В комнате страха совершенно ожидаемо страшно не было. Но в этом и был смысл. Аня шла по узкому коридору, с наслаждением чуть попискивая, когда сбоку вываливались кое-как сделанные мумии или светились лампочки глаз, как вдруг в кармане завибрировал телефон.
«Вспомнил, что выходной», — подумала Аня с легким недовольством, но тут же вообразила, как позовет Ваху гулять в парке, как потом они пойдут в кафе… Они так редко в последнее время бывали вместе!
Но на экране мобильника высветилось непонятное «номер не определен». Аня едва не уронила телефон. Хороша бы она была, ползая тут в темноте на четвереньках в поисках жужжащего телефона! С трудом сунув его обратно в карман — вибрировать телефон не переставал, словно кто-то очень упорный мечтал дозвониться, — Аня поспешила к выходу, по дороге нечаянно задевая кого-то локтем или боком. И даже оказавшись снаружи — какое яркое небо после темной комнаты! — она не остановилась и еще по инерции пробежала несколько шагов. Телефон уже перестал вибрировать, но этого было недостаточно, чтобы успокоиться.
Аня достала телефон, нашла номер своего оператора и набрала его.
— Да… можно сделать так, чтобы мне не поступали звонки с незнакомых номеров? — Аня выслушала пространный ответ и уточнила: — То есть я могу только заблокировать конкретные номера или дать доступ только знакомым? А давайте.
Она прослушала инструкцию и прямо тут, на обледеневшей скамейке, ввела список номеров, которые смогут до нее дозвониться. Включила даже давно и плотно ушедшего из ее жизни Андрея, маму и обоих следователей. А вот Николая, его маму и Риту с удовольствием пропустила, не внося в список. Заодно обнаружила много номеров, принадлежавших людям, которые давно исчезли из ее жизни. Надо же, какие личности были ей настолько небезразличны, что она с ними перезванивалась!
После этой кропотливой работы у нее сильно замерзли пальцы, а вот настроение улучшилось, пусть и совсем чуть-чуть. Не настолько, чтобы продолжить гулять и уж тем более кататься на лошади, но достаточно, чтобы позвонить Вахе и не возвращаться домой.
— Прости, звезда моя, большой проект, совсем забыл про время! — раздался в трубке голос Вахи. — Приезжай прямо ко мне, поедим пиццу, а потом можешь попробовать вытащить меня на улицу. С прошлой нашей встречи я даже из дому не выходил!
И Ане сразу стало легче. Она уже начала думать, что Ваха устал от нее и ее страхов, поэтому и пропал. Но проекты и в самом деле занимали его каждый раз так, что иногда ей приходилось буквально заставлять его переодеться или поесть. Вот и сейчас она купила по дороге немного готовой еды, зная, что если Ваха сказал «пицца», то это будет и впрямь только пицца, и хорошо еще, если сегодняшняя.
— Домой идти не хочется, — призналась она, отогревшись в пледе и попивая ужасный кофе, приготовленный кофемашиной Вахи. Интересно, а ему самому больше нравится, как варит кофе она или вот это? И спросить неловко.
— Не уходи, душа моя, оставайся, — откликнулся Ваха. — Ты ведь знаешь, я всегда тебе рад. Правда, я не уверен, что сегодня смогу уделить тебе достаточно внимания.
Он эмоционально махнул в сторону мерцающего монитора.
— Не страшно. — Аня достала телефон, чтобы полистать ленту в соцсетях, и тут снова вспомнила про звонок. — А я сегодня заблокировала телефон от всех незнакомых номеров!
— Ты теперь и телефонов боишься, Анна? Ну нельзя же так. — Ваха даже не оторвался от монитора. Ане стало обидно. Не то чтобы она ожидала поддержки в духе «какая ты молодец, будешь меньше нервничать», но вот так?..
А Ваха, не замечая ее обиженного вида, продолжал:
— Разве можно так жить? Ты боишься почтового ящика, домофона, а теперь и телефона. Это уже какой-то бзик, но, если хочешь, смени номер и квартиру. Станет проще!
— Ну и куда я перееду? — Аня снова нырнула в спасительную мысль про кофемашину и турку, что придется оставить на столе, когда она переедет, а что убрать подальше. И наконец-то можно будет выбросить балерин, ведь у себя дома Ваха их точно не потерпит.
— Я могу спросить у брата, наверняка есть квартиры и получше твоей нынешней, и к работе ближе, — прервал ее мечты Ваха. — Помогу тебе переехать, конечно. Если хочешь, поищем дом с закрытой территорией и охраной. Снять там квартиру будет дороже, но я могу оплатить разницу.
Аня сильно заморгала, чтобы не видно было, как глаза наполняются слезами. Что она вообще себе придумала, глупая.
— Не надо, — чуть хрипло ответила она.
Ваха обернулся и внимательно посмотрел на нее.
— Ты плачешь? Я чем-то тебя обидел? — участливо спросил он.
Аня через силу улыбнулась.
— Нет, — соврала она. — Я просто вспомнила, что ко мне мама вчера приходила и довела до слез. Это все полумеры, Ваха. И телефон, и квартира. Я придумала получше.
— И что же? — вот теперь Ваха точно встревожился, отодвинулся от компьютера, подъехал на кресле поближе к ней, даже попытался взять за руку, но Аня сделала вид, что ищет упавший в складки пледа телефон.
