— Да-да, — почесывал подбородок Клей. — А кто он?
— Это бы и мы хотели знать! — прошипел я и отодвинулся от трупа, давая возможность фотографам честно выполнять свой долг, за что они получают деньги.
Поднялся и Клей.
— Он приходил когда-нибудь прежде к вам в агентство?
Кэт и я одновременно отрицали это.
— Вы где-нибудь встречали его раньше?
— Нет!
— Были знакомы лично? Или, может, встречали у Джимми, в метро, на бегах?
И опять мы с Кэт отрицательно покачали головами.
— Значит, — инспектор Клей снова зевнул, — неизвестный явился сюда без договоренности, не представился вашей секретарше, ждал здесь, и, когда она вернулась в свою комнату, обнаружила его мертвым, — резюмировал инспектор из Отдела по убийствам.
Кэт согласилась со всеми его утверждениями.
— Именно так, инспектор.
— Орудие убийства?
— Твердый предмет не идентифицирован, удар нанесен с большой силой, — сообщил склонившийся над жертвой толстяк.
— По крайней мере его здесь нет, — сообщил второй, слонявшийся по комнате. — Если что и могло служить этой цели, то здесь ни на чем нет следов крови.
В комнате воцарилась тишина. Она была нарушена невыразительным и неповторимым голосом Клея:
— Вечно с вами какие-то проблемы, Тэтчер!
— Со мной? Почему? Разве я виноват?
— Еще как! — Голос инспектора становился все писклявее, хотя не делался ни громче, ни выше. — Почему, черт побери, вы не научите своих подчиненных прежде всего спрашивать посетителя, кто он, откуда, а затем уже предоставлять его воле случая? Если бы мисс Карсон так поступила, у нас была бы хоть какая-нибудь зацепка. А теперь…
В комнату влез еще один посетитель. Я затрясся, убедившись, что это мой клиент Дионисий Пиппинс. Он выглядел выспавшимся, посвежевшим, ни следа от ночных «бурбонов», блуждания по пляжу, погрузки ящиков с фруктами и продолжительной дискуссии в этой самой комнате. Отоспавшись сразу за несколько дней, он словно освободился от всех личных проблем, связанных с пропажей собственной супруги и какого-то перстня.
Приложив пальцы к краю шляпы и увидев на полу труп, он, заинтересовавшись, подошел ко мне. На ходу успел заметить:
— Скажите вашей секретарше, чтобы заплатила за такси! Шофер ждет на противоположной стороне улицы.
Меня ошеломила его дерзость, а Кэт, вероятно, с удовольствием выцарапала бы ему глаза. Пиппинс лишь мельком взглянул на тело неизвестного и весело, словно встретив доброго знакомого после долгой разлуки, воскликнул:
— Надо же, Вальтер!
Я сделал знак секретарше, чтобы она уплатила за такси, потому что плата с каждой минутой увеличивалась. Сейчас на Пиппинса нельзя рассчитывать — хотя в нормальных условиях я тут же выставил бы его самого оплачивать свои счета, — ибо он своим заявлением привлек внимание инспектора из Отдела по расследованию убийств.
Я подошел к Пиппинсу, уже попавшему под прицел инспектора Клея.
— Кто это? — спросил полицейский Дионисия.
— Этот, внизу?
Клей поднял узкую бровь, вероятно намереваясь спровоцировать нашего клиента. Но тот не поддался на такие штучки.
— Это Вальтер, — заявил Пиппинс.
— Какой Вальтер?
— Вальтер! Чего это вас интересует какой?
Клей предъявил ему свой жетон.
— Я инспектор Клей из Отдела по расследованию убийств. Меня пригласили сюда, потому что произошло убийство неизвестного мужчины неопознанным предметом и пока не установлена причина убийства. Итак, выкладывайте все, что знаете!
На Диззи это произвело впечатление. Может, он и притворился, но очень убедительно.
— Инспектор? Инспектор из Отдела по расследованию убийств! Прекрасно! — обрадовался он, как мальчишка, впервые прикоснувшийся к колену Уолта Чамберлея.[32] — Тогда вы, вероятно, знаете, где моя супруга?
— Ваша супруга?
— Дорис!
— Какое мне дело, где болтается ваша супруга? Моя забота — только мертвые, а что касается обманутых, покинутых, скрывшихся… обратитесь в ближайший полицейский участок. Или какое-нибудь специализированное сыскное агентство, вроде «Фиат-люкс», если знаете, где оно находится!..
— Нет, нет… — не сдавался Пиппинс. — Дорис нигде не болтается. Она погибла, а тело ее похищено вместе с дорогим перстнем в форме звезды, ценным, между нами…
— Хватит бубнить! Я пришел сюда, чтобы разобраться с убийством этого парня, Вальтера, как вы его назвали, а ваша жена, живая или мертвая, меня вовсе не интересует.
— Она погибла! — вмешался я с надеждой.
Пиппинс жестом показал, чтобы я помолчал. Насупившись, он угрюмо разглядывал маленького инспектора, который с перекошенным лицом извлекал что-то из глаза.
— Ого! — Диззи оскорбился. — А за что же мы платим налоги? Ваша обязанность заняться расследованием гибели моей жены и похитителями ее трупа! Вы из Отдела по расследованию убийств, сами похвалялись, вот и беритесь за дело! Это ваша прямая обязанность, и вы должны выполнять ее бесплатно! И не заставлять меня платить бешеные деньги этому детективу, который…
Клей подозрительно посмотрел на меня.
