— Скоро ты увидишь ее. Завтра утром мы с тобой еще по реке часа два пройдем и на поезд. А там совсем близко до бабушки.
— Я к тебе не привыкла, ты мне пока не нравишься.
— Сама же говоришь, пока. Скоро понравлюсь. Еще как понравлюсь, — добавил он, предвкушая будущее.
Аленка похныкала:
— К маме хочу.
— Тебя уже замуж выдавать пора, а ты все о маме плачешь.
— Неправда, я маленькая.
— Какая ты маленькая, тебе одиннадцатый год идет. Пора скоро замуж.
— С фатой, по-настоящему? — спросила его удивленная «невеста».
— А как же. Все по-настоящему. И фата тебе будет и брачная ночь. Давай-ка я накормлю тебя, и спать. Завтра вставать рано.
Поужинали. В избушке была только одна кровать. Равиль испытывал огромное желание схватить ее, взять силой то, что вскоре будет принадлежать ему. Но он побоялся, что напугает ее и тогда трудно будет скрыть их поездку в тайне. Она может кричать, люди поймут, и прощай мечта иметь такую женушку. Он уложил ее на кровать, а сам постелил себе на полу. Но сила искушения была настолько велика, что он подумал, хрен с ней женитьбой, отвести душу, пока она рядом, вот, протягивай руку и бери, делай с нею что хочешь.
Но такое решение лишало его на дальнейшее продолжение жизни с красавицей, юной, чистой. Преодолев искушение, он уснул, вернее забылся тяжелым сном.
Он так и не узнал почему в доме пусто.
В доме Анны не гас свет. У них сейчас находился Саня и они, обойдя уже все избы, думали, что она действительно уехала в Москву.
— Но как он посмел обмануть меня? — думала Анна. — Нет, не может так поступить этот человек.
Она в глубине души даже себе не могла признаться, что хотела бы попасть в объятия его сильных рук. Он ей нравился, как никто и никогда. Она, взяв на себя обязанности матери полностью устранилась от возможности создания личной жизни. С приездом к ним Алексея все перепуталось в голове никогда не целованной Анны. К ней не прикоснулся ни один мужчина. А к этому сама была готова в лапы упасть. Да только он женатый и жена у него красавица. Да тут еще и запутанная история со схожестью жены Алексея и Аленки.
— Не может Алексей Николаевич так поступить — подытожил разговор всего вечера Саня. — Я ему верю, как себе.
— Я тоже с тобой согласен.
— А если позвонить ему на сотовый, он же у него всегда с собой, — вспомнил Саня.
— Молодец, Санек, что мы сейчас с тобой и сделаем. Пойдем к Прохватилову.
И они помчались к телефону, надеясь на него как на спасение.
Алексей прибыл в Москву самолетом, сдал привезенных недоброжелателей, ему было приказано завтра явиться в управление с утра и он поехал домой.
— На кого ты похож? — всплеснула руками теща.
— Алексей, почему, ты мне ничего не писал, не звонил? — говорила недовольная Ляля, выйдя в халатике и чуть навеселе.
— Так вот сложилось, написать было некогда.
— Я целыми днями одна.
— Заведи себе собаку.
— Только этого нам не хватала в доме, — простонала Нонна Сергеевна. — Ты еще крокодила ей присоветуй.
Алексей пошел умываться. Ляля взяла его пиджак, понюхала. Духов женских не услышала. Перевернув его вверх тормашками, она увидела на полу фотографию девочки, лет десяти.
— Мама, — я почему раньше не видела этой фотографии? Сколько мне здесь лет?
— Нонна Сергеевна вошла, посмотрела на фото и сказала:
— Значит он ее нашел.
— Кого?
— Твою дочь.
Ляля испугалась.
— Что теперь будет?
— Что теперь будет? Это мы увидим в ближайший час, как только он выйдет из ванны. Положи фото на место.
Алексея удивили слишком ласковые разговоры тещи и жены. Они расспрашивали, кормили его, поили любимым чаем со сливками.
— Что это с вами? Какие-то вы не такие.
В это время зазвонил телефон, у него в кармане пиджака. Он подошел к стулу, достал телефон:
— Строганов слушает.
В это время на пол упала фотография Аленки и он ее поднял.
— Вы забрали ее с собой? — тихо спросила Анна.
— Откуда вы узнали, — удивился Алексей, глядя на фото девочки. — Я хотел вас спросить, но побоялся, а вдруг вы не пожелаете, чтобы она была всегда со мной.
— А обо мне вы подумали? — спросила Анна и заплакала.
— Вы плачете из-за фото? Не расстраивайтесь, я его вам верну.
— Фото? Какого фото?
— Аленки. Вот оно у меня в руках и я любуюсь маленькой очаровательницей.
— Так Аленка не с вами?
— Почему вы так говорите? Отвечайте?
— Она исчезла. Мы ее нигде не нашли.
— Минуточку, я сейчас перезвоню в райотдел и они приедут к вам. С их телефона мне еще раз позвоните, пожалуйста.
— Что случилось? — завопили обе женщины.
— Девочка потерялась, Аленка, — ответил он.
— Ну и что? Ты-то какое отношение имеешь к этому ребенку? — спросила Ляля. — Кстати, откуда у тебя моя фотография десятилетнего возраста?