— Я сменю город, — шепнула Аня и рассмеялась.
Слезы все-таки пролились, но теперь это было уже не важно.
Глава 14
Игорь в понедельник шел на работу с непонятными чувствами. Выходные он провел с Кристиной, стараясь отогнать подальше воспоминания о тех чудовищных убийствах, которыми он занимался на прошлой неделе. Как вообще живут криминалисты, спрашивается? А патологоанатомы? А еще он снова предложил Кристине переехать к нему, и она снова перевела все в шутку.
«Только после свадьбы, — строго заявила она, но не смогла выдержать и минуту с такой миной, расхохоталась. — Серьезно, мы можем ведь просто расписаться!»
«Я достаточно стар, чтобы понимать, чем это может закончиться, — пробурчал Игорь. — Не хочу, чтоб ты мне лет через десять припоминала, что у тебя не было белого платья. Я откладываю на нормальную свадьбу, чтобы было не хуже, чем у брата».
Вот тогда они и поругались. Потому что Кристина ничего не хотела, как у Гельки, а хотела поехать вместо этого на Байкал. Вот и пойми этих женщин!
Игорь вздохнул и улыбнулся. На Байкал он тоже мечтал поехать с детства, но все время что-то мешало. Они еще вместе с братом хотели поехать, но Вадик пока тоже только собирался, никак не мог решиться.
— По какому поводу улыбка? — Вероника, по-видимому, еще не пила кофе, потому что других причин для такой злости с утра пораньше Игорь не видел. Не могла же она настолько думать про все эти убийства, чтобы портить себе настроение? Тогда она выбрала не ту работу.
— Это личное, — коротко ответил он и посмотрел на часы. — Планерка, как обычно, через полчаса?
— Не для всех. — Игорь подумал, что Вероника относится к тому типу людей, у которых настроение поднимается, когда другим плохо, потому что сейчас она вовсю улыбалась. Неприятная вышла улыбка. — Тебя Эмиль вызывает прямо сейчас.
— А по какому поводу? — попытался разузнать Игорь. Он быстро снял куртку и бросил сумку на кресло.
— У него и спросишь, — пожала плечами Вероника и взяла закипевший чайник, заваривая наконец кофе. — Убивать тебя пока не за что. Вроде бы.
— Утешила, — буркнул Игорь и поспешил на выход. Не стоит медлить, если начальство ждет, — это он хорошо выучил еще в полиции, а армия это правило только закрепила.
— Вызывали, Эмиль Владиславович? — Игорь смотрел прямо на начальника, но краем глаза заметил, что в кабинете он не один. Рядом с окном стояла девица лет двадцати — двадцати пяти. Точнее определить, окинув ее беглым взглядом, Игорь не сумел. Пухленькая и невысокая, с двумя косичками, она как-то инородно смотрелась в кабинете начальника. И, судя по тому, как грызла ногти, пока Игорь ее не увидел, и сама это прекрасно понимала.
— Вызывал, Игорь Валерьевич. — Эмиль смотрел тяжело, словно пытался передать взглядом какую-то информацию. Будь это кто-то равный по званию, Игорь пошутил бы, что не обязательно вызывать к себе, люди давно придумали сотовые телефоны и мессенджеры. Но с полковником Гавриловым так не пошутишь, так что Игорь вытянулся в струнку напротив сидящего за столом начальника и ждал.
— Для проведения расследования выделяю тебе помощницу. — Эмиль снова остро глянул на него, и Игорь проглотил готовое сорваться с языка: «Какое расследование, какая помощница, я сам еще стажер!» Кажется, он не ошибся с реакцией, и глаза начальника чуть потеплели. Суровый тон, впрочем, не изменился. — Дарья Давидовна еще учится, поэтому будете работать вместе по два-три часа в рабочее время и, если понадобится, во внерабочее тоже.
Игорь посмотрел на Дарью Давидовну чуть пристальнее, и этого оказалось достаточно, чтобы покрасневшая девица снова сунула ноготь в рот.
— Дарья! — рявкнул Эмиль. — Серьезнее!
Девчонка покраснела еще сильнее и на всякий случай спрятала руки за спину.
— Игорь Валерьевич занимается поиском маньяка, очень хитрого и опасного, — пояснил Эмиль и снова глянул на Игоря, словно тот мог попытаться возразить. — Поэтому никакой самодеятельности, беспрекословное послушание. Делаешь только то, что он говорит, никаких попыток лезть в пекло или геройствовать, поняла?
— Да, — негромко произнесла Дарья и снова быстро глянула на Игоря. Глаза у нее были красивые, миндалевидные, только из-за щек их было плохо видно.
— Игорь Валерьевич… какой кофе вы пьете?
Игорь мог не поворачиваться к Эмилю и все равно чувствовать, что тот на него смотрит. Но сейчас он уже понял и не боялся ошибиться.
— Двойной эспрессо с сахаром, Дарья Давидовна, — легко, словно каждый день ему приносили кофе на рабочее место, произнес он и по какому-то наитию добавил: — Загляните в одиннадцатый кабинет, там наше рабочее место, и спросите коллег, какой кофе хотели бы они.
Дарья просияла так, словно он дал ей действительно важное задание, и, кивнув, по стеночке пробралась к двери и исчезла.
А Игорь остался молча стоять, надеясь, что ему объяснят, что это за спектакль сейчас был. И его терпение было вознаграждено.