– Да, математику, – эхом отозвался я, уже предчувствуя близкую катастрофу.
– Я справки решил навести. Для очистки совести. Убедиться, что Магометыч что-то напутал. А он не напутал! Потому что в райцентровской школе мне директор сказал, что никакой такой Андрей Иванович у них не работал. Я ему говорю: семь лет назад! А он: не было тут такого!
– А в райцентре одна школа, что ли?
– Одна. И у меня крыша поехала, Женька. Я не понимаю ничего. Мне сейчас туда надо возвращаться, к Марии. А я решил тебе позвонить. Потому что не знаю, что происходит. Откуда этот мужик там взялся? Что за загадка? И кто он вообще такой?
– Я тебе сейчас скажу, кто он. Хотя и сам не верю. Это Сабадаев!
Повисла тяжелая и до дурноты неприятная пауза. Я вслушивался в эту тишину, будто хотел расслышать подтверждение собственной поразительной догадки.
– Ты спятил!!! – пробормотал после долгой паузы Демин.
Если бы! Ведь мне звонил Мартынов. И я уже знал, что до самого последнего времени Мария регулярно появлялась в той чертовой квартире. Квартире, принадлежащей Сабадаеву.
– Ты до сих пор в райцентре? – спросил я.
– Да, – ответил Демин.
– Сиди там и жди меня! Ни в коем случае не суйся к Марии в пансионат!
Пока я разговаривал с Деминым, в каюте, где мы производили съемку, происходили интересные события. Артур, который уже был на все готов, только бы этот кошмар побыстрее закончился, дождался появления молодой прелестницы, которая вернулась очень скоро, и приступил к исполнению обещания, данного им старику. То есть это выглядело так, будто он приступил, а на самом деле наша красавица уверенно взяла инициативу в свои нежные женские руки, и уже секунд через тридцать действие переместилось на широкую семейную постель, что автоматически влекло за собой переход к следующему этапу воплощения нашей задумки.
Распахнулась дверь каюты, вбежал взволнованный старичок, всплеснул ручонками, закудахтал. А следом за ним в каюту втиснулся и Оглоедов с мрачной палаческой физиономией.
– Ах! – верещал старичок. – Какой позор! Воробушек! Что же ты вытворяешь!
– Я вытворяю?! – оскорбилась молодая красавица. – Он накинулся! Порвал мне платье! Вот, смотри!
Платье действительно было порвано. Артур готов был поклясться, что платье он не рвал, но сказать что-либо в свое оправдание он не успел, потому что старичок произнес изумленно:
– Платье порвал!
И смотрел он при этом не на Артура, а на Оглоедова, что было воспринято последним как руководство к действию. Оглоедов шагнул к Артуру, взял его за ворот и легко поднял, да малость не рассчитал, и Артур впечатался затылком в потолок. Ему было больно, но он не роптал.
– Зовите милицию, – сказал старичок куда-то в пространство, в никуда.
Вот тут Артур взволнованно затрепыхался.
– Какая милиция? – вежливо возмутился он. – Вы же сами меня попросили!
– Ни о чем я не просил, – поджал губы старичок. – А за безобразие это ответишь!
– Ну какое безобразие! – взмолился Артур из-под потолка.
– В милиции тебе объяснят, – ответил на это старичок безжалостно.
И до Артура наконец дошло. Шантаж!
– Что вам от меня нужно? – попытался он перевести разговор на деловые рельсы.
– А ты не догадываешься? – быстро спросил старичок.
– Деньги?
– Подумай хорошенько, – посоветовал старичок.
Если не деньги, тогда непонятно что. Тут фантазия Артура явно забуксовала. Старичок пришел ему на помощь.
– Подумай, не связано ли это как-то с твоей работой, – вкрадчиво спросил он.
– А что такое с моей работой?
– Ты можешь нас проконсультировать, к примеру. Кое-какие сведения по своей работе нам раскрыть.
– Промышленный шпионаж, – определился Артур.
– Нехай будет так, – поддакнул старичок.
– Я согласен, – сказал Артур.
– Молодец, – оценил старичок.
Оглоедов осторожно опустил Артура на пол.
– Итак, первый вопрос, – сказал старичок.
Но задать свой вопрос он не успел. Потому что я ворвался в каюту.
– Колодин!!! – воскликнул потрясенный Артур. – Программа «Вот так история!».
– К черту! – ответил я. – Сворачиваемся! Ты мне нужен!
Я ткнул пальцем в грудь Оглоедова. Оглоедов подобрался и стал похож на бойцового пса. Я увлек его за собой, на ходу обрисовывая обстановку:
– Я хотел человека спрятать в надежном месте, а то место оказалось гнилым. Едем туда. Если там начнут рыпаться, придется употребить силу.
– Да я их порву, – ответил на это Оглоедов со спокойствием сонного гиппопотама. – Даже не беспокойтесь, Евгений Иванович.
Едва сойдя на берег, я тотчас же позвонил Мартынову, как мы и договаривались.
– Спасибо, что позвонил, – сказал мне Мартынов. – Приезжай в Москву. Жду. Завтра утром поедем к твоей Марии.
– Как – утром?! – опешил я.
– А когда?
– Прямо сейчас!
– Женя, ночь за окном.
То, что ночь, – это правда. Но какое мне дело до этого?
– А вы знаете, что в пансионате у Марии прячется Сабадаев? – спросил я.
– Кто? – не поверил Мартынов.
