежние наработки по продаже газовых плит в этой ситуации никак не могли пригодиться, и ему пришлось начать все с чистого листа.
Егор целыми днями мотался по городу, проводя переговоры с разными людьми и используя все свое обаяние, чтобы уговорить хозяев магазинов взять большую партию часов. Руслан и Заур почти все время проводили в гостиничном номере.
В ответ на подколки Егора, который говорил, что от такой жизни они зарастут жиром, как тюлени на лежбище, Заур только смеялся.
— А что мы? У нас все нормально. Мы людям заказ на тачки сделали, теперь сидим и ждем, пока они его отработают. У нас работа такая — ждать, а твоя работа — бегать по городу, как собака. Вот и подумай! Может, лучше, как мы, сидеть потихонечку и ждать, чем бегать повсюду с высунутым языком?
— Ничего страшного. Мне, наоборот, нравится двигаться. Я уж как-нибудь справлюсь, ведь для бешеной собаки сто верст не крюк, — весело ухмылялся в ответ Егор.
На третий день пребывания в Москве Егор вспомнил о своем последнем разговоре с Артуром и о телефоне его бывшего инструктора по рукопашному бою, который тот дал ему на прощание. Он порылся в своей записной книжке и нашел нужный телефонный номер. Немного подумав, он подошел к телефону, стоящему на прикроватном столике, и набрал его.
После нескольких длинных гудков в трубке послышался уверенный, прямо-таки стальной мужской голос:
— Слушаю.
— Здравствуйте. Можно Николая Петровича к телефону?
— У аппарата. А кто это?
— Меня зовут Егор. Я сейчас в Москве и хотел передать вам привет от вашего бывшего сослуживца Артура.
— Это от какого еще Артура?
— От самбиста, — после секундной заминки Егор вспомнил прозвище, названное ему тренером.
— А, так ты от самбиста, — немного потеплел стальной голос в трубке. — Ну так давай заезжай ко мне, расскажешь про него. Давненько я с ним не встречался, хоть от тебя узнаю, как там у него жизнь складывается.
— Да я с удовольствием, а куда ехать то?
— В Салтыковку.
— Вы меня простите, пожалуйста, но я не москвич, не знаю, где это и как туда добраться.
— Ну, то, что ты не москвич, я сразу по твоему говору понял. А добраться сюда проще простого. Ты как, на машине или пешком?
— Пешком.
— Тогда дуй на Курский вокзал, там садись на электричку в сторону Реутова и через двадцать пять минут будешь уже на станции Салтыковка. Записывай адрес, — собеседник продиктовал Егору адрес и объяснил, как найти его дом. — Все понял?
— Ага. Если вы не против, то я к вам сегодня часикам к семи вечера заеду.
— Хорошо, приезжай.
Глава 10
Этим же вечером по тихой, засаженной деревьями улочке подмосковного поселка Егор подошел к небольшому частому домику, огороженному деревянным забором, аккуратно выкрашенным зеленой краской. Он позвонил у калитки и принялся терпеливо ждать. Буквально через несколько секунд калитка тихо, без единого скрипа, открылась. За ней стоял кряжистый усатый мужик на вид лет около пятидесяти пяти или шестидесяти, с совершенно седой головой и очень внимательными, цепкими серыми глазами. Он был одет в широкие штаны защитного цвета и клетчатую рубаху с короткими рукавами, вылинявшую от частых стирок. На ногах у него ладно сидели легкие черные кожаные кроссовки, а за спиной, совершенно молча, угрюмо уставившись на гостя, сидела огромная черная немецкая овчарка.
Егор вздрогнул от неожиданности. Он сильно удивился тому, что совершенно не слышал шагов хозяина дома, открывшего ему калитку.
— Здравствуйте, меня зовут Егор. Я звонил вам сегодня утром.
— Ну, проходи Егор, гостем будешь. Да ты не бойся, он не тронет, — мужик успокаивающе улыбнулся, абсолютно правильно истолковав опаску в глазах парня, обернулся к собаке и тихо сказал: — Амур, свои.