— Это ваш клиент? Вы утаили от меня этот факт!
— С чего вы взяли?.. — возмутился я. — Во-первых, вы не спрашивали меня об этом, а во-вторых, какое это имеет отношение к случившемуся? — я указал на молодого человека, уже покрытого простыней.
— Как не имеет? Мы убедились, что он его знает! Он узнал его, лишь вошел сюда и увидел труп! Кроме того…
— Семь долларов пятьдесят! — с укоризной сообщила Кэт, входя в комнату. — Многовато, мистер Пиппинс! И шофер говорит, что ждет уже давно…
— Я немного покатался, чтобы привести мысли в порядок! — отмахнулся Дионисий.
— Мы, естественно, запишем на ваш счет! — пригрозила моя секретарша, однако Дионисия это не взволновало.
— Что случилось с Вальтером? — спросил он инспектора. — Кто-то его укокошил? Может быть, вы? — обратился он ко мне.
Я содрогнулся от одной мысли о чем-нибудь подобном, но куда больше меня задело то, что мой клиент, доверяющий свои заботы и свою судьбу агентству, возглавляемому мною в течение долгих месяцев, мог допустить столь крамольную мысль.
— Впервые вижу его, — отмел я обвинение. — Он находился здесь, в приемной, совсем один, ждал, пока я приглашу его к себе.
— Кто он? — грубо вмешался Клей.
— Вальтер? — Пиппинс пожал плечами. — Кто знает, кто он?
— И все-таки… вы узнали его сразу!.. А физиономия у него разбита!
— Шапочное знакомство… Иногда встречались… может, бывали в одних местах…
— Чем он занимался?
— Чем он занимался? — повторил вопрос Пиппинс, словно прикидывая в уме, чем бы мог заниматься молодой человек, одетый по моде, столь отличной от той, которой придерживался сам Пиппинс. Общим на первый взгляд у них могло быть только одно — исключительный блеск туфель. Но не их качество.
— Деньги у него всегда водились, и, похоже, в достатке, — продолжал информировать Дионисий. — И женщин хватало! Я никогда не спрашивал, откуда они у него.
— Женщины? — поддела Кэт.
— Деньги, — поправил ее наш клиент.
— Вы одалживали у него? — повысил голос Клей.
— Женщин? — простодушно спросил Диззи, а Кэт дерзко рассмеялась.
— Деньги! — уточнил инспектор, пристально глядя на него водянистыми глазами.
Пиппинс изумился:
— Как вообще вам пришла в голову такая мысль! И речи быть не может!
Солнце уже заглянуло в окно, и маленькая капелька пота на кончике носа моего клиента засверкала.
— Иногда он платил за меня в баре или еще где-нибудь, если у меня случайно не оказывалось с собой денег или когда я не мог разменять крупную купюру. Однако так всегда поступают друзья, не правда ли?
Я мог себе представить трогательную сцену с крупной купюрой, которую в духе Бродвея разыгрывает перед многочисленными зрителями мистер Пиппинс. У инспектора не было настолько развито воображение. Его интересовали только конкретные факты, произнесенные слова.
— Друзья? — повторил он и многозначительно усмехнулся.
— Ну-у-у… — Пиппинс несколько смутился, — это, видите ли, так говорится. Мы были знакомы, как все, кто часто встречаются, кивают друг другу, перекидываются несколькими словечками, но ничего друг о друге не знают. Даже имени и места работы.
— Имя его вы знали…
— Да, но фамилию, видите ли, не знаю. Типично, не правда ли?
Инспектор не стал вступать в пререкания и выяснять, действительно ли это было типично для взаимоотношений Диззи и Вальтера.
— А что это за места, осмелюсь спросить? Я имею в виду те, где вы с ним встречались… Хм, прежде всего — кто вы такой? Как ваше имя?
Диззи грустно улыбнулся.
— Ах да, у нас еще не было возможности познакомиться. Знаете, сутолока, заботы… Я — Дионисий Пиппинс, несчастный человек! Самым трагическим образом остался без супруги и без перстня, который, между нами, стоит по меньшей мере…
Я незаметно сделал знак секретарше, и в тот же миг мы оказались одни в моем кабинете.
— Скажите, Кэт…
Она серьезно посмотрела мне в глаза.
— Клянусь вам, шеф, я не убивала его! Я никогда в жизни его не видела. Зачем мне его ликвидировать? А если бы такое случилось, то вам бы я доверилась. Как-никак, вы мне ближе всех!.. Я имею в виду по официальной линии!
Я прервал ее:
— Не отвлекайтесь на мелочи. У нас нет на это времени. Клею, наверное, покажется подозрительным, что мы здесь шепчемся… вы же его знаете.
Я поправил очки, съехавшие на кончик носа, потому что начал потеть. Становилось все жарче — похоже, сегодня будет поганый день, — а неотдохнувший, усталый организм, да еще этот алкоголь, бр-р-р…
— Посоветуйте, Кэт, как нам избавиться от Пиппинса?
— От Диззи?
— Скажите, как нам от него освободиться? Он впутает нас в историю…
— Вы думаете?
— Вы же видите, он знает этого несчастного Вальтера. Что нам делать?
— Ничего. Вы заключили с ним договор, что будете защищать его интересы. Сами влипли. Если бы вы меня разбудили, я бы вам посоветовала…