Наверное, он решил, что ослышался. Я передал ему рассказ Демина. Но на Мартынова вся эта история не произвела такого впечатления, как на меня.
– Женя! – сказал он. – Твой Магометыч запросто мог ошибиться. А если он не ошибся, так это все равно еще не доказывает, что встреченный им в пансионате человек – Сабадаев.
– Да как же не Сабадаев! – взвился я.
– Женя! Не факт! – упорствовал Мартынов. – Это действительно мог быть кто-то из пирамиды, но чтобы Сабадаев – это слишком.
– Мария весь этот год ходила в сабадаевскую квартиру в Большом Козихинском переулке, как в свою, – сказал я. – И рядом с ней сейчас находится человек, которого Магометыч видел в этой чертовой пирамиде. Вы никак эти два фактора не связываете?
– Связываю. И завтра же мы этой странной Марией займемся.
– Ну почему же завтра!
– Потому что пока ты до Москвы доедешь, пока я людей соберу и задачу им поставлю, пока мы выдвинемся – это будет рассвет завтрашнего дня.
– Хорошо, – кротко сказал я. – Договорились.
– Въедешь в Москву – позвони.
– Хорошо, – все так же кротко согласился я.
Я отключил свой телефон и только тогда дал волю эмоциям.
– «В Москву!» Черта лысого! – сказал я. – В Тульскую область! Прямиком! Встретимся с Деминым, вызволим Магометыча, а Мартынов потом утром пусть штурмует этот детдомовский вертеп с милицейским спецназом!
Оглоедов сидел рядом со мной и молчал.
– Ты как? – спросил я у него. – Готов?
– Да вы мне только скажите, с кем надо разобраться, Евгений Иванович! – прижал свои ладони-лопаты к груди Оглоедов. – А дальше я уже все сделаю, как надо!
В ночном райцентре, темном, почти без огней, мы нашли машину Демина на небольшой площади, над которой возвышался до сих пор сохранившийся каменный Владимир Ильич. Местные шутники обвязали голову Ильича какой-то тряпкой, отчего он стал похож на индуса в тюрбане. Ленину было неуютно и одиноко в этом городе. Демину, похоже, тоже. Завидев нас, он вывалился из своей машины и потрусил нам навстречу, приговаривая:
– Господи, наконец-то! Наконец-то, господи!
Подбежав, он уткнулся в меня своей усатой физиономией.
– Э-э, да ты уже успел надраться, уважаемый! – тотчас же определил я причину столь странного поведения Демина.
От него исходил сильный коньячный аромат, словно он пропитался коньяком насквозь.
– Женька! А что тут еще можно делать? – осведомился Демин и поднял на меня глаза.
В его взгляде было отчаяние. Нет, не со скуки он наклюкался, тут что-то другое.
– Расстроился? – попытался я докопаться до истины.
– Я же думал, что я ее нашел! – с отчаянием в голосе произнес Илья. – Что у нас теперь все наладится! Что заживем! Э-э-эх!
Он махнул рукой и едва не шлепнулся на растрескавшийся асфальт, но я был начеку, придержал его.
Это он из-за Марии так. Год не виделись. Потом случайно встретились. Демин воспрял было духом, уже и планы, наверное, начал строить – тянуло его к Марии, и ничего он с собой поделать не мог, да и не противился особо, и вот когда он поверил в возможное близкое счастье, вдруг оказалось, что счастья как не было, так и нет, потому что Мария до сих пор не распутала свои запутанные отношения с компанией мошенников, раз за разом возрождающих финансовую пирамиду, и получалось так, что она с мошенниками этими была, а не с Деминым, и Демин, обнаружив это, оскорбился, расстроился и скис. Потому мы и нашли его в столь плачевном состоянии.
Я приобнял Илью и сказал:
– Ты погоди пока выводы делать. Мы же не знаем ничего. Для начала давай разберемся. Поедем к Марии. Все выясним…
– Да! – поддержал мою идею Демин с горячим энтузиазмом, присущим сильно пьяным людям. – Женька! Едем!
Он отшатнулся от меня и сделал шаг по направлению к своему автомобилю, но его повело в сторону, словно вдруг случилось землетрясение и земля стала уходить из-под деминских ног, но, на счастье Ильи, у него на пути оказался Оглоедов.
Оглоедов легко подхватил потерявшего ориентацию в пространстве Демина и вопросительно посмотрел на меня.
– Демина – в нашу машину, – распорядился я. – На заднее сиденье! Его машину отгоним к зданию местной милиции, чтобы ее за ночь не раскурочили. И – едем.
Уже сидя в моей машине, Демин вдруг очнулся и пробормотал:
– Женька! Тебе привет передавали!
– Кто?
Он долго молчал, добросовестно пытался вспомнить, от кого должен был передать привет, но вспомнить не получилось.
– Забыл! – признался он удивленно-удрученно. – Ну надо же!
Мы ехали через ночной лес. Свет фар выхватывал из темноты стволы деревьев. Стволы отбрасывали тени, которые перемещались с перемещением самого автомобиля, отчего казалось, что за деревьями кто-то прячется. Было жутковато.
Я уже знал, как мы будем действовать. Самое главное – не обнаружить себя. Я оставлю машину на дальних подступах к пансионату. Чтобы ни одна живая душа не знала о нашем визите. Оглоедов останется сторожить изрядно нетрезвого Демина, а я незаметно проникну в здание пансионата, разыщу там Магомет