— Твоя? — удивился Алексей. — Это не твоя, это совсем другой девочки.
Ляля расплакалась.
— Ты даже не говоришь, где был.
— А что здесь секретного. Есть такая станция Пролетарская. И там недалеко в селе живет эта девочка с мамой, абсолютно на нее не похожей.
— Значит она ее у кого-нибудь украла, — вмешалась теща.
— Зачем?
— Своих нет, воруют у чужих.
Алексей задумался. Что-то такое было в словах тещи, что он должен принять к сведению.
— А наш ребенок, может девочка осталась жива?
— Ты с ума сошел?
— Но такое сходство.
— Двойников на свете много.
— Но у нее и жесты твои, понимаешь?
— Это тебе втемяшилось в голову.
Подумав Алексей сказал:
— Хочу знать в каком роддоме ты рожала и где похоронена моя дочь.
— Ты спятил. Десять лет прошло уже, там, наверное, на этом месте нахоронено десяток людей. Тем более, что мы ее не хоронили сами, а разрешили представителям роддома.
— Дай мне адрес роддома. Они могли девочку отдать, продать, усыновить. Я хочу знать.
— Не подумаю. Глупость какая. Полковник милиции бегает по роддому и ищет десять лет назад родившуюся мертвой дочь.
— Вот именно полковник милиции. И я это сделаю.
Снова зазвонил телефон.
— Это Юра. Нет нигде девочки, Алексей Николаевич.
— Вы все осмотрели? В доме лесника были?
— Но она там никогда не бывала?
— Срочно съездите и сообщите. Но если через два часа не будет звонка я уже еду в аэропорт. Сейчас согласую вопрос с начальством. Прилечу в область. Туда пришлите машину.
— Ты опять уезжаешь?
— Да. Я спешу.
— На свою ужасную станцию Пролетарская?
— Да. Туда и в село Демьяново.
— Возьми меня с собой.
— Ты лучше найди адрес роддома и все остальное, приеду, сходим туда.
Алексей поцеловал жену, махнул рукой теще и отправился в аэропорт.
Сыскари приехали в домик лесника. Первое что им показалось странно, абсолютная тишина и отсутствие людей. Обошли все вокруг, никого. Начали осматривать строения. Где-то внизу послышался стон. Прислушались. Юра впереди с фонариком, и сзади Николай, коллега по работе в уголовке, увидели вход в подвал, приваленный камнем.
Камень отодвинули. Включили свет и на полу, с разбитой головой без сознания, обнаружили женщину. Это была Оксана, жена лесника. Говорить она не могла, ничего не понимала и была немедленно отправлена на вызванной «скорой» авиации в больницу. Состояние ее было ужасным, требовалась операция головы, второй раз ее перевозить никто не рискнул, и в район был вызван нейрохирург. Операция прошла удачно, но врач не гарантировал, что больная сможет придти в себя, а тем более разговаривать.
Она пролежала без помощи более суток. Алексей примчался в село. Анна была в полной прострации, нервного срыва, но, увидев его, расплакалась.
— Значит будет в порядке, если плачет, — сказал дед.
— Как же так вы ее не досмотрели? А ну поподробнее обо всем.
Выслушав всех и поразмыслив, сыскари пришли к выводу, что вероятнее всего девочку и Петьку увез с собой лесник. Но зачем? Может он и есть тот самый преступник, которого они ищут и тогда детям грозит опасность.
— Прохватилова снова обокрали — у него исчезла лодка. Тотчас же по реке они отправились в путь.
Преследователи вскоре обнаружили пропавшую лодку Прохватилова и добрались до ночевки в домике у реки. Там на полу валялась ленточка Аленки. Она сама не умела ее завязывать сзади в волосы, а «новый папа», не имел об этом понятия. Сведения по телефону сообщались в отдел и оттуда по местному радио и областному телевидению распространялись среди людей.
Равиль вышел на платформу с девочкой. На ее голове был темный старушечий платок, сорванный им с какой-то бабки. Он посмотрел расписание, держа за руку Аленку. Подходила электричка, она явно ему не подходила, отсюда он слышал крик старухи, о том, что ее ограбил мужик, похожий на моржа.
Молодой постовой милиционер, пообещал бабушке найти преступника и вернуть похищенное. Равиль поставил девочку в тамбур, и сам стоял на подножке вагона, когда к нему заскочил сержант и приказал:
— Гражданин вы задержаны, сойдите с поезда.
— Электричка трогалась и Равиль, поддав ногой не ожидавшему подвоха сержанту, столкнул его с подножки. Скорость набиралась, сержант свистел.
— А мой платок, — ухватившись за плечо, поднимающегося с земли сержанта, — спросила старуха.
— Платок уехал, — промолвил он, — стряхивая с брюк землю.
— Как это уехал? — озадачилась простоволосая старуха. — Я в таком виде, что люди скажут?
— Скажут, что вы помолодели на десять лет.
— Правда? — удивилась потерпевшая.
Ее не расчесанные космы, привыкшие прятаться под платком, развевались на ветру. Она хватала за рукав молодого милиционера и не отцеплялась от него.
— Он денег стоит, платок-то, кто мне за него заплатит?
— Отделение милиции найдет вора и тот заплатит или вернет платок.
— А ты чай не обманываешь